— Маргарита Евгеньевна, а у вас есть дети? — неожиданно спросил Паша.
Маргарита вздрогнула и чуть не выронила учебник. А потом недоуменно посмотрела на ученика:
— Почему ты об этом спрашиваешь? И какое это имеет отношение к английским числительным?
— Никакого. Просто вы такая добрая, я подумал: как повезло вашим детям.
— Мои ученики — вот мои дети.
Маргарита улыбнулась и ласково потрепала Пашу по непослушным светлым кудрям. Вот уже два месяца она трижды в неделю приходила к нему преподавать английский язык. Дестилетний Паша оказался смышленым ребенком и схватывал на лету.
— Маргарита Евгеньевна, вы так хорошо объясняете, — говорил он. — В школе я не всегда успеваю записывать за учителем, а он не любит отстающих. А с вами я скоро умнее всех на уроке английского буду! И папа поведет меня в парк смотреть выступление клоунов.
Маргарите было приятно, она радовалась, что у Паши все получается. Когда Маргариту только наняли репетитором и она впервые увидела мальчика, он показался ей несчастным и одиноким. Это было немного странно, ведь рядом с Пашей всегда находилась бабушка, пока отец пропадал на работе. Бабушка, хотя и выглядела строгой, но была участлива и внимательна к внуку.
Правда открылась лишь через неделю: выяснилось, что Екатерина Ивановна была приходящей няней, а других родственников, кроме отца, у Паши не было. Наверное, поэтому он так тянулся к репетитору, ища материнской ласки и доброты.
— У папы очень ответственная работа, — однажды доверительно поделился Паша. — Он разговаривает с людьми о серьезных вещах. Жаль только, что он очень устает и со мной поговорить не успевает…
— Папа купил мне планшет для учебы, но я на что-то нажал и все исчезло, — с досадой рассказывал Паша в следующий раз. — Екатерина Ивановна тоже не знает, как все вернуть, а папу беспокоить я не хочу. Он вчера усталый пришел и сразу спать лег. Маргарита Евгеньевна, может, вы посмотрите?
— А вы можете тоже научить папу английскому? — вдруг спросил мальчик на одном из занятий. — Ему для работы нужно. Вы бы его учили, а я рядом тихо сидел. Подсказывать не буду!
— Пашенька, — засмеялась Маргарита, — Я думаю, что твой папа уже знает английский, моя помощь ему не требуется.
Трудно было не заметить, что все разговоры ребенка сводились к отцу.
Как-то она задала Паше задание на свободную тему — нарисовать картинку и рассказать про нее на английском языке. На следующем занятии ребенок показал ей рисунок: дом в окружении деревьев, коричневая собака и две фигурки — одна побольше, другая поменьше.
— Это я и папа. А это моя собака.
— Но ведь у вас нет собак, — Маргарита на всякий случай оглядела комнату — неужели не заметила?
— Нет, — погрустнел Паша. — Екатерина Ивановна не разрешает заводить. Говорит, что с ней гулять нужно, кормить. А ей за это не платят.
— А твой папа что? Он хозяин в доме, его слово важнее.
— Он вроде не против собаки, но у него нет времени, весь в работе, — Паша скорчил недовольную рожицу. — Я готов сам с ней гулять, но мне не разрешают, считают маленьким. Остается только ждать, когда вырасту. А это долго, — и он по-взрослому печально вздохнул. — Но если папа не хочет собаку, тогда мне тоже не надо. Нельзя что-то делать через силу.
Маргарита посмотрела на Пашу, и ее сердце сжалось от жалости. Он так искренне говорил о своем желании, как о мечте, о чем-то недостижимом... И готов был отказаться от этого из-за отца. Она решила его подбодрить.
— Но раз ты нарисовал собаку, давай представим, что она у тебя есть! Расскажи на английском: как ее зовут и что она любит делать.
Паша оживился, и занятие продолжилось уже на более веселой ноте. А Маргарита задумалась об его отце — Сергее Анатольевиче. Она знала, что Сергей много работает, чтобы обеспечить сыну комфортную жизнь. Но неужели не замечает, как сильно не хватает ребенку его внимания? Решив поговорить с ним об этом, когда выпадет такая возможность, Маргарита сосредоточилась на уроке.
* * *
Удачный случай подвернулся на следующей неделе. В тот день Маргарита, как всегда, занималась английским с Пашей, когда в квартиру вошел его отец. Было слышно, как Сергей разувается в прихожей и гремит вешалками.
— Сергей Анатольевич, — донесся удивленный голос няни. — Вы сегодня рано. Случилось что-то?
— Клиент перенес встречу, вот и вернулся домой. Екатерина, можете уйти пораньше. Отпускаю.
