Захар после проведенных ритуалов чувствовал себя выжатым, как лимон. Ни пить, ни есть ему не хотелось. Он посмотрел на Григория, мирно посапывающего на диване, развернулся и ушел в маленькую комнатку за занавеской. Устроился на кровати и сразу провалился в сон.
– Ну и как тебе мой подарок? – перед его взором возникло лицо старухи с крючковатым носом.
– Какой подарок? – отпрянул он от нее, - Вы вообще кто?
– Не узнал, внучок? – хохотнула старуха, - Еще бы ты меня узнал. Видел пару раз, да и то последний на моих похоронах. И там я была не в лучшем виде, так сказать, не при параде. Но хоть помыли и одели, и то хорошо. Хотя с вилами в груди было как-то не очень.
– С вилами в груди? – переспросил Захар.
– А ты не знал что ли? Надька тебе не сказала? – хохотнула Макаровна.
– Тебя убили что ли? – не понял он.
– Ну как сказать. Надругались над хладным трупом, - расхохоталась она.
У Захара глаза на лоб полезли.
– Не важно, - махнула она рукой, - Я тебя про подарок спрашивала. Понравился или нет?
– Ну, изба так-то добротная, вот только печку мы испортили.
– Вот ты дурень, я тебя не про избу спрашиваю.
– Тетради я пока все не изучил, - Захар пытался понять, что от него хочет покойница.
– Вот ты глуподырый. Я тебя не про то спрашиваю, - она уже стала злиться.
– А про что? – Захар удивленно на нее посмотрел.
– Про Ваську.
– А Васька разве может быть подарком? Мне кажется, наоборот, Василиса совсем не подарок.
– А кто тебе в последнее время помогает, а то и весь обряд за тебя делает? А?
– Так Василиса, но ведь ей все равно делать нечего, - пожал он плечами.
– А то бабе в доме не найдется, чем заняться. Пока она в таком состоянии была, я ее всему обучила. К тому же к нашему роду привязала, уйти теперь она от нас не сможет никогда. Я же знала, что ты в деревню приедешь и жить здесь будешь, и про болезнь я твою знала, даже тогда, когда ты сам не знал, - ответила она.
– Откуда? – нахмурился Захар, - Неужто ты на меня ее наслала.
– Вот еще, мараться я таким не буду, на своих гадости напускать. Так уж, Захарушка, у нас заведено. Кто-то должен в роду такими вещами заниматься. Ты там по-своему практиковал, потихоньку, вполсилы, тебя особо и не трогали. Как только ты решил все это забросить, так тебя и подстегнули. А тут и мне пора пришла помирать, вот тебя болячка-то и скрутила. Если все бросишь, так она вернется, да ты и без меня все это знаешь, - сказала Макаровна.
– Про меня можешь не рассказывать, я и так все ведаю, лучше про Василису расскажи. Зачем ты ее к нашему роду привязала?
– Как зачем? Обучаться ты ко мне не поехал, а знания как-то надо было тебе передать. Ну вот я и сообразила, когда ее увидела. Получше радио с телевизорами будет.
– Так душа ее могла и не вернуться, и что толку было бы от твоей Василисы.
– Разве душа ее вернулась? – удивилась Макаровна, - Я такой расклад даже не рассматривала. Представляю, что она теперь там у вас творит, - усмехнулась она.
– Даже не представляй. Чудит по-всякому, - вздохнул Захар.
– Но тебя не должна забижать, я ей не велела.
– Она меня от болезни вылечила.
– При помощи жабки? – спросила его Макаровна, хитро поглядывая.
– Угу, - кивнул он.
– Это я в нее подселила, - улыбнулась старуха, - Вот только я думала, ты ее раньше найдешь.
– Я не знал, что там есть еще одна комната в подполе. Да и если бы нашел Василису без души, то сдал куда надо.
– Я же говорю, что ты глуподырый, - она постучала кулаком себя по лбу.
– Как вообще ты додумалась живого человека в рабстве держать? – сердито спросил ее Захар.
– Без души – это не человек, - ответила Макаровна, - А пустая оболочка. Я о ней заботилась, ухаживала, мыла, кормила, а она на все смотрела и запоминала, а еще мне в ритуалах помогала. Я же уже старая была, а в помощницы никто ко мне не хотел идти. Ваську наряжу, как бабку, та мне и помогает – принесет, унесет. Во время приемов местные ко мне не совались, а чужие и не знали, кто тут по избе у меня ходит. А свои издалека не могли определить, я ли это, или не я. Плохо, конечно, что у нее душа вернулась. У Васьки гордыня выше гор была, и спесивая, что ослица. Не знаю, зачем ее Надька взяла на обучение, но нам-то с тобой это на руку. Она и старое не забыла, и то, чему я ее учила, помнит. Хорошая из нее помощница получится.
– Угу, помощница, это я у нее теперь в помощниках да в подмастерьях.
– Вот только она того не ведает. Хорош не тот начальник, что все знает и умеет, а тот, что может организовать процесс.
– Разберусь, - процедил сквозь зубы Захар.
– А ты не смотри так на меня. Надо же было тебе как-то знания передать. Ты ко мне не ехал, а в тетрадках иногда не понятно, как да что. А тут тебе все на практике и расскажет, и покажет. Вон как бойко с яйцом сообразила. Кстати, тебе надо скотинку завести, курочек, уточек, чтобы за ритуальными животными и яйцами по соседям не бегать. Так что не надо на меня зверем смотреть.
– Какое замечательное решение нашла, - хмыкнул он.
– А ты меня не осуждай, осуждалка еще не выросла. Вот как окажешься на моем месте, так тоже начнешь хитрить да выкручиваться, как уж на сковородке, - прикрикнула на него Макаровна.
– Вот как окажусь, тогда и посмотрю, - ответил он.
– Ладно, внучок, пошла я, и так что-то меня к тебе нелегкая принесла. Не пойму чего вынесло в твои сны. Ты это, только Ваську не забижай, она мне как дочка.
– Ага, дочка, - усмехнулся Захар.
– А ты мне тут не скалься, - погрозила ему старуха кулаком.
Макаровна уже собралась уходить, как снова к нему повернулась.
– Ах, я же вспомнила, зачем приходила. Как этого жиртреста увидала, так и вспомнила. Ты с него денежки сразу тряси, как очнется, иначе он тебе ни копья не заплатит, еще и на суд подаст, что ты его вывез без его ведома. С тебя станет денег требовать, чтобы не посадили.
– Как это? – удивился Захар.
– А вот так, не всех людей надо спасать, и не все нелюди плохие, - ответила старуха, - Я тебя предупредила, а ты уже сам решай, как тебе с ним поступить. Очень уж он жадный. Надо было, когда Васька ему язык выдернула, назад отправить в машину, чтобы его змей придушил. Но что сделано, то сделано. Ладно, не прощаюсь, может еще и увидимся с тобой на этом свете.
Она повернулась к выходу из спальни и сразу исчезла. Захар тут же распахнул глаза, сна не было ни в одном глазу. Перед мысленным взором стояла бабка и насмешливо на него смотрела. Он встряхнул головой, видение исчезло, а вот ее слова о Василисе и о Георгии крепко засели в голове.
Захар вышел из спальни, глянул на своего подопечного, тот мирно спал, и отправился во второй свой дом. Ему хотелось умыться, привести себя в порядок и позавтракать, а еще следовало переварить сказанное старухой. Он верил каждому ее слову.
Автор Потапова Евгения