Павел проснулся от необычного звука, похожего на шорох пшена, сыплющегося в окно. Открыв глаза, он лениво выбрался из тёплой постели и, выглянув наружу, увидел только снег. За ночь сугробы выросли: если вчера они достигали ему лишь до пояса, то теперь кое-где доходили до груди. В этот момент из дома вышла Кристина. Пробираясь по сугробам, которые ещё вчера узкой тропинкой, она подошла к двери его апартаментов.
- Доброе утро. О, замечательно, что ты уже проснулся, – бодро защебетала девушка.
- Мы здесь умрем! - ответил он вместо приветствия.
- Что? - переспросила Кристина, стаскивая с головы платок.
- Мы здесь умрем! - повторил Павел. - Нет электричества. Нет дров. Нет продуктов.
- Ну, да, электричества нет. Но есть уголь и дрова. Они в сарае. И есть сахар, масло, мука и погреб с овощами и консервацией. Я же говорила, что провожу здесь много времени. Позавчера я купила у тети Нади лоток домашних яиц и литр сметаны. С голоду точно не умрем. А может даже поправимся, - усмехнулась она. – К тому же рядом с деревней проходит трасса - та, откуда ты пришел. Так что в конце концов ее прочистят. И как только грейдер пройдет там, то через день проедет и по деревне.
- Я ведь могу эти дни побыть здесь? - настороженно спросил Павел.
– Конечно. Оставайся, пока будет необходимость.
Павел с облегчением вздохнул.
- Сейчас я почищу снег, а потом приготовлю завтрак: яичницу на сале.
– Ну, со снегом я и сам справлюсь, - бодро заверил он девушку.
- Спасибо. Ты очень бы мне помог. Лопата в сарае, с другой стороны кухни.
Мужчина кивнул и начал заниматься привычными утренними делами. Чистил зубы, умывался, застилал постель. Девушка тем временем возилась у плиты. Вместо спортзала Павел пошел прочищать снег. Возле сарая он увидел ровно сложенные дрова.
Когда потный и уставший он вернулся в летнюю кухню, то внезапно осознал, что чистить снег на улице в метель значительно сложнее, чем таскать железо в комфортном спортзале. Кристина уже ставила яичницу на стол.
- С хлеба я срезала корочку, - сказала она и с сочувствием добавила, - заметила, что тебе тяжело жевать. А еще принесла салат из огурцов и аджику.
- Отлично, - сказал мужчина, быстро вымыв руки и усаживаясь за стол.
С опаской посмотрел на яичницу. Дома он ел только яйца пашот. В крайнем случае готовил себе омлет на молоке. И всегда только с капелькой масла. А тут яйца просто плавали в жире.
Но Кристина, севшая напротив, ела с аппетитом.
При обычных обстоятельствах он отказался бы от такого завтрака. Но сейчас... Павел устал и был голоден, и это несмотря на то, что посреди ночи он проснулся и съел несколько кусков хлеба с вареньем. Без энтузиазма поддел вилкой кусок глазуньи и положил его в рот.
Яичница показалась на удивление вкусной. Даже чуточку сладковатой. Сначала он выбирал сало и откладывал его в сторону, потому что выглядело оно не слишком аппетитно. Но потом случайно съел маленький кусочек. В отличие от яиц, оно было солоноватое и сухое. И совсем не жирное. А в сочетании с острой аджикой, салатом из огурцов и хлебом из печи... В общем, сегодняшний завтрак стал для него еще одним гастрономическим открытием.
Когда они позавтракали, девушка принялась собирать посуду.
- Пока ты чистил снег, я растопила печь. Так что весь день и ночь здесь будет тепло. На обед оставлю тебе щавелевый суп, подогреешь его, а для этого поставишь чугунок в печь. И оставляю тебе еще одну банку тушенки и варенья. Они вот там, - указала на шкаф со шторами.
- Спасибо. Понял.
- Тогда я пошла работать. Увидимся ближе к вечеру, - проговорила девушка, вытирая руки.
– Хорошо. До вечера.
Накинув на плечи фуфайку, девушка вышла. А Павел, сбросил валенки и запрыгнул на кровать, которая громко заскрипела под ним. Взял в руки сканворды и карандаш. Но его хватило лишь на несколько страниц. Убаюканный сытным завтраком, мужчина задремал.
А проснулся от холода. Вышел во двор, направляясь к туалету. Снег не только засыпал тропу, которую он проделал утром, но еще и начал скрипеть под ногами.
Пока обедал, Павел смотрел на то, как красиво мороз зарисовывает стекла в окне. Помыл за собой посуду – теплая вода осталась в рукомойнике. Потом решил заглянуть в печь, там едва-едва тлели остатки дров.
