Наёмники Куриллы не даром ели свой хлеб. На жандармов, шарящих по городу в поисках беглецов, надежды было мало, потому купец сразу же отрядил поисковиков за городскую стену.
Ладно вооружённые, крепкие, бронзовые и крепкие от загара и постоянных тренировок – они почти сразу взяли след. Кто знает, может быть Олега и тройку, идущую с ним, как раз и спасло то, что группа разделилась?
Троих наёмники поймали в придорожной канаве. Увидели издалека в бинокли. Да, Курилла вооружал и оснащал своё карманное войско самым лучшим образом. Группу из трёх гладиаторов окружили и, стегая плетьми, выгнали на дорогу.
После короткого допроса один из бежавших не выдержал и выложил всё.
-Нам помог страж на стене.... Ламик... За золотой перстень Олега... – кричал он в перерывах между ударами.
Пленников связали цепью и погнали в город к Курилле. Наёмники были рады. Они получат деньги за троих, а заодно поделятся с шефом информацией об остальных бежавших.
Так всё и вышло. Курилла гневно сверкнул глазами на пойманных, выслушал информацию от ратников и махнул рукой в сторону арены.
-Нееет! – закричали пленники, но они уже ничего не могли сделать.
Если бы они послушали Олега и ушли с дороги, вооружённые конники не нашли бы их так скоро. Но они понадеялись на извечный авось и пошли прочь от города по накатанной дороге, с комфортом, экономя силы. А когда заслышали стук копыт, попытались спрятаться, но было поздно.
А теперь их гнали на арену, всех троих сразу, четвёртым был Ламик. Курилла поставил сотнику условие: или он отдаёт ему предателя за 20 золотых, или пусть казнит по своему усмотрению. Сотник решил, что лучше всё же заработать.
Ламик должен был биться сразу против трëх противников, трёх пойманных беглецов. В случае победы ему обещали место среди элитных гладиаторов и самое главное – жизнь.
Курилла был щедр к храбрым. Они помогали ему зарабатывать.
Развлечений в Холенгуме было не так много. Приезжие ждали начали боёв на арене, весело проводя время в трактирах и гостиницах. Звук трубы созывал всех на арену. Каждый зритель платил серебряную монету за вход, чтобы исключить присутствие бродяг, после чего мог делать ставки.
Омиур тоже был в городе. Он был в курсе истории с побегом и с нетерпением ждал, когда бывшего слугу поймают. Курилла милостиво разрешил Краснорожему сесть слева от себя в отдельной ложе на втором этаже арены.
Владелец заведения нацепил на палец перстень Олега. Наёмники отобрали его у Ламика, как только поймали. Хозяин имел несколько доносчиков, потому присваивать добычу было категорически воспрещено. Впрочем, хозяин был щедр и редко обижал монетой своих слуг. А те сторицей возвращали капитал: новыми бойцами для арены, наложницами, трофеями.
Ламику выдали меч, а остальным – кинжалы. Это был приговор беглецам. Трое взяли воина в полукольцо и медленно, под всё возрастающий рёв толпы, начали подходить. Воин же пятился, зло скаля зубы.
Неожиданно он сделал выпад, затем рубанул второй раз. Третий оставшийся на ногах повернулся спиной и бросился удирать. Но бежать было некуда. Воин в пять шагов догнал его и нанёс сокрушительный удар. Дело было кончено.
Толпа недовольно загалдела. Никто не ожидал столь скорого финала. Ламик был отличным фехтовальщиком и прекрасно воспользовался преимуществом.
Но Курилла был не прост. Приказчики завопили, силясь перекричать толпу, о возможности делать новые ставки.
Служители оттаскивали тела в ворота. Ламик стоял тяжело дыша и ещё не веря в своё спасение. Но в этот момент на арену вышел воин. На правом плече он как хворостинку нёс полутораметровую алебарду. Сапоги по меньшей мере 46 размера тяжело ступали по песку. Великан, превосходивший Ламика в росте и весе в полтора раза, поднял вверх оружие и свирепо закричал, оборачиваясь вокруг своей оси, давая толпе полюбоваться собой.
-Бронзоморд, Бронзоморд! – начали скандировать на этажах.
Приказчики с досками и мелками принимали ставки. Нет, на Ламика не поставил никто, глупцов не было. Ставили на то, на каком ударе, секунде, минуте великан прикончит соперника.
Ламик сразу побледнел, поджилки затряслись. Он сам не раз бывал здесь и знал, какую силу несёт в себе исполин. У него практически не было шансов. Тем не менее, он выставил перед собой меч и приготовился к бою.
Бронзоморд, скаля испещрённое шрамами лицо, ожидал команды.
Приказчики до сих пор принимали ставки. Наконец, гомонящая толпа медленно успокоилась. Все замерли, шепча и тыкая пальцами в соперников.
-Ставки сделаны, да начнётся бой! – взревел главный распорядитель игр.
Бронзоморд знал, что вершит суд, потому что его выводили обычно против опытных бойцов. А этот был простоват с виду, оружием владеет, но ему не соперник. Видать, натворил чего. Ну и пусть. Его дело маленькое. Рубануть и назад - отдыхать в покои.
Великан взревел, поднимая алебарду, и с шага переходя на бег, за какие-нибудь полторы секунды размахнулся и ударил сверху. Ламик успел выставить меч, но могучий удар снёс клинок как пушинку, раскроил чeреп и до груди располoвинил противника.
Воин грохнулся на пол, поднимая пыль.
Бронзоморд держал над поверженным окровавленную алебарду и выл как зверь, поворачиваясь против часовой стрелки и тем самым ещё больше усиливая восторг толпы.
Зал взревел. Одни от восторга, другие от проигрыша. Новички не всегда могли предположить, чем кончится дело, потому не спешили ставить монету на первый удар.
Курилла был доволен. Сборы перекрыли потери, но нужно было поймать остальных, чтобы продлить зрелище. И он, подозвав одного из приказчиков, велел вновь отправляться на поиски беглецов, а заодно и новых обитателей арены. Сюда регулярно тащили разных спившихся бродяг, не могущих постоять за себя.
Отличное дело придумал Курилла несколько десятков лет тому назад. Он прославился во всех Южных болотах своими боями. В Холенгум ехали специально, чтобы вот так как сейчас пощекотать нервишки и возможно заработать несколько монет. Князь Сквалл и сам порой был не прочь посмотреть игрища, потому не препятствовал боям. Но сейчас был в отлучке.
Дело было сделано. Бронзоморд величаво уходил с арены, толпа неистовствовала, провожая великана.
- Ваши пятьдесят монет, - протянул выигрыш Омиуру распорядитель.
Ну вот, хоть что-то заработал. Аналитический ум и опыт подсказал, что великан закончит дело одним ударом на первой минуте. Так всё и было. 25 золотых превратились в 50 за несколько минут. Омиур умел делать деньги. Но сейчас они его не радовали.
На арене сейчас должен был лежать Олег, а не этот недотëпа-взяточник. Ну ничего. Придёт и его, Омиуров час, и он будет торжествовать.