Предыдущая глава ⬇️
Она устраивается удобнее, довольная, что все так быстро разрешилось. Считай, повезло. Скользит взглядом по столу в поисках еды. Но кроме бутылок и стаканов ничего нет. Бросает на него недовольный взгляд:
-Может хватит уже? - шепчет на ухо, - одной драки сегодня мало?
Он молча передает ей тяжёлый хрустальный стакан. Она морщится в предвкушении, делает глоток. В стакане кола. Становится смешно. Он всегда ее обставляет. С другой стороны, раз не пьет, значит все серьезно.
-Стакан вернешь?
-Запросто. Тут есть еда? Я голодная.
-Семён, организуй что-нибудь, и музон пусть притушат, я сам себя не слышу.
Семён недоверчиво хмыкает:
-Про музыку вряд ли, там пацаны гудят. Веселье в разгаре.
-Скажи, я прошу.
Не проходит и пары минут, как в зале становится значительно тише. Колонки перестают хрипеть, надрываясь на верхних нотах. Еще через десять минут перед ней появляется большая тарелка с курицей и кусками нарезанными помидорами. Судя по форме и размеру, повар кромсал их в темноте тупым ножом. Но на вкус не влияет. Она руками берет с тарелки горячие куски мяса, не дожидаясь, пока принесут вилку. Выбирает самый симпатичный кусочек, протягивает ему:
-Хочешь? Вкусно.
Он послушно берет курицу, отправляет в рот.
-Надо бы рассердиться на тебя, - бормочет ей на ухо, - и наказать за твое непотребное поведение. Сиди тихо и не отсвечивай. Иначе отправлю домой и пристегну к батарее.
-Ого? Звучит заманчиво, - хихикает она и прижимается ближе к его плечу, - можно я только спрошу?
-Валяй!
-Не здесь, пошли покурим.
Они идут через зал, провожаемые косыми взглядами сидящего за банкетным столом Гоги и парочки его соседей, с которыми он , видимо, поделился обидой. Именинник уже снял пиджак, лоб покрыт испариной, масляные глазки липко останавливаются на ней, потом перебегают на ее спутника. Он неласково стряхивает с колен девицу, вскакивает со стула и широко улыбаясь шагает навстречу:
-Макс! С воскрешением что ли? - жмет руку, потом обнимает , как близкого друга, - братва трёт давно по углам, но я же знаешь, пока сам не увижу, не поверю. Разговор разговору рознь.
-И правильно делаешь, Жека! Мертвые не оживают, - ухмыляется он, - с днюхой, братух!
-Давай к нам! Посидим, выпьем! За жизнь перетрем, много тут новостей разных, пока ты на том свете прохлаждался. Сава исчез, как в воду канул. Ты слыхал чего?
Они медленно идут в сторону выхода, продолжая беседовать негромко. Она плетётся следом, понимая, что разговор об отце опять не получается. Может вообще не ходить? Хотя, вдруг что- то интересное услышит. Кто ничего не слушает, тот ничего и не знает.
Выходит на крыльцо как есть в свитере. Ежится от неприятного холодного ветра, который пробирается под тонкую шерсть. Он снимает с себя куртку и накидывает ей на плечи. На душе сразу теплеет от такого простого очевидного проявления заботы. Они вместе прошли уже такой длинный путь. Научились беречь друг друга. Почти..
-Кстати, Бэха не нужна? - толстяк угощает всех сигаретами, она машинально вытаскивает одну, крутит между пальцами.
-Баха? Какая? Пятая?
-Ага, вообще четкая тачка, коммерс успел на ней только месяц покататься. Кожа, рожа, все дела. Я б себе взял, но много незакрытых вопросов.
-И че почем? Я без колёс остался, - лёгким движением вытаскивает сигарету у нее из руки, небрежно ломает пополам и бросает на асфальт.
-Не моя, пацаны пригнали. Но я договорюсь. Завтра наберу все скажу. Я ее видел. Аппарат - закачаешься, не пожалеешь. А с твоей чего?
-Скинул, примелькалась сильно.
К входу подъезжает дребезжащая восьмерка непонятного цвета. Одна дверь черная, вторая рыжая, а капот забрызган грязью так, что не разберешь в темноте. Того гляди развалится. Из распахнутой двери начинают вываливаться друг за другом одинаковые пацанчики в чёрных коротких куртках. Она удивлённо приподнимает брови, досчитав до семи. Как они туда поместились? Обступают их собеседника со всех сторон, громко поздравляют, хлопают по спине и плечам. Затем плавно перетекают внутрь кафе. Становится очень тихо. Кажется, воздух звенит.
-Что хотела сказать? - смотрит ей в глаза, как будто , все итак знает.
-Про папу.. отца… что он рассказал?
-Ничего интересного. Секретарша эта, Любка, пришла после похорон, принесла бутылку вискаря. Они выпили, его развезло на старые дрожжи. А может досыпала чего. Сказала, что любит его и жалеет, хочет помочь. Потом увидела бумаги в пакете, спросила, что это, можно ли посмотреть. Говорит, что не разрешил. Может, врет. Может, нет. Что с пьяного возьмешь. Вроде как ничего толком не помнит. Говорит, глаза стали слипаться и свалился. Только видел, что она пакет в сумку свою запихала. По любому, чтоб проверить, надо бабу эту найти. А она как сквозь землю канула вместе с директором. Семен уверен, что за ним Москва стоит. Если так, то ждем гостей.
У нее все смешивается в голове. Слишком он быстро переходит от одного к другому.
-Гости - это кто? Они тоже претендуют на завод?
-Крыша директора нашего. Если она есть. Я, конечно, сам ло.ханулся. Думал, у вас дома как в сейфе, все свои. Не учел, что батя на старости лет шашни крутить надумает. Недо.умок! Либо он свистит и про Любу эту, а сам толкнул в полцены. Но я все равно узнаю...
-Ты простишь его? - слетает с языка главный вопрос. Акции, завод, москвичи - это то, что имеет значение для него, а ей даже не до конца понятно. А отец... он хоть и бестолочь и бабник, но родной человек. И другого у нее не будет. Зато на его примере очень хорошо видно, что бывает, когда не думаешь головой.
-Если сможет все исправить, - коротко бросает он.
-А если нет?
Ответом молчание. Снова распахивается дверь, улицу заполняет гулкий смех, громкие голоса, щелкающие зажигалки и убегающий в темное небо дым.
-Я завтра переезжаю, - слова в никуда, он подталкивает ее в спину, - пошли, хватит мерзнуть, надо заканчивать и поспать, пока еще ночь.
-Стой! Почему? Это из-за отца? - она хватает его за руку, упирается ногами в край тротуара, чтоб не дать уйти.
-Я так решил.
Она сидит на диване, пытаясь отогнать обиду и собрать мысли в кучку. Не выходит. Какого ч.ерта, как только что-то начинает налаживаться, в другом месте тут же ломается? Неужели это она такая невезучая? Краем глаза наблюдает, как Семен сидит возле отца и продолжает задавать вопросы вместе с еще одним незнакомым парнем. Похоже на перекрестный допрос, что она видела в кино. У парня жесткий взгляд, орлиный профиль и некрасивый шрам через весь лоб. Отец явно нервничает, то и дело берет и кладет обратно лежащую на столе вилку. Глаза бегают от угла до угла как у загнанного зверя, по лысине стекают капельки пота, на щеках неровные пурпурные пятна, заметные даже в полумраке зала. Зачем они его так мучают? Ведь понятно же, что человек был не в себе. Его просто обманули.
-Макс! - теребит его за руку, - давай поедем домой. Я переживаю за папу, он плохо выглядит. Что они хотят? Он ведь все рассказал. Его самого обманули. Надо искать эту Любу и с нее спрашивать. Пусть отвечает.
-Откуда такая уверенность? - его взгляд становится холодным и насмешливым.
-Я же вижу! И он не мог! Похороны только прошли.. ему вообще не до этого было, сам не понимаешь? Люди не всегда думают только о делах! - злиться она его непонятливости.
Подходит Семён и что-то шепчет на ухо. Она бы хотела услышать, но музыка не дает даже шанса.
Он поднимается:
-Короче, считаю, пора расходиться. Завтра много дел: директор нашёлся, бумаги у него. Я утром к нему. Семён и Слон со мной. Вы - на завод, проверить порядки. По секретарше отбой, больше не нужна. Пусть спит спокойно. Миш, к тебе тоже вопросов нет, отдыхай.
-А я? - улыбается она, ошарашенная таким неожиданным поворотом. Говорила же, что отец не при чем.
-А ты в институт, грызть гранит науки. Вопросы? Нет вопросов, все свободны. Слон, на пару слов,- и первый встает из-за стола с компаньоном Семена.
Отец нервно хихикает, облизывает пересохшие губы. Потом хватает со стола недопитый стакан и рейки жестом переворачивает себе в рот.
-Уфф! Хорошо пошло! Давай бутылку заберем, жалко оставлять, - прячет недопитое виски под куртку. Внимательно осматривается по сторонам, потом шустро ныряет в проход. Она выходит последняя. На душе как-то странно, вроде все решилось, а вроде нет. И Макс.. зачем он хочет уехать? Не доверяет ей больше из-за бати? Или просто хочет быть свободным?
Домой она идет с родителем парой. Он остается в машине, лишь кивает:
-Ложись, мне тут еще надо...
Долго ворочается с боку на бок. Думать устала, а не думать не получается. Не кстати вспоминает ту красивую Кристину, с которой столкнулась в больнице. Жена друга, которого больше нет... свято место пусто не бывает, как выяснилось. Наконец проваливается в неглубокий сон, наполненный драными котами и псом без уха. Коты отбирают у него кость, а он вяло огрызается. При этом выглядит очень несчастными, ей хочется подбежать и помочь. Только ноги не слушаются. Внезапно пес бросается на нее, вцепляется в руку и начинает рвать зубами.
-Ааааа! Помогите! Больно! - визжит она во все горло и просыпается от звуков своего же голоса. За окном светло, на часах десять. В квартире тихо и пусто. Ни отца, ни Макса.
Продолжение...
Начало ⬇️😎