Не раздумывая, мужчина быстро оделся и отправился во двор. В несколько заходов он притащил в летнюю кухню целую охапку дров и принялся закладывать их в печь. И уже через полчаса в ней весело затрещал огонь. С радостью осознавая, что ему не придётся подбрасывать дрова ночью, а ночь обещала быть морозной, он сбросил тёплую кофту. Затем он сел за стол и продолжил разгадывать сканворды.
Он как раз размышлял над названием реки в Южной Америке, когда понял, что в помещении как-то сильно потемнело. И не из-за того, что за окном небо стало еще серее, а снега насыпало вплоть до середины окна. В комнате потемнело из-за дыма.
Первые несколько секунд Павел не знал, что делать. Он приоткрыл на несколько минут дверь, чтобы проветрить кухню. Но дыма становилось все больше и больше. Еще немного и в комнате совсем не осталось воздуха. Поэтому он распахнул дверь полностью и вышел на двор.
Кристина вышивала у окна, когда увидела сквозь снежную завесу, что по двору плывет облако дыма. Сначала ее сковал страх, потому что она решила, что ее бездомный сжег летнюю кухню. Бросив вышивку, она сорвалась с кресла и побежала во двор.
Павел стоял перед кухней и задумчиво вглядывался внутрь.
- Что случилось? - потрясенно спросила девушка.
- Понятия не имею! Печь взбесилась!
Заслоняя лицо, девушка вошла в кухню. Заглянула в печь.
- Ты подбрасывал дрова? - спросила она строго.
- Ну да, положил несколько корзин.
Она посмотрела на него, как на ненормального.
- Корзин?
- Чтобы не замерзнуть ночью, - оправдался Павел.
- Этого нельзя было делать…
То, что она пожалела для него дров неприятно поразило Павла.
– Я возмещу тебе стоимость дрова, - заверил он гордо.
Ну, сколько он там потратил? Корзины три-четыре? Но он закажет ей целый грузовик дров.
- Печь нельзя так сильно топить. Того, что я бросила утром хватило бы на сутки.
- Но огонь внутри почти догорел! - не соглашался мужчина.
- Но печь-то была горячая. Ты ее слишком разогрел. Теперь здесь щели, - показала она на трещины на белой стене.
- Ой, - наконец он понял, откуда шел дым. - Обещаю больше не подбрасывать дрова сегодня. А завтра ты…
- Даже если я завтра разожгу печь правильно, дым все равно будет проходить отсюда, – Кристина опять показала на щели.
- Заклеить можно? - деловито поинтересовался мужчина.
- Печь не клеят. Ее замазывают, - пояснила девушка. - Глиной.
- А у тебя есть глина?
– Есть, - ответила, прикусив губу.
- И где же она?
- Где-то там, - указала пальцем за окно, на засыпанное снегом поле.
- Мы можем…
- Нет, - покачала Кристина головой. - Даже если мы раскопаем глину, то я вряд смогу правильно замазать трещины.
- Прости, - сказал он, когда пауза затянулась.
- Ну, ты не сжег кухню. И это уже хорошо, – подбодрила она своего бездомного. - Без печи здесь будет холодно спать. Да и тут столько дыма, что ты угоришь. Поэтому..., - прежде чем произнести следующие слова, Кристина глубоко вздохнула, – постелю тебе в доме.
Девушка вышла из летней кухни. Павел пошел за ней хвостиком. Они по протоптанной тропинке подошли к дому. Зашли на застекленную веранду.
- Добро пожаловать в дом семьи Борисовых, – сказала она.
С холодной веранды они зашли в темный коридорчик с двумя дверями, одна из которых вела в теплую, маленькую кухню. Девушка скинула валенки. Он тоже разулся.
- Ух ты! Здесь тоже есть печь, – обрадовался Павел.
- Конечно. И тебе лучше не прикасаться к ней, – предупредила Кристина.
- Не буду, – серьезно ответил Павел.
Кухня была такая же простенькая, как и то помещение, где он провел предыдущую ночь. Только намного меньше. Крошечный стол, сервант с кухонной утварью и всего два стула. На стенах цветастые обои, а под ногами домотканый коврик.
Кристина прошла через кухню в большую комнату, Павел за ней. Две кровати, два раскладных кресла, овальный большой стол, шкаф с вышитыми салфетками на дверцах.
– Я постелю тебе вот здесь, - указала на высокую кровать, покрытую верблюжьим одеялом.
- А ты где будешь спать? Там? - он показал на кровать, которая стояла упираясь одной стороной в заложенную плиткой стену, а другой в изголовье его ложа.
- Нет, я займу другую комнату, – девушка кивнула на закрытую дверь.
- Тебе не нужно бояться меня. Я…
Это было ошибкой. Наверное только маньяки говорят о том, что они абсолютно безопасны для милых, молодых девушек, с которыми знакомