Виктор порядком озяб после рыбалки. Тëр онемевшие ладони, грел их у печки и ждал, пока закипит чайник. Он только-только вернулся с ватагой рыбаков и зашёл в караулку согреться.
Дежурный ратник подкинул дровишек и поставил посудину греться.
С минуты на минуту должен был зайти воевода. Он распорядился передать Виктору, чтоб обождал его здесь, не уходил.
Виктор согрелся, уселся на лавку, поглядывал в маленькое тусклое окошко.
В избушке никого не было. Дежурный пошёл во двор по какой-то надобности.
- Да, это вам не устав караульной службы, а детский сад какой-то, - пробурчал сержант себе под нос. - Ой как не вовремя этот купец нарисовался...
И в мыслях мужчины впервые зашевелились недобрые предчувствия. Итак не слишком большая охрана ослабла в разы. И это еще хорошо, что стрелки остались, что они вообще есть. Эх, чует сердце недоброе. Что-то здесь не то. Купцы эти - народ скаредный, каждую копейку считают, а тут сорят деньгами как шейхи какие-нибудь.
Вода в чайнике закипела. Виктор разлил парящий напиток в две глиняные кружки, бросил туда по три щепотки заварки, помешал ложкой и оставил настаивать.
Он не ошибся. Кромыч, войдя в избу, громко поздоровался с Виктором и тоже подошёл к плите, принялся греться.
- Вот, воевода, чайку заварил, испейте, погреемся, - сказал сержант.
Они сели за стол. И, обдувая пар, неспешно принялись отхлëбывать. Каждый думал о своём.
- Я тебе вот что скажу, - первым вступил в разговор Кромыч. - Ограда почти готова, пора приступать к ловле. Сейчас самая горячая пора, рыба пошла. Нужно всë бросать и за дело. Все силы. Иначе упустим момент. Оставим на посëлке несколько ратников, остальных на рыбалку. Если что, подмогу пришлëм. Зверья меньше стало, сам видишь. Затея с оградой - вещь хорошая, но ею одной сыт не будешь.
- Да я понимаю, барыш важен, - согласился Виктор. - Но ты мне вот что скажи, если какое ЧП, если целую ватагу мужиков перебьют темные или бандиты в полон угонят, кто тогда деревню кормить будет? Мы с тобой, аль бабы?
- Ну ты это, не паникуй, откуда такая информация? - отставил кружку воевода.
- Уж не серчай, - хлопнул его по плечу Виктор. - Но не нравится мне эта затея с охраной каравана. Вот хоть убей, не вижу я в ней экономической выгоды для купца. Это надо золото возить, чтобы так щедро платить.
- Тут я с тобой согласен, - задумался воевода. - Уж больно щедрое предложение. Но староста интерес для общины увидел. Что делать предлагаешь?
- Пока не знаю, но мне всë это какую-то западню напоминает. Есть в посёлке большие деньги, чтоб злодеев каких привлечь? - спросил сержант.
- Казна есть, как же, запас, - подтвердил опасения Виктора воевода. - В оружейной избе. На налоги храним, на выплаты ратникам и всякую другую нужду. Как без казны?
- В оружейной избе, - почти по слогам повторил Виктор. - А охрана там полтора человека...
- Да ты что! - округлил глаза воевода. - Неужели впрямь думаешь?
- Скажи-ка мне вот что, Серго Кромыч, - строгим голосом сказал сержант. - Можешь ты проверить, не тот ли купец караван свой охранять заказал, сын которого давеча к Варе сватался?
- Проверять тут нечего. Он это, - отозвался воевода. - Хоть и через приказчиков действует. Знаю я Макара. Неужели в зле каком его подозреваешь?
- Я в своё время детективы читать любил. Дедукция или как её там, - улыбнулся Виктор. - А злодеи, они хоть и мнят себя хитрыми, всегда так предсказуемы. Нужно выяснить характер груза в караване. Только тихо. И если я прав, арестовать караванщиков и на всех парах мчать домой.
- На каких парáх? - переспросил воевода.
- Ну во всю прыть, - пояснил сержант.
- Ну голова! - уважительно покачал головой Серго. - Ходить мне у тебя в заместителях. Как пить дать.
- Мне это не нужно, - строго ответил Виктор.
- Шучу, - теперь уже Кромыч дружески похлопал собеседника по плечу. - Мысли твои здравые, сейчас же отправлю вдогонку каравану верного ратника. Он нагонит.
- Серго Кромыч, всë должно быть тихо, чтоб комар носу не подточил, - сказал Виктор. - Как подозрение не навлечь?
- А ратник заменит другого по важному поводу. Скажет, что дома беда, жена захворала. Уж придется соврать, прости Господи. Так к нам и вернётся весточка. Главное, чтоб груз по тихому смогли проверить.
- Идëт, - протянул руку воеводе Виктор. - Нельзя терять ни минуты, посылайте гонца. Если хлам какой везут, сомнений быть не может.
***
Димка меж тем тяжко загрустил. Он, наконец, почувствовал себя в относительной безопасности на постоялом дворе и вспомнил про мать.
То есть он про неё и не забывал, но события последних дней не давали ему времени на раздумья. Он всё время был занят. А тут вроде бы как нарисовалась работа, какое-никакое постоянство...
Мать было безумно жаль... Но как передать ей весточку о себе? От безысходности ныла душа.
Не варилось, что он здесь навсегда, что никогда не увидит родного лица, свою квартиру, улицу, город.
- Если есть один портал, должен быть и другой, - рассуждал Димка. - Омиур отобрал мой смартфон, так как знал, что это такое. Да и разговаривают тут все на русском языке. Хотя некоторые и с акцентом. А это что-нибудь да значит. Сюда точно ходят с другой стороны. И возможно, даже чаще, чем я в своё время на дискотеку. А значит и обратный проход должен быть.
Нужно будет при первом же удобном случае сбежать от наëмников.
Что-то подсказывало, что в Рыбачьих болотах он найдёт ответы на свои вопросы.
В комнату без стука вошёл Педро Весельчак. Он лично обходил весь отряд, вручал аванс и ставил задачи.
- Аа, молодежь, отдыхаешь? Скоро будет работа, парень, максимальная готовность, подготовить оружие, докупить боезапас, если требуется. Завтра выступаем на дело, - серьёзно сказал он ему.
- Что за дело? - непринуждённо поинтересовался Димка.
- Пока не могу сказать, - весело подмигнул Весельчак. - Перед выходом всë расскажу, доведу до каждого задачи.
- Принял, - вяло ответил Димка, изображая из себя матёрого бойца.
Педро протянул ему золотой.
- Держи, аванс за будущее дело, не подкачай. Если нормально себя покажешь, получишь намного больше, - перешёл на шёпот Педро.
Димка проводил глазами начальника, покрутил в руках монету и спрятал в карман. Не нравилось ему это улыбчатое тело. Кровью от него разило на версту.
Но бежать от них сейчас было нельзя. Нужно было дождаться удачного момента.