Друзья мои, вот и снова мы в августе 1939 года. Если забыли прошлые события, можете почитать главы 61 и 62. Ссылку дам в конце главы.
В августе, ближе к середине месяца, Фросе начала сниться Таисия. Во сне мать ругала Егора, мужа Моти, и грозила своей ореховой тростью. Фрося сначала не обратила внимания на эти сны, но однажды поговорила о них с Зоей.
- Подруга, что-то происходит плохое и, скорее всего, с твоей сестрой Мотей. Зять что-то натворил. Напиши письмо матери и спроси, что происходит.
Глава 174
У Таисии дела шли хорошо. Возраст оставался возрастом, но ничего особо не болело и не беспокоило. Походы в кино разнообразили жизнь. С Грунькой они жили душа в душу. Иногда Таиску, будто подмывало что-то, сказать соседке пару ласковых и закрыть перед нею дверь. Но мысль о том, что придётся самой носить воду из Лабы, останавливала.
Чаще всего Таисе хотелось отругать соседку за её непутёвого зятя. Он приезжал к тёще и устраивал попойки. Собирал местных выпивох и пьянствовал с ними во дворе или в хате.
- Грунька, я вже давно выгнала б такого зятя к чертям собачьим. Чо ты мовчишь и прывичаишь ёго? Вин вэрнэца до Варьки у Лабинскую и гоня йи тамычкы. А ты тутычкы налываишь ёму и закуску выставляишь. Гоны у тры шеи, - высказалась однажды Таисия и Грунька обиделась. Неделю не приходила.
Пришлось Таиске идти самой поводу на Лабу. Принесла по пол ведёрка, облилась вся, села на лавку и задумалась.
- Дитэй выростыла, а воды прынэсты никому. Мотька змея, знае, что мать одна, ныколы ны сменьшица и ны прыйдэ. Вот змеюку выростыла. Мабуть, мало лупыла. С Грунькой надо срочно мырыца. Дуже тяжко воду тягать. Зимой-то, ладно. Снигу можно натопыть. А счас биз воды ны як.
Пошла вечером Таиса к перелазу. Позвала соседку:
- Грунька, ось иды суды. Чось скажу.
Соседке одной тоже было скучно. Выбежала сразу.
- Таиска, ты что ли? Чо случилось?
- Та ничо. Иды до мэнэ, чось расскажу, - сказала, а сама быстренько так пошла в свою хату.
Пока соседка пришла, Таисия положила на стол платок и несколько пряников.
- Сидай, подруга. Ось, быры, платок и прянычки. Ваську мого помяни. Тут дэсь у августи ёго як раз и зарубалы.
- Царствие небесное покойному Василию, - перекрестилась Груня. Села на лавку и взяла пряник. – Пряники свеженькие. А я сегодня хотела купить. Зашла в магазин, а пряников-то и нет. Все растащили.
- Ешь, ешь. У меня ещё есть, - покивала головой Таисия и вдруг сказала:
- Грунька, ты за зятя на мине не обижайся. Поганый вин чоловик, я ж бачу. Чо бачу, то и кажу.
- Таиска, не обижаюсь я на тебя. Но я ж думала задержать его тут, в станице, чтобы Варюшка моя от него хоть трошки отдохнула там, у Лабинской. Обижает он её. Понимаешь? Руку поднимает.
- Вин чо, бьёть Варьку? Ах ты, собачий сын! Як прыидэ, сама палюганом отходю. А ты чтоб ны лизла, а то и тоби достанэца.
Груня заплакала.
- Не поможет это. Ты только хуже сделаешь Варюшке.
- Тоди до участкового надо обращаца. Нызя сыдить и ждать, як Манька ждала. Дождалася, пока чуть голову ны отрубав. Хай тоди броса твоя Варька ёго.
- Боится. Он пообещал голову оторвать, если пожалуется.
- Такый дурак и голову одирвэ. Бачила я, як вин дрався с пьянчугой, - покивала головой Таисия. – Той заховався у мине у городи. А то живым бы ногы ны унёс.
- Вот видишь, какой зять мне достался.
- Остаёца донос на ёго напысать. Быстро убыруть, куды нада, - сказала Таиса.
Грунька вытаращила глаза на соседку:
- Таиска, ты в своём уме? Буду я донос на собственного зятя писать. На Сеньку своего возьми и напиши.
- Я писать ны вмию. Та и с зятем мине повизло. А вот ты подумай!
***
Конечно, Груня не стала писать донос на зятя, его кто-то написал и без неё. Скорее всего тот, кто часто с ним выпивал. Таисия и Груня решили, что доносчиком стал тот самый выпивоха, который еле ноги унёс от пьяного зятя. Мужик был хоть и невзрачный, но читать и писать умел. Одно время в колхозе в бригаде учётчиком работал. За пьянку председатель выгнал его из учётчиков и поставил помощником забойщика скота. Работа бывала не часто, трудодни шли, и можно было продолжать пить.
