Фильм «Напролом» (оригинальное название «Локаут»), вышедший в 2012 году, представляет собой любопытный, но, к сожалению, не слишком успешный эксперимент. Его можно описать, как попытку смешать несколько жанров и киношных тропов, заимствуя элементы из таких классических картин, как «Воздушная тюрьма», «Звёздные войны», «Крепость», «Побег из Нью-Йорка», «Крепкий орешек», а также из шпионских боевиков и нуарных триллеров.
Результат получился неоднозначным: с одной стороны, фильм обладает неплохим сюжетом, сносной актерской игрой (с Мэгги Грейс в главной роли) и достойной постановкой, с другой – он страдает от своей же чрезмерной эклектичности. В нём слишком много всего намешано, что создает ощущение неорганичности и не позволяет зрителю полностью погрузиться в происходящее. Это подобно тому, как пытаться приготовить изысканное блюдо, смешав все имеющиеся под рукой ингредиенты без учета их сочетаемости.
Проблема «Напролома» (это слово вообще склоняется?) кроется в том, что он, по сути, представляет собой сборную солянку из хорошо известных и, казалось бы, успешных элементов. Однако простое комбинирование успешных рецептов не гарантирует успеха. Кинематограф – это не просто алгебра, где 2 + 2 всегда равняется 4. Здесь важна гармония, целостность замысла, а «Напролом» этого не демонстрирует.
Картина не обладает собственной уникальной идентичностью, он скорее представляет собой пародию или оммаж на множество других картин, нежели самостоятельное произведение искусства. Давайте подробнее разберем эти заимствования. «Воздушная тюрьма» предоставила концепцию высокотехнологичной тюрьмы, расположенной в атмосфере (космосе или на орбите), с опасными преступниками на борту. «Звездные войны» подарили ощущение масштабности и космических декораций, хотя в «Напроломе» они представлены в несколько упрощенном виде.
Серия лент «Крепость» внесла элементы боевика с ограниченным пространством и заданиями на выживание. «Побег из Нью-Йорка» и «Крепкий орешек» влияют на общую структуру повествования, где герой должен преодолеть многочисленные препятствия в борьбе со временем и противниками. Нуарные триллеры, очевидно, добавили фильму атмосферу мрачности и неопределенности.
Однако проблема не только в многообразии источников вдохновения, но и в том, как эти источники были интегрированы. В «Напроломе» отсутствует единый, связующий элемент, который объединил бы все эти разрозненные жанровые элементы в целостную историю. В итоге, получился кинематографический микс, который привлекает внимание разнообразием, но не удерживает его в течение всего фильма.
Зритель не может определиться с ожиданиями: то ему предлагается напряженный боевик, то мрачный триллер, то космическая одиссея. Эта непоследовательность и отсутствие ясной жанровой ориентации привели к тому, что фильм не запомнился зрителям как самостоятельное произведение.
Производственная сторона также внесла свой вклад в провал фильма. Люк Бессон, известный своими кассовыми хитами, в последние годы часто выпускал проекты, которые не оправдывали ожиданий. Это указывает на определенные трудности в его творческом процессе или проблемы с подбором идей. Возможно, он перестал чувствовать пульс современного зрителя, или же пытается слишком усердно угодить всем сразу, забывая о главной цели – создать цельный и увлекательный проект.
Случай с «Напроломом» – это яркий пример того, как даже при наличии талантливой актрисы и внешне заманчивой концепции неправильный подход может привести к неуспеху. Более того, неудача «Киберджека» (1995) с Майклом Дудикоффом послужила неофициальным сигналом для кино-индустрии, что гибрид фантастического боевика в стиле «Крепкого орешка», не всегда является гарантией успеха. Этот жанр требует очень тщательного подхода и идеального баланса между акцией, сюжетом и спецэффектами.
В «Напроломе», вероятно, не удалось найти этот баланс, что и привело к разочарованию зрителей. В итоге, «Напролом» остался интересным, но незавершенным опытом – прекрасным примером того, как хорошие ингредиенты сами по себе не гарантируют удачное блюдо. Нужно умение их готовить, а это уже искусство, которое далеко не всем подвластно. И в этом заключается главная трагедия и одновременно урок для кинематографистов: комбинаторика жанров – это не простая арифметика, а сложное искусство гармонии.