Из рабочего процесса:
Сын – девятиклассник никак не осознает, что школа уже заканчивается. Ему все время кажется, что времени у него еще вагон, что я к нему придираюсь. С этим ОГЭ уже вынесла весь мозг.
Вторую четверть он закончил еле-еле на тройки, где-то 2.8, один предмет даже 2.6. Показываю ему на это в дневнике, он морщится и отвечает, что по правилам математики округляется до трех. Нет двоек в четверти – какие к нему претензии?
Перед началом каникул он обещал мне, что будет заниматься на каникулах. Они уже заканчиваются, он еще не приступил. В ход идут любые отговорки и уловки: то он спит целый день – на дворе магнитные бури; то бабушка в гости приехала, ему надо с ней провести время. Все вроде бы уважительные причины, но итог один – заниматься он так и не садится.
Я понимаю, что десятый класс при таком отношении ему не светит. Меня это вгоняет в самую настоящую панику. Муж уже на все махнул рукой – пойдет в ПТУ, да и все. Он так спокойно об этом говорит. В моей семье я первый человек с высшим образованием, у моих родителей среднее специальное, про бабушку и говорить нечего – после войны семилетку закончила и всю жизнь на производстве отпахала. А у мужа все были с высшим образованием, 5 или 6 поколений в городе живут. А теперь раз – и так легко согласиться с тем, что будет ПТУ. Мне прямо ломает от всего этого.
Подростки обладают рядом психологических особенностей, отличающих их от взрослого человека. Например, они хуже владеют планированием, хотя бы потому, что не имеют опыта и мудрости, накопленных взрослыми. Поэтому некоторые вещи видятся им иначе, чем взрослому. Подростки ощущают себя взрослыми и мудрыми, но пораженными в правах, поэтому им часто представляется важным настоять там, где взрослый махнул бы рукой и согласился бы с оппонентом: хорошо, возможно, это и так… К тому же иллюзии собственной уникальности и исключительности еще не утрачены.
Вы наверняка многократно рассказывали сыну о том, что его ждет, если он не подтянется по ряду предметов. У сына есть свое видение, он считает, что знает нечто такое о себе или социальной ситуации, что недоступно Вам. Вы можете сколько угодно спорить с сыном, чье видение лучше, четче и правильнее, но пока не наступят последствия, понять это со всей очевидностью нет возможности.
Это ставит вопрос ребром: в какой момент сыну будет позволено столкнуться с последствиями своих действий? До того момента, пока этого не происходит: пока Вы ходите и договариваетесь с учителями, нанимаете репетиторов, накопление собственного опыта у сына не происходит.
Вот смотрите, если сын сдаст ОГЭ на положительные отметки, даже не с первого раза, школа по месту жительства не сможет отказать ему в поступлении в 10 класс, если Вы надавите. С одной стороны, у Вас будет твердое убеждение, что Вы оказываете сыну услугу, заботитесь о нем, помогаете сделать еще один шаг на пути к высшему образованию, а с другой – он снова не столкнется с последствиями. И какие выводы сможет сделать? Правильно: я все делал правильно, поэтому обстоятельства сложились так, как нужно, зачем напрягаться больше, чем того требует ситуация?
Можете ли Вы позволить сыну столкнуться с последствиями его действий, касательно обучения? Если Ваш внутренний ответ – нет, тогда, конечно, нужно действовать и страховать его. Однако, при этом стоит подумать вот о чем: все происходящее сейчас значит, что с первыми последствиями своих ошибочных действий сын столкнется в более старшем возрасте, когда подстраховать Вы его уже не сможете. Как правило, чем старше человек, тем выше цена его ошибки.
Навык планирования и предугадывания последствий как будто имеет несколько слоев: прямо сейчас сын не хочет заниматься, Вы предвидите последствия, озвучиваете их, но страхуете сына, делая его жизнь безопаснее и менее зависимой от его собственных действий. Но при этом Вы, во-первых, лишаете его возможности развить в себе навык долгосрочного планирования и предвидения отложенных последствий. Во-вторых, Вы увеличиваете стоимость его потенциальной ошибки, откладывая ее на более зрелый возраст сына.
Анна Бердникова