Груниного зятя арестовали и даже у неё сделали обыск. Что искали, не сказали, но в хате всё перевернули вверху дном. Соседка жаловалась Таисии, что после обыска много чего не нашла из сундука.
- Ой, та хай ёго грець, барахло цэ наше. Хай быруть, лишь бы нас ны трогалы, - сказала Таисия и вспомнила о своём клубочке с золотым песком. Если случится у неё обыск, то клад в валенке найдут и пряжу размотают. Клубочек-то тяжёлый.
На следующий день Таисия насобирала за двором подходящих камешков и занялась изготовлением похожих клубочков. Пряжи не было, но она распускала старые носки и наматывала нитки на камешки. Достала заветный моточек из валенка, добавила пряжи и все получившиеся клубочки сунула в старый чулок. Валенок в тот же день сожгла в печке.
Теперь она и сама не знала, где у неё узелок с золотом. Сунула чулок в рукав старой фуфайки и облегчённо вздохнула. Мотино золото не должен никто найти.
Не зря Таисия старалась. Когда арестовали Егора, у неё тоже был обыск. Старая женщина сидела на табуретке и зорко следила, чтобы ничего не пропало из сундука. Она даже не повернулась в сторону печки, когда там нашли чулок с клубочками. Пару штук размотали. Таисия мысленно молилась Богу и просила защитить невинных.
- Бабка, чо тут у тебя за камни в клубках, - спросил, усмехнувшись, главный.
- Та то, чтобы клубочки гладенькие и ровненькие получались, - ответила спокойно.- На камушках хорошо клубочки получаются. – А чо вы шукаити?
- Зять твой враг народа. Ищем компромат.
- А чо цэ такэ конпроймат?
- Оружие, золото, запрещённая литература.
- Та ни. Такого в мэнэ ныма. Жорку я и у хату ны пускала. Поганый зять мине достался. Вот Сеня у мине зять лёчик. Колысь прылитав, крыльями помахав. Вот Фроське повизло. Ты куда монисто цыганске потягнув? Положи на мисто, - закричала Таисия, увидев, что один из тех, что делали обыск, сунул в карман монисто цыганки, расплатившейся им за юбку и кофту.
- Товарищ майор, нет у неё ничего ценного. Нищета сплошная. Искать дальше?
- Время здесь теряем. Так и напишем, ничего подозрительного не нашли, - ответил главный, швырнул на пол чулок с клубочками, и они раскатились по хате.
Обыск закончился. Милиционеры ушли, Таисия собрала все клубочки, прижала их к груди и заплакала. От страха разболелась голова. Она очень боялась, но вида не показала. Стало жалко Мотю. Дочка уже отсидела за огрызок кукурузы. Теперь её ведь тоже могли обвинить и отправить куда-то. Дети останутся одни.
Но всё обошлось. Мотю не тронули.
***
В августе, ближе к середине месяца, Фросе начала сниться Таисия. Во сне мать ругала Егора, мужа Моти, и грозила своей ореховой тростью. Фрося сначала не обратила внимания на эти сны, но однажды поговорила о них с Зоей.
- Подруга, что-то происходит плохое и, скорее всего, с твоей сестрой Мотей. Зять что-то натворил. Напиши письмо матери и спроси, что происходит.
- Она читать и писать не умеет, - сердито ответила Фрося.
- Так и что? Там людей живых рядом никого нет? Соседи, родственники. Кто-нибудь читать-то умеет и писать тоже, - не успокоилась Зоя. - Ты говорила, что сестра двоюродная в школе училась.
- Зато я не говорила, что та самая сестра хотела Семёна у меня отобрать, - сердито ответила Фрося.
- Так и что? Где ты, а где сестра? Сейчас садись и пиши. У меня есть конверт, и бумага, и ручка. Всё есть.
Фрося написала письмо. Рассказала о командировке Семёна, о его возвращении и о своей работе в столовой. Конечно, в подробности не вдавалась, но всё же. Написала свой новый адрес и отдала письмо для контроля Зое.
- Самое главное не написала. Спроси о житье-бытье, расспроси о Моте, обо всех родственниках. А то написала о себе и всё. Это неправильно. Вот здесь есть место, дописывай.
Фрося дописала вопросы о родственниках, даже о тётке Ксении спросила. Подписала конверт и отнесла его в почтовый ящик.
***
Через неделю письмоноска принесла Таисии письмо.
- Таиска, танцуй. Тебе письмо из Ростова.
- От Фроськи, что ли? За год ни разу не написала, а тут глянь, письмо прыслала. Случилось чо-то?
- Хочешь, могу прочитать! – почтальонка сняла сумку с плеча и собиралась открыть конверт.
- Не, не, не. Я пиду до Ксеньки. Катька читать умие, - запротестовала Таисия и отобрала письмо. Вдруг у дочки что-то случилось, и об этом сразу узнает вся станица, если будет письмо читать чужой человек. Своим Таисия тоже не доверяла, поэтому решила подождать Груньку и доверить чтение письма ей.