Волгин, держа записку, долго стоял у двери. Он знал, что Артемьев не бросает угрозы впустую. Этот человек был мастером манипуляций и строил свою силу не только на деньгах, но и на страхе.
Однако Волгин не собирался сдаваться. Его шаги теперь были уверенными, как и его решение. Он набрал номер Привалова.
— Полковник, мы слишком долго играли по чужим правилам. Пришло время задать свои.
— Что ты задумал? — голос Привалова звучал настороженно.
— Завершить это. Раз и навсегда.
Через неделю город загудел, как потревоженный улей, когда в газетах и на экранах телевизоров вспыхнули сенсационные разоблачения. Журналисты вытащили на свет не только грязные махинации Артемьева, но и его тесные связи с влиятельными чиновниками, теневыми структурами и даже теми, кто должен был стоять на страже закона.
Сам Артемьев исчез бесследно. Его поиски начались по всей стране, но казалось, что он растворился, как и многие до него. Однако Волгин знал, что этот человек не исчезнет насовсем. Он будет ждать своего часа, выжидать в тени, как всегда.
Сомова начала новую жизнь под чужим именем в другом городе. Она знала, что её свобода лишь иллюзия, но всё же это был шанс начать всё заново.
Волгин продолжал работать. Его лицо стало символом мужества и непреклонности. Но иногда, возвращаясь домой, он всё ещё ловил себя на том, что внимательно оглядывает улицу, проверяет конверты у двери и ждёт чего-то.
Однажды вечером он получил сообщение от неизвестного номера:
«Ты сделал свой ход. Теперь моя очередь. Артемьев».
Но в этот раз Волгин лишь спокойно улыбнулся.
— Ну что ж, давай сыграем.
Он знал, что война с системой — это марафон, а не спринт. Но теперь он был готов ко всему.
Люди обсуждали это на улицах, в кафе, в офисах. Имя Артемьева мелькало повсюду, обрастая всё новыми подробностями и слухами. Для одних он был воплощением зла, для других — лишь частью системы, где каждый скрывает что-то за спиной. Но одно стало ясно всем: его влияние было глубже, чем кто-либо предполагал.
Пока город лихорадочно искал ответы, сам Артемьев после исчезновения так и не появился в городе. Его дома опечатаны, офисы пусты, телефоны отключены. Кто-то говорил, что он уехал за границу, другие шептали, что его скрывают влиятельные покровители. Однако Волгин знал — такие люди, как Артемьев, не убегают. Они отступают, чтобы вернуться.
В кабинете Привалова было накурено. Полковник стоял у окна, молча глядя на суматоху за стеклом. На столе перед ним лежала толстая папка — результат работы Волгина.
— Думаешь, его всё-таки достанут? — нарушил тишину Волгин, усевшись в кресло напротив.
Привалов обернулся, затушил сигарету в переполненной пепельнице и нахмурился.
— Ты меня спрашиваешь? Ты же сам прекрасно понимаешь, такие, как Артемьев, падают редко. Но если падают, то стараются утянуть за собой половину города.
— И всё-таки он допустил ошибку, — Волгин указал на папку. — Эти документы не просто компромат. Это оружие. Теперь всё зависит от нас.
Привалов криво усмехнулся:
— Ты, как всегда, оптимист. Но помни, Андрей, те, кто помогает правде выйти наружу, редко остаются в стороне. Ты готов?
Волгин ничего не ответил. Его взгляд был твёрдым, но в глубине души он понимал, что впереди ещё много сражений. Это дело было только началом войны, в которой каждый шаг мог стать последним.
Волгин вышел из кабинета, сжимая в руке ключевую улику — копию документов, разоблачающих масштабную сеть коррупции. Ночная прохлада с пронизывающим ветром заставляла зябко поёживаться. Пустынные улицы, залитые тусклым светом фонарей, были тихи, но тишина эта лишь казалась мирной. Где-то вдалеке раздавался звук проезжающего автомобиля, а глухое эхо чьих-то шагов разбивало мнимую безмятежность. Город словно притих, спрятав свою суету под покровом ночи, но Волгин чувствовал: за этой обманчивой тишиной всё ещё кипела жизнь — мрачная, полная опасностей и тайных замыслов.
Он чувствовал, что за ним следят. Ускоряя шаг, Волгин свернул в переулок, чтобы убедиться в своей догадке. Тень за его спиной не исчезла. Мужчина в кожаной куртке, который будто бы случайно оказался в той же стороне, вдруг замедлил шаги, но не ушёл. Волгин остановился, обернулся.
— Не слишком ли поздно для прогулок? — холодно спросил он, прищурившись.
— Работа, — ответил незнакомец, улыбнувшись уголками губ. — Вы же понимаете.
— Кто тебя послал?
— Те, кому вы мешаете, — раздался спокойный ответ. Мужчина медленно вынул из кармана что-то, похожее на записку. — Но я тут не для угроз. Это предупреждение.
Волгин взял записку, не отводя глаз от незнакомца. Тот кивнул, развернулся и исчез в темноте, словно растворившись в ночи. Открыв сложенный листок, Волгин увидел текст:
«Ты думаешь, что разоблачил нас? Это только вершина айсберга. Прекрати копать — пока ещё есть время.»
Он нахмурился, сложил записку и убрал в карман. Это не заставит его остановиться. Наоборот, теперь он был ещё более уверен, что идёт по следу чего-то куда более серьёзного, чем предполагал.
— Ты чего такой хмурый? — спросила Светлана за ужином.
