Калининградец Олег Рахт – участник операции по взятию резиденции правителя Афганистана. С того штурма и началась в 1979 году Афганская война
В октябре 1979-го в управление КГБ по Калининградской области поступило указание из Москвы: капитана Олега Рахта откомандировать в распоряжение ПГУ. Олег Игоревич в ту пору служил в отделе контрразведки областного УКГБ. И мог только гадать, зачем вдруг понадобился Первому главному управлению, которое отвечало за иностранные операции и разведку.
Явиться следовало на базу курсов усовершенствования офицерского состава в подмосковной Балашихе. Рахт дважды учился в КУОС «на диверсанта» – в 1976 году и в 1978-м. Добравшись до места, встретил там много знакомых со всего Союза. Как и его, всех туда срочно вызвали без объяснения причины.
Лишь в Балашихе они узнали, куда их решили послать. Сообщив им о цели командировки, генерал-майор Юрий Дроздов сказал прямо:
– Мужики, будут потери. Потому кто не хочет – может отказаться.
Таких не нашлось. И 27 октября свой 38-й день рождения член спецотряда КГБ «Зенит» Рахт встретил уже в Кабуле.
В столицу Афганистана они прибыли под видом охраны советского посольства. Форма – как у афганских военных, только без знаков различия. Сразу родилась шутка: «Морда рязанская, форма афганская».
На месте выяснилось, что нет подробных карт Кабула. Рахт стал одним из тех, кому поручили ликвидировать это белое пятно. В процессе ликвидации обошли всю столицу и её окрестности. Естественно, находились в постоянном контакте с местными жителями.
– Как они нас встречали? Да как родных, – вспоминал Олег Игоревич. – Для большинства афганцев «шурави» тогда ещё был дорогим гостем.
Если поначалу теплилась надежда, что «всё рассосётся», то к середине декабря стало ясно – давно обсуждаемый возможный переворот в «Афгане» состоится. Да, с одной стороны, президент Демократической Республики Афганистан Хафизулла Амин был в хороших отношениях с руководством СССР. Более того, не раз просил о вводе в страну советских войск, которые поддержали бы власть в борьбе с оппозицией. Но при этом он налаживал контакты с американцами. И 12 декабря 1979-го на заседании Политбюро ЦК КПСС было принято решение о свержении Амина.
Наш земляк попал в группу минирования, которой поручили взорвать так называемый колодец связи – центральный коммуникационный узел секретной связи с важнейшими военными и гражданскими объектами республики. Также этот взрыв должен был стать сигналом для начала штурма дворца Тадж-Бек – резиденции Амина на окраине Кабула.
Изучили объект, где им предстояло устроить «залп «Авроры» по-афгански». Подготовили два варианта маскировки для адской машинки – летний и зимний. Пригодился второй – 27 декабря выпал снег.
Узел связи охранял афганский солдат. Возможно, его придётся снять.
– На мокрое дело пойдёшь? – спросил командир группы у Рахта.
– Ну, в случае чего стрельну.
– В том-то и дело, что стрелять будет ещё нельзя. Так что в случае чего тебе придётся его резать…
Однако до этого всё же не дошло. Вечером 27 декабря они сумели незаметно установить заряд. И через пятнадцать минут, в 19:30, прогремел мощный взрыв.
Перепуганный охранник, дико крича, пулей пролетел мимо засевших в засаде минёров. А тем временем уже начался тяжёлый бой за Тадж-Бек.
Штурм дворца Амина или операция «Шторм-333» с военной точки зрения считается образцовым. С минимальными потерями (по официальным данным, из числа тех, кто штурмовал, погибло десять человек) эту, без преувеличения, крепость удалось взять всего за 43 минуты. Большая часть афганцев, яростно защищавших Тадж-Бек, была уничтожена. Погиб и Амин.
А если бы он уцелел и сдался? Наверное, его передали бы новому правительству, которое пришло к власти на советских штыках. И едва ли Амин долго после этого прожил бы. В Афганистане с попавшими в плен политическими противниками не церемонились. В частности, тот же Амин, сместив с поста главы государства своего предшественника, затем приказал его задушить…
Рахт непосредственно в бою за резиденцию не участвовал. После подрыва колодца связи их минёрная группа должна была вернуться в тот дом, где они жили. Вскоре здание окружили афганские военные.
– Нас пятеро, их – человек сорок… Но афганцы были сбиты с толку происходящим и не решались атаковать. Так в итоге и ушли.
Во дворце ещё всё дымилось и лежали трупы, когда Рахт оказался там. В одной из комнат он увидел валявшуюся на полу пластмассовую фигурку всадника на верблюде. Взял её на память.
