В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться.
В мире полном зла, нужно уметь прощать.
В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.
В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.
(М. Джексон)
Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8
Глава 9
Нагружать руку, она пострадала больше всего, Пете разрешили только к концу августа. Ни о какой подработке речь уже не шла: через полторы недели в школу. Марина не разрешала сыну даже дрова колоть, чтобы не получить осложнений. У неё сердце разрывалось на тысячи осколков, когда она встречала потухший взгляд Петра. Не рука, а что-то более важное сломалось в нём, но обсуждать это с матерью он не хотел. К нему приходили друзья, они смеялись, шутили, сотрясая дом раскатистым ребячьим смехом. Петя, казалось, веселился вместе с ними, но она знала: пройдёт час-другой после их ухода — Петя опять замкнётся.
О чём он думает? В каких дебрях затерялись его оптимизм и жизнелюбие? Как их найти и вернуть сына? Ответа у неё не было, материнское сердце подсказывало одно: не лезь пока, придёт время — всё узнаешь, всё решится. Она старалась так и поступать, прятала жалеющий взгляд, унимала свою дрожь, когда случайно касалась шрамов сына, улыбалась, как будто ничего не случилось.
Шишкарёв-старший добился своего — дело замяли. Марина хотела добиться правды, подать заявление в вышестоящую инстанцию, но Петя остановил. Сказал, что это бесполезная трата времени и денег. Марина негодовала: раньше сын боролся бы за правду, а сейчас отступил. Но мальчик твёрдо заявил, что на суды ездить не будет, и ей осталось только смириться с его решением.
Однажды к ним пришёл Антон. Марина готова была выгнать его, отлупить мокрым бельём, что держала в руках. Но Петя остановил её:
— Постой, мама. Не кипятись, — произнёс он голосом таким же, как у покойного отца, уверенным и спокойным. — Чего тебе? — вопросительно посмотрел на гостя.
— Поговорить хотел.
— Пошли поговорим, — Петя бросил инструменты на землю и пошёл за сарай.
Марина комкала мокрую простыню, не замечая, что её уголки волочатся по земле, — придётся перестирывать. Как бы новой беды не случилось! Бросив бельё в таз, она подошла как можно ближе к сараю, стараясь остаться незамеченной, и взяла в руки черенок от сломанной лопаты: если надо, она любой ценой защитит сына. Прислушалась. Вот отрывистые короткие фразы Пети, бросает их скупо, твёрдо. Голос Антона, наоборот, эмоционален, порывист. О чём они могут секретничать? Две острые занозы впились в ладонь — она даже не заметила. Через несколько минут послышались шаги, кто-то шёл в её сторону. Она спешно бросилась к бельевой верёвке, не замечая, что до сих пор держит черенок.
— До свидания, — пробурчал прошедший мимо Антон. На его лице была то ли озабоченность, то ли удивление.
Вернулся Петя и продолжил чинить покосившуюся дверь.
— Петя, зачем он приходил?
— Да так, извиниться хотел.
— Извинился?
— Да.
— Простил?
Молчит, нахмурился, только отвёртку взял крепко — так, что костяшки побелели.
— Петя? Петенька…
— Да, мама, простил.
— Петя, ну как так? Он, может, тебе здоровье на всю жизнь поломал, а ты…
— Жалко, мам, его. Ему хуже, чем мне.
— Что ты такое говоришь? Кому хуже? Да его папаша всю деревню купить может с председателем и курами! Да ты знаешь, что он и к нам приходил, денег совал? Чем ему хуже? Тем, что денег потратить не успевает?
— Мам, ты же не взяла деньги? — Петя пытливо смотрел Марине в глаза.
— Конечно, нет! Эти вонючие деньги — ничто, мне они не нужны!
— Вот поэтому-то ему и хуже. У него есть вонючие деньги. И они ему тоже не нужны. А больше ничего у него нет.
— Сын, не понимаю тебя…
— Да ладно, мам, проехали. Пошли чаю попьём.
~~~~~~
Продолжение ЗДЕСЬ