Высказать мнение — значит как-то подвинуть пешку в шахматной игре: пешка может погибнуть, но партия начинается и может быть выиграна. (И. В. Гёте)
Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4
Глава 5
Апрель сдавал позиции. Дезертировали последние сугробы, прятавшиеся в прохладе; радуя глаз, пробивалась первая трава; птицы щебетали по-весеннему звонко. Петя шёл в школу в приподнятом настроении, почти у ворот его догнал одноклассник Мартынов Саша.
— Привет, Петька.
— Привет.
— Слушай, тут такое дело. В общем, мы решили объявить бойкот Скворцову. Так что имей в виду, не болтай с ним.
— За что бойкот?
— Да выпендривается много! Они с Антохой поспорили, Скворец себя слишком борзо повёл, вот Тоха и решил его проучить!
— А я при чём?
— Ты ни при чём. Просто чтобы в курсе был и не разговаривал с ним. Скоро сам прибежит как миленький.
— Я не понял, почему, если Антон поссорился с Ромкой, я не должен с ним разговаривать?! Меня это не касается, — Петя слегка замедлил шаг и вопросительно посмотрел на одноклассника.
— Петька, ты чё сам-то выпендриваешься? — Саша не знал, как реагировать, как доложить Антону о непослушании Мурзина. — Чё ты самый умный, что ли?
— Нет, не самый. И умнее меня есть, — Петя улыбался и щурился на весеннее солнце.
— А чё тогда? Ты хочешь, чтобы и тебе бойкот объявили? — одноклассник попробовал запугать Петю.
— Делайте что хотите. Меня это не касается, — равнодушно отозвался Петя и пожал плечами.
Саша от досады сплюнул себе под ноги, буркнул под нос: «Дурак…» — и обогнал Петра. На крыльце школы собралась компания во главе с Шишкарёвым. В центре стоял Саша и что-то рассказывал полушёпотом, при появлении одноклассника наступила тишина.
Петя, зайдя в класс, взглядом нашёл Скворцова. Тот сидел, недоумённо оглядывая класс. Видно, он не единожды пытался заговорить с одноклассниками, но каждый раз натыкался на глухую стену молчания. В растерянности он перебирал содержимое пенала, теребил учебник. Петя подошёл:
— Привет. У тебя свободно? — указал взглядом на соседний стул.
— Да! Привет. Садись, — Рома чуть подвинулся и облегчённо вздохнул: он не один.
Начался урок истории. Класс слушал о Великой Октябрьской революции, а Рома никак не мог найти себе места. Он то оглядывался, то пытался что-нибудь прошептать впереди сидящим, то начинал разговор с Петей.
— Ромка, не парься, — сказал ему Петя, когда ему надоело ёрзанье одноклассника. — Не обращай внимания на них. Лучше слушай Полину Михайловну, вроде интересно.
— Петька, а что случилось-то? Почему они не разговаривают со мной?
— Подробностей не знаю, с подачи Антона тебе объявили бойкот, — не отрывая взгляда от исторички, ответил Мурзин.
— Вот ведь гад, а! — Скворцов от возмущения сильно сжал карандаш, и тот хрустнул. — И ведь все послушались его!
— Я же не послушался, — ухмыльнулся Петя.
— Блин! В натуре, Петька, а почему ты не с ними?
— Потому что меня это не касается. Никакой Антон не может решить за меня, с кем мне разговаривать, а с кем молчать.
Рома округлил глаза:
— Ни фига себе! Ну ты даёшь, Петян! Спасибо.
— Да не за что. Только ты много не болтай. Я историю люблю, хочу Полину послушать, а не тебя.
— Всё, молчу, молчу, — Рома счастливо уставился на историчку, но мысли были не о великой революции, а о своей личной.
Уже на следующий день со Скворцовым разговаривали девочки, а потом и пацаны потихоньку забыли указания своего предводителя. Видя, что план не удался, Антон кипел от негодования. Однако, несмотря на это, жизнь в классе вернулась в прежнее русло.
~~~~~~
Продолжение ЗДЕСЬ ☕