— У Паши сейчас репетитор…
— Не беспокойтесь, я сам ее провожу.
Когда занятие закончилось, Сергей, к огромному удивлению Маргариты, заглянул в комнату сына и пригласил ее к столу.
— Отужинаете с нами? Екатерина курицу с грибами приготовила. Это не входит в ее обязанности, но не может же Пашка до моего прихода голодный сидеть.
Маргарита прикусила язык, чтобы случайно не сболтнуть ничего лишнего. На языке уже вертелась острая фраза: «За готовку вы ей доплачиваете, а за прогулку с собакой, чтобы порадовать своего ребенка, не можете?»
Но она промолчала, тем более, что Паша, издав радостный крик, схватил ее за руку и потащил на кухню.
Во время ужина говорил в основном Паша. Делился с отцом успехами в школе и что интересного произошло за день. Тот слушал внимательно, улыбался, задавал вопросы и время от времени поглядывал на Маргариту.
Сергея Анатольевича она видела лишь однажды — когда пришла устраиваться. Она запомнила его как делового, занятого и немного отстраненного человека. Но сейчас, на просторной уютной кухне, Сергей казался по-домашнему простым. Маргарита даже позволила себе немного отвлечься и помечтать: будто бы она сидит в окружении своей собственной семьи и спокойно ужинает.
Реальность контрастировала с фантазиями. В свои тридцать восемь лет Марго была одинока: ни мужа, ни детей. Время стремительно уходило, нужно было запрыгивать в уходящий поезд, но где его взять-то, этот поезд? Не виднелось на горизонте свободных мужчин. А в домах, где она подрабатывала репетитором, были либо полные семьи, либо матери-одиночки. И только у Паши был один отец.
Доев ужин, Паша положил тарелку в раковину и крикнув «Последний моет посуду!», убежал в свою комнату.
— Озорник, — покачал головой папа.
Маргарита осталась с ним наедине. Лучшее время для разговора.
— Я хотела бы поговорить с вами о Паше. Он очень скучает по…
Сергей перебил.
— Знаю, что вы скажете. Он скучает по маме. Его классная руководительница тоже об этом постоянно говорит. Паша никак не может отойти от ухода Ларисы.
От Екатерины Ивановны Маргарита уже знала, что жена Сергея и мать Паши бросила их и уехала с новым мужем за границу.
— Сергей Анатольевич…
— Но жизнь так сложились, Лариса сделала свой выбор, — продолжал Сергей. — У Паши этой пройдет, просто время нужно. Так нам психолог говорил.
— Сергей, послушайте меня! — повысила голос Маргарита. Сергей недоуменно перевел взгляд на нее. — Паша про свою маму мне ни слова не сказал за все то время, что мы с ним занимаемся. А вот о вас постоянно вспоминает.
— Ну что вы такое говорите, — отмахнулся Сергей. — При чем здесь я? Лариса была для Паши всем…
— А вам не кажется, что сейчас «всем» для сына можете быть вы? Мальчик еще маленький, ему десять лет. В таком возрасте ему очень нужен отец, который бы проводил с ним время, помогал, объяснял. Вы его единственный близкий человек. И никакие няни и психологи этого не заменят! Он говорил, что очень хочет собаку, но ради вас готов отказаться от своего желания. А вы этого не цените!
Сергей задумчиво смотрел на раскрасневшуюся Марго, впечатленный ее пылкой речью. Он ведь и правда не думал, что Паша по нему скучает и часто вспоминает. И что собака так важна для него.
Позже Сергей отвез Маргариту на своей машине домой. Они почти не разговаривали, погруженные в свои мысли. Марго боялась, что после сегодняшнего разговора ее уволят. Не перегнула ли она?
А Сергей думал, как бы ему проводить больше времени с сыном. Взять отпуск? Или переложить часть работы на помощников?
* * *
В субботу выдалась хорошая погода и Маргарита отправилась в парк. Гуляя вдоль цветочных клумб, дыша свежим воздухом и жмурясь от яркого солнца, она неожиданно встретила Пашу.
— Маргарита Евгеньевна! Вы тоже пришли посмотреть на клоунов?
— Каких клоунов?
— Выступление мимов, — пояснил подошедший к ним Сергей. — Паша давно хотел посмотреть, — и, наклонившись к ней, негромко произнес: — Я еще раз обдумал то, что вы мне сказали. Так вот: вы правы. Оказывается, Паша сильно нуждается во мне. И в собаке.
— А я вам про что! Цените то, что у вас есть. Ведь у некоторых нет и этого.
Ее глаза на мгновение заволокло грустью. Сергей заметил это.
— Давайте не будем печалиться и пойдем вместе смотреть на мимов? — он улыбнулся и предложил ей руку. Маргарита охотно приняла ее.
— Мороженое купим? — подпрыгнул Паша.
— И сахарную вату, — кивнул отец.
— Чтобы не терять времени даром, по дороге будем повторять английские слова, — предложила Маргарита.
— И папа тоже будет участвовать, — Паша подхватил отца под другую руку и буквально потащил взрослых к киоску с мороженым.
На душе у всех троих было легко, а время будто замедлилось. Счастье и тепло, казалось, можно было пощупать руками. Со стороны они казались счастливой семьей, вышедшей погулять в выходной день.
Маргарита не знала, куда приведет их эта прогулка, но наслаждалась моментом, храня в сердце надежду на что-то большее.
Паша вовсю веселился, поедая мороженое и наблюдая за мимами. Настроение у него было хорошее — ведь папа обещал ему подарить собаку.
Глядя на смеющихся Маргариту и Пашу, Сергей тоже улыбнулся свои мыслям: возможно, судьба дает ему второй шанс. И им обязательно нужно воспользоваться.
Автор: Наталия Апри
***
Кто ты, Маринка?
Что они шьют? Зла не хватает! Люда второй час ходила по огромному магазину в поисках нормальной кофточки, в меру нарядной и качественной, чтобы в мир, и в пир, и в добрые люди. Гардероб Людмилы поизносился и немножко устарел. Да не беда — ей хватало ума и вкуса, чтобы обновить брючки и блузки, освежить их ярким платочком или шарфиком, как она всегда делала раньше. Зарплата, как говорится, не блещет, а профессия обязывает выглядеть прилично. Людмила выкручивалась, и потому у коллег складывалось впечатление, что одежды у нее полный шкаф.
Беда в другом: она очень поправилась в последнее время. Средний возраст, проблемы со здоровьем, качество еды изменилось — в общем, похвастаться хорошей фигурой Людмила не могла. Раньше она старалась следить за своей внешностью, а тут вдруг какой-то тумблер переключился. Стало все равно. Даже губы подкрасить лень. Одна мечта: приползти с работы, постоять под душем, облачиться в пушистый, мягонький халатик, да вкусно поужинать перед телевизором. Или с книгой, положенной, как в ранние студенческие времена, около тарелки. Зрение подводит, так Люда приспособилась электронные книги читать. Вприкуску с какой-нибудь вредной вкуснотой книжка интереснее. Или наоборот — еда ярче под увлекательное чтение.
Виновата, виновата, что же поделать. Ну хочется… Какие радости у Люды в жизни — работа — дом — работа. Мужа нет уже пять лет, умер Сереженька от сердечной недостаточности. Дети разлетелись по своим увлекательным жизням. Звонят, приезжают иногда. Но ведь взрослые люди со своими проблемами — зачем их отвлекать?
До пенсии Людмиле еще, как говорится, пахать и пахать. «Обрадовали» в восемнадцатом году, «омолодили». Деньги утекают сквозь пальцы, как вода. Да и надо себя чем-то занимать, чтобы не свихнуться от тоски, как вон соседка свихнулась, овдовев. Нормальная женщина была, а как умер муж, так и задурила: развела дома зоопарк. Десять кошек содержит, да еще и на улице пятнадцать голов прикармливает. И все разговоры — только о кошках. Кошки, кошки, кошки — то, кошки — се. Раньше друг к другу в гости ходили на бокальчик вина, столько общих тем находили… А теперь глаза у соседки ненормальными какими-то стали. Кошки, кошки, кошки. Людмила пробовала сменить тему, а той ничего не интересно, только кошки. И попробуй ей замечание сделать — агрессивная становится, нервная.
Ну ее к черту.
Люда сторонилась соседки. Пока Сережа жив был — подсмеивалась над ней и крутила у виска пальцем. А теперь и саму пора лечить: неряшливая Люда стала, ленивая, апатичная. Одна радость — чтение и еда. Иногда — сериалы дурацкие. Раньше ни за что не стала бы смотреть эту чушь. А теперь на выходных Люда может целый день подряд в ящик пялиться. Смотреть и что-нибудь жевать. Без передышки.
Тьфу. Самой противно. Но слов из песни не выкинешь — наела Люда двадцать пять лишних килограммов. И это, кажется, не предел. Со здоровьем неполадки, сонливость днем, и бессонница ночью, все болит, сердце пошаливает. От природы красивое лицо Людмилы в последнее время распухло, раздулось. Глаза как щелочки из щек торчат, веки набрякли и мешки под глазками-щелочками повисли. Ужас, а не женщина. В зеркало смотреть не хочется.
И с одеждой такая незадача получилась. Все мало, ничего на животе не сходится. Ну не в халате на работу ходить? Может, устроиться на удаленку? Сидеть дома, денежки получать и есть. А точнее — жрать как не в себя.