— Этот Артемьев – не простая фигура. — Неуловимая и дерзкая. Ведь знает, что его ищут и будто нарочно лезет на рожон.
— Может это от отчаяния, — предположила Светлана, глядя на Волгина.
— Да нет, Света. Он просто верит в свою безнаказанность. Слишком влиятельные люди стоят за его спиной. Трудно до него добраться, понимаешь?
— Значит, надо найти такое уязвимое место у него, о котором он даже не подозревает.
Волгин посмотрел на нее долгим взглядом и вдруг принял решение: надо ехать к Сомовой. Не все она рассказала. Знает что-то еще.
— Ты принял какое-то решение? — Светлана смотрела на него испуганно. Она всегда знала по выражению глаз состояние Волгина.
— Завтра с утра поеду в Горный. Поедешь со мной?
Светлана от такой неожиданности вся засветилась.
— Серьезно? Ты берешь меня с собой?
— Завтра выходной. Чего тебе сидеть дома?
На следующий день Волгин и Светлана с раннего утра уже ехали в Горный, который находился в четырехстах километрах, чтобы встретиться с Верой Сомовой. Сомова жила там. Об этом знал только Волгин.
Сомова выглядела уставшей и подавленной: бледное лицо и тревожный взгляд, который метался по комнате, словно выискивая опасность в самых обычных углах.
— Они знают, что я всё рассказала? — тихо спросила она, едва Волгин вошёл. В её голосе слышалась неуверенность, а за сдержанным тоном угадывалась тревога, как будто внутри неё боролись страх и слабая надежда на защиту.
— Скорее всего. Но теперь это не имеет значения. Мы идём до конца, — ответил он, стараясь придать голосу уверенность.
Вера нервно сжала руки.
— Вы не понимаете, кто они. Артемьев не прост. Он лишь лицо. Настоящая сила — в тех, кто стоит за ним. Эти люди никогда не остановятся. И если вы не прекратите, вы тоже станете их целью.
— Я уже давно их цель, — спокойно сказал Волгин. — Но теперь у нас есть не только доказательства. У нас есть время. Вопрос только в том, как его использовать.
Волгин внимательно посмотрел на неё, пытаясь не показать своего беспокойства. Он знал, что слова сейчас важны как никогда, но правда могла её сломать.
— Вера, вы ничего больше не помните? Волгин, держа записку, долго стоял у двери. Он знал, что Артемьев не бросает угрозы впустую. Этот человек был мастером манипуляций и строил свою силу не только на деньгах, но и на страхе.
Она подняла на него взгляд, в котором отражались беспомощность и растерянность. Волгин молчал, давая ей возможность выговориться, но внутри его словно сжала ледяная рука. Волгин прекрасно понимал, что её страхи не беспочвенны.
— Скажите честно, — тихо произнесла она, откинувшись назад, будто собираясь с силами. — У меня есть хоть малейший шанс снова жить нормально после всего этого?
Он задержал дыхание на мгновение, подбирая слова. Обманывать её он не мог, но и рубить правду с плеча не хотел. Вздохнув, он чуть подался назад, опершись на спинку стула.
— Шанс есть, Вера. Всегда есть. Но многое зависит от вас. Главное — не дать страху взять верх. Это будет нелегко, но я обещаю: я сделаю всё, чтобы вы были в безопасности.
Она кивнула, но её глаза выдали сомнение. Волгин видел, что его слова не убедили её полностью. Она хотела верить, но прошлые потрясения ещё не отпустили.
Поднимаясь, он на мгновение задержался у двери, повернувшись к ней.
— Если что-то покажется странным, если что-то вспомните или заметите — звоните. Мы сможем с этим справиться, — сказал он тихо, стараясь не давить.
Вера молча кивнула, опустив взгляд. Волгин понимал: разговор исчерпан, и вытянуть из неё что-то ещё сейчас было бесполезно. Оставалось только надеяться, что она найдёт в себе силы бороться.
Сама потом все расскажет. Если, конечно, есть еще что сказать.
Вера молча проводила его взглядом, словно пытаясь поверить в его слова. Но в её душе оставался тот самый вопрос: действительно ли они смогут её защитить?
— Не удалось ничего больше узнать? — спросила Светлана, сидевшая все это время в машине.
— Она боится. А в таком состоянии сама понимаешь…
Через несколько дней Волгин понял, что угроза, о которой говорила Вера, близка, как никогда. Один из журналистов, опубликовавших материалы, пропал. Его машину нашли сожжённой на окраине города, но самого мужчины там не было. Следы вели в тупик. Этот инцидент стал сигналом для всех — дело Артемьева разрасталось в нечто большее.
Но Волгин знал, что за каждой угрозой есть страх. Те, кто пытался запугать его, боялись правды. А правда, как ни странно, всегда находила путь к свету.
Последняя зацепка привела Волгина в старую виллу за городом — одно из убежищ Артемьева, которое засветилось в документах. На этот раз он пошёл не один: с ним была команда, предоставленная Приваловым.
Они ворвались в дом, но вместо ожидаемой роскоши нашли только пустые комнаты, оставленные в спешке. На столе в центральной комнате лежал один-единственный лист бумаги:
«Ты был близок. Но это игра на годы. До встречи, Волгин.»
Он сжал записку, чувствуя, как внутри нарастает гнев. Артемьев вновь ушёл. Но Волгин знал: рано или поздно его маска спадёт, и он не сможет больше прятаться.
Теперь это было личным.
Предыдущая глава:
Спасибо, дорогие читатели, за комментарии и лайки!🙏💖