В январе 1980-го Рахт вернулся домой. У нас тогда ещё мало кто понимал, что в Афганистане началась война. Так что в тихом спокойном Калининграде события последних дней показались Рахту дурным сном.
Рассказывать о том, что он делал в Кабуле, было запрещено. А уже в августе – новая командировка на войну. Теперь на полгода – в составе отряда «Каскад». Главной задачей была борьба с бандитизмом. Рахту везло, его лишь однажды слегка ранили – при зачистке очередного кишлака. А вот четверо товарищей вернулись домой грузом 200. Позже Рахту предложили выполнить интернациональный долг в третий раз. Однако он решил больше не искушать судьбу.
27 октября 2014-го Рахту исполнилось 73. А 29-го его не стало – он уже давно боролся с тяжёлой болезнью… Любить жизнь, даже невзирая и вопреки, Олегу Игоревичу помогали стихи. К одному из его стихотворений написали музыку – так появилась песня «Гимн КУОС» (курсов усовершенствования офицерского состава):
Правда, самому ему особенно дороги были строки, которые он посвятил своим товарищам по отрядам «Зенит» и «Каскад» и хранил на этом сложенном листке:
За девять с лишним лет той необъявленной войны потери среди афганских войск, боевых формирований моджахедов и мирных жителей превысили полтора миллиона человек. Но это лишь за те годы. Как известно, потом там пытались навести порядок США. В итоге их войска оттуда, по сути, бежали. По дороге в прямом смысле бросая тех, кто был с ними, – весь мир обошли жуткие кадры, на которых с шасси взлетающего американского военного самолёта падают афганцы, пытавшиеся хотя бы так улететь и спастись…
За время Афганской войны 14 тысяч наших соотечественников погибло или умерло от ран и болезней, 50 тысяч – получили ранения. В их числе немало и калининградцев. Не просто так в Калининграде появилась улица Памяти павших в Афганистане.
15 февраля 1989-го завершился вывод советских войск из ДРА. А уже через два дня в Калининграде заложили камень на месте будущего памятника калининградцам, погибшим в Афганистане.
О создании мемориала в честь павших калининградских воинов-афганцев впервые заговорили весной 1988-го. Впереди был ещё целый год войны, которую, к слову, ещё даже нельзя было публично так называть. Официально же ограниченный контингент войск помогал местным товарищам, выполняя интернациональный долг по защите завоеваний афганской революции.
Тем не менее в Калининграде уже тогда прямо и громко заявили: надо увековечить память тех, кто там погиб. И мнение самых разных людей, собравшихся на то обсуждение в мае 1988-го, было единым: памятнику – быть!
И 18 февраля 1989-го при большом стечении народа в парке «Юность» был торжественно открыт закладной камень на месте задуманного мемориала. При этом каким именно он будет, ещё только предстояло решить. В конкурсе творческих проектов пригласили принять участие всех желающих.
Поначалу инициативная группа во главе с Юрием Федорищевым была уверена, что афганцы своими силами справятся и с финансированием, и со строительством. Кто же мог подумать, что всего через пару лет Союз нерушимый развалится. А уже собранные средства – обесценятся. В стране, где бал начал править дикий капитализм, стало не до памятников. Сколько раз в местных СМИ были обращения: помогите кто может. Многие откликались. Однако денег всё равно было мало.
Ожидалось, что к 5-летию вывода войск из Афганистана памятник будет готов. Увы, в тот день его судьба по-прежнему пребывала во мраке неизвестности… Но память погибших афганцев тогда всё же увековечили – в Калининграде появилась новая улица. Улица Памяти павших в Афганистане.
С 1979-го по 1989-й горнило Афгана прошло три тысячи калининградцев. Выполняя интернациональный долг, 77 из них отдали жизнь, на родину вернувшись грузом 200. И так уж вышло, что за годы той войны сразу пять цинковых гробов были привезены в дома по Нарвскому проезду. Вот почему 15 февраля 1994-го именно эта небольшая улица была переименована в улицу Памяти павших в Афганистане.
Ну а на то, чтобы появился памятник, понадобилось ещё пять лет. Причём к народному проекту в итоге всё же подключились власти. Вложились в него и город, и область. Так, сообща, и вытянули воз, собрав, наконец, необходимую сумму.
Открытие состоялось 4 июля 1998-го. Правда, за десять лет, минувшие с того времени, как всё начиналось, идею подкорректировали. Решили, что мемориал должен быть в честь всех воинов-интернационалистов, павших в разное время в других государствах. А также – в память о тех, кто погиб в Чечне.
Владислав Ржевский,
автор канала «Калининградская Пруссия»
Смотрите также: