В истории Елагина острова можно выделить три основных периода. Восемнадцатый век - время, когда он находился в частных руках и только начинал приобретать знакомые нам черты дворцово-паркового ансамбля. В этом смысле наиболее значительный вклад внёс Иван Перфильевич Елагин, вельможа екатерининской эпохи, в честь которого мы и по сей день именуем остров.
Девятнадцатое столетие - и приобретение острова в казну. Его определяет строительство прекрасного загородного дворца для вдовствующей императрицы Марии Федоровны.
И послереволюционные годы, когда остров становится Центральным парком культуры и отдыха имени Сергея Мироновича Кирова.
Но обратимся мы к самому началу обустройства жизни на острове и заодно узнаем, чьи имена он носил до легендарного Елагина.
Самый северный из островов дельты Невы назывался Мистула-саари. Болотистый, подтопляемый, покрытый кустарником и редкими деревьями, он не был в полной мере обитаем, однако ранние рыбацкие постройки в средней его части в своё время обнаружились.
Подобно соседним островам, он попадает в руки одного из особо приближенных царю Петру I. В случае с Мистула-саари ( на картах с 1703 года - Мишин остров) - Петру Павловичу Шафирову. Произошло это около 1709 года.
Важно было начать осваивать окрестности возводимого тогда на правом берегу Невы Петербурга. Барон Петр Шафиров служил дипломатом в Посольском приказе. Род занятий предполагал длительные выезды за границу. Поэтому масштабных работ на острове не производилось. Тем не менее, черты загородной усадьбы проявились при первом частном владельце, а остров успел именоваться в его честь Шафировым.
К 1714 году укрепили берега сваями, построили пристани, организовали перевозы на лодках. В духе петровского времени и даже необходимостью был взгляд на воду, как на приглашение к взаимодействию с ней - и перемещаться по ней следовало словно по суше на карете или верхом.
В восточной, более высокой, части острова был возведен большой деревянный дом, по описаниям историка А. Богданова "один двор о пяти теплых покоях". Сохранились до наших дней могучие дубы, высаженные Петром Шафировым в память о значимых семейных событиях.
В 1723 году Шафиров был осужден за казнокрадство - и в 1724 "со всеми строениями и людьми" остров переходит в дар Павлу Ивановичу Ягужинскому.
Ягужинский являл собой пример того, как благодаря талантам, труду, энергичности и преданности становились государевыми людьми. Родился Павел Иванович в семье органиста лютеранской церкви в Москве. В 1722 году он получил должность генерал-прокурора при Сенате, в 1731 году был возведен "в графское Российской Империи достоинство". Петр I говорил: "Что осмотрит Павел, то так верно, как будто я сам видел". Неслучайно Ягужинского называли государевым оком.
Будучи владельцем острова, он достаточно сделал для его благоустройства. Появились новые службы, огороды, оранжереи и теплицы, разросся фруктовый сад.
После смерти Павла Ивановича остров унаследовал его единственный сын. На карте 1736 господский дом был обозначен несколько в стороне от первоначального шафировского. И от этой главной постройки до самого западного окончания была прорублена просека, "першпектива", уже никогда не перестававшая существовать в том или ином виде.
В екатерининскую эпоху жизнь на острове переживает свой расцвет. И первый из причастных к тому обстоятельству - сенатор Алексей Петрович Мельгунов, чья очередь настала проявить себя хозяином этой жемчужины. В таком деле он имел успех, да такой, что долгое время остров носил его имя - Мельгунов.
Он взялся за создание условий для длительного пребывания в своей усадьбе. С размахом расширялись постройки, заложили регулярный сад. Регулярные посадки гармонично чередовались с пейзажными. Просторным лугом, оформившимся перед барским домом, мы можем любоваться и сегодня: знаем его как Масляный луг. Там проходили людные весёлые празднества.
Появились беседки, цветники, скульптуры. Западная часть острова, покрытая лесом, служила местом псовой охоты, в которой, между прочем, нередко участвовала императрица Екатерина II. Радушие и гостеприимство на Мельгуновом острове стали неизменной традицией. То, какими бывали эти дружеские встречи , передал Г.Р. Державин в своём стихотворении " Пикники".
Здесь проходили и встречи друзей масонов: братья Панины, И. П. Елагин. В доме даже был создан масонский храм. Стоит отметить, что и сам остров вплетался в масонский образ жизни, в его философию, ведь в основе садово-паркового искусства и масонства было заложено представление о Боге как творце Эдема, Великом Архитекторе Мира.
После назначения своего ярославским генерал-губернатором Мельгунов продает остров Г.А. Потемкину. И, конечно, здесь главной гостьей острова была императрица Екатерина Алексеевна, с которой князь состоял в тайном браке.
В год покупки острова, а это 1777 год, Потемкин продает его за 9000 рублей Ивану Перфильевичу Елагину. С тех пор название острова не менялось.
Спасибо за внимание!
Автор статьи: Анастасия Сугоняко, специалист в области прикладной культурологии и экскурсовод по Санкт-Петербургу.
Другие статьи автора: