Рассказ основан на реальных событиях, произошедших в конце 70-х годов прошлого века где-то на Кавказе, над Чёрным морем...
Курсант Коля
В военном авиационном училище Коля был обычным курсантом, немного застенчивым, никогда не ввязывался ни в какие конфликты. Было у него три страсти — его невеста Галюня, про которую знало всё классное отделение, коллекционировании ножичков, именно маленьких ножичков и занятия гирями, хотя на вид был совсем не похож на гиревика, ниже среднего роста, худощавый. Впрочем, в те годы все мы были худощавыми.
Две первые страсти его подвели. Первая довольно болезненно. Невеста, а впоследствии жена, ему изменила с полковым метеорологом. Ножички у него изъял командир роты, при очередном «шмоне» тумбочек в казарме ещё курсантом. А вот третья страсть пригодилась и даже спасла ему жизнь. А дело было так.
Лейтенант Коля и море
Коля, вместе с несколькими нашими однокурсниками, после выпуска, получил назначение в Грузию. Не самое плохое место в те «застойные» годы, если не считать заграницу. Тогда это были Германия, Польша, Чехословакия и Венгрия, где стояли наши, так называемые, группы войск.
На Кавказе, как известно, ночь наступает стремительно, только стоит солнцу скрыться за гребнем гор. Вот и сегодня при взлёте было ещё светло, а уже на маршруте наступила кромешная тьма. Ночь была безлунная и практически беззвёздная. Впрочем, над морем, на малой высоте, если звёзды отражаются в гладкой морской поверхности, то это ещё хуже, можно запросто перепутать верх и низ.
Коля об этом хорошо знал и поэтому всё внимание сосредоточил на приборах. Двигатель работал ровно и это, наверное, было самым главным. Летать над морем с одним двигателем, дело весьма рискованное, но лётчики быстро к этому привыкали, а вернее заставляли себя об этом не думать.
— 341-й, отказ двигателя, обороты падают, высота тысяча… — доклад прозвучал неожиданно, как всегда бывает в таких случаях. Руководитель полётов, сразу оценив, что лётчик уже не успеет сделать попытку запустить двигатель, подал команду:
— 341-й катапультируйся… — ответа не последовало, и в эфире повисла гнетущая тишина.
А Коля уже висел на стропах парашюта и вертел головой, пытаясь понять самое главное — где берег. Остановка двигателя и для него была неожиданной, но времени размышлять о причинах не было, высота не позволяла, поэтому он доложил руководителю полётов и, получив приказ, катапультировался. Катапультирование прошло штатно. Перед тем как дёрнуть за ручки катапульты, Коля ещё успел немного набрать высоты.
Сейчас он вертел головой и сквозь мрак ночи не видел ни одного огонька. Наконец, сообразив, что при катапультировании опустилось светозащитное стекло на шлеме, он его поднял и, почти сразу, увидел вдалеке небольшую кучку огоньков. Наверное, огни какого-то селения на берегу, теперь понятно в какую сторону надо плыть. Он немного успокоился, подёргал за фал внизу и услышал шипящий звук. Надувалась спасательная лодка — уже хорошо.
Он помнил теорию, что ещё надо, перед приводнением, освободиться от привязной системы парашюта, но как это сделать, если воды внизу в темноте совсем не видно. Он потрогал спасательные поплавки, висящие по бокам в районе поясницы, нащупал «бобышки» за которые нужно дёргать, чтобы они начали надуваться, отстегнул и бросил вниз, ненужную уже кислородную маску. Теперь всё внимание вниз, на воду, надо вовремя открыть замок и выскользнуть из подвесной системы, чтобы не запутаться в парашюте.
Он быстрее почувствовал, чем увидел быстро надвигающуюся на него морскую поверхность. Внутри всё сжалось, он открыл замок подвесной системы, задержал дыхание и, подняв руки, вывалился из неё, сразу с головой уйдя под воду. Уже там он дёрнул «бобышки» поплавков, которые тут же надулись и вытолкнули его на поверхность. Сердце колотилось в груди, казалось, что сейчас выскочит наружу.
«Главное не паниковать, вода вроде не очень холодная, лето, живы будем — не помрём… », — думал Коля, отплёвываясь от солёной воды и оглядываясь по сторонам. Белое полотнище парашюта лежало на воде чуть в стороне, хорошо, что не накрыло, оранжевая лодка плавала совсем близко…
Продолжение🔻
*****
Прошло уже 35 лет после службы и многое стирается из памяти, уважаемый читатель, поэтому не обессудьте за, может быть, какие-то неточности в повествовании и не стесняйтесь поправлять автора и уточнять детали в комментариях, а я обещаю учитывать ваши поправки и вносить изменения. Как вы поняли (кто в теме), речь идёт о самолёте МиГ-23. Впрочем, действия при катапультировании и приводнении схожи на многих типах самолётов.
Вот я, например, забыл что мы пристёгивали карабином к брюкам комбинезона. Фал от лодки или НАЗа? Или аварийной радиостанции? Жду ваших комментариев, уважаемый читатель.
