Считается, что князь Ярослав Мудрый был боголюбив и очень уважительно относился к священникам и особенно к черноризцами. Но не все так просто. Да и не о нем здесь речь.
Известно, что сподвижником в делах веры у Ярослава был первый русский митрополит Иларион, который также был первым официально известным русским философом и писателем. О нем известно из ПВЛ следующее:
«В год 6559 (1051). Поставил Ярослав Илариона митрополитом, русского родом в Святой Софии собрав епископов». Также митрополит известен и своим произведением "О законе и благодати".
Но, увы, о нем более ничего не было известно на страницах летописей. Имя Илариона и, вероятно, славные дела убрали со страниц хроник и прочей документации. Но так ли это на самом деле?
Итак, Иларион был основателем пещерки, где позже основали Печерский монастырь. Даже будучи митрополитом, он не оставлял желания уединяться там. Но в 1054 году князь Ярослав умирает. Митрополит лишен покровительства. Вероятно, среди церковного сообщества, в то время в достаточной степени наполненного греками, начались интриги, и Иларион потерял свой пост. Более о нем даже из церковных документов ничего не известно. Спрашивается, куда он исчез? Он, конечно же, не исчезал, а ушел в монастырь, который сам и основал. Как водится, поменял имя. И появился в составе братии этого монастыря под именем монаха Никона.
Да, это тот самый Никон Великий, который до 1088 года (год смерти) был игуменом Киево-Печерского монастыря. Версию о том, что под именем Никона скрывался Иларион, выдвинул ученик исследователя А.А. Шахматова М.Д. Приселков.
А вот учитель Приселкова А. А. Шахматов после анализа и сопоставления фактов установил, что Никон, за которым скрывался Иларион, был автором Начального летописного свода и датировал его 1073 годом. И это с учетом того, что был еще древнейший свод 1037 года. Вероятно, Нестор использовал эти своды при написании ПВЛ. Но это было только гипотезой Шахматова, хотя и общепризнанной.
Что характерно. Но о судьбе Никона до его "внезапного" появления в Киево-Печерском монастыре ничего не известно.
В этой пещере возле села Берестова Никон, как отмечал Артамонов, появился не позднее середины 50-х годов 11 века. А Иларион как раз в этот период и пропал со страниц анналов истории.
После того, как Никон постриг в монахи, вероятно, очень ближних людей - князя Изяслава Первого, Ефрема и боярского сына Варлаама, сын Ярослава Мудрого осерчал не на шутку. Дело было в том, что, по мнению Изяслава, Никон, прежде чем осуществлять постриг его людей, должен был получить согласие князя, а не действовать самостоятельно.
Никона под конвоем доставили во дворец, где Изяслав услышал от него дерзкий ответ о том, что сделал постриг вышеуказанных персон по "повелению Небесного Царя и призвавшаго их Исуса Христа". Этот кидок со стороны Никона, конечно же, не устроил Изяслава, и он приказал священнику убедить новопостриженных вернуться домой. В противном случае князь угрожал уничтожить монастырь, а священников посадить в тюрьму.
Но Никон был непреклонен. И как назло для Изяслава в этот момент Антоний с учениками решили покинуть Киев. Но жена князя, польская княжна Гертруда, решила заступиться за монахов, так как не хотела повторения какого-то случая, случившегося на ее родине, в Польше.
Но в любом случае дошло до того, что Никону пришлось уехать в Тьмутаракань. Впрочем, он и там не скучал. Основал на Тамани храм Пресвятой Богородицы.
По мнению Д.С. Лихачева, Никон, будучи изгнанником, узнал о призвании варягов у боярина Вышаты, который вместе с ним и с князем Ростиславом Владимировичем в 1064-м году находился в Тьмутаракани.
В "Житии Феодосия Печерского" отражено, как Никон-Иларион «многажды» бывало: сидит и «делает книги», а рядом Феодосий «прядет нити, еже на потребу таковому делу».
О том, какие исторические свидетельства и хроники получил от Никона-Иллариона Нестор, мы знать доподлинно, увы, не можем. Но, скорее всего, не просто обычное изложение хронологии исторических событий, но и мотивы и выводы о тех событиях истории, что имели место быть.
Правщики других времен хорошо постарались даже над трудом Нестора, который явно использовал историю, написанную Иларионом-Никоном.
В официальной историографии имеется мнение, что те промежутки в летописях, где имеются годы, когда ничего не описано, просто на просто ничего и не происходило, что могло бы заслужить внимание хронистов. Что неверно, но на руку определенному кругу лиц.
Исследователь В. Демин в своем труде "Русь Летописная" по этому поводу пояснил так:
"Да нет же! Вовсе не так все складывалось! Перед нами незаживающие раны, оставленные живодерами-цензорами. Точно кладбищенские надгробия, напоминают они последующим поколениям: «Смотрите, здесь погребена русская история…»".
Дорогие читатели! А как считаете вы?
Очерки для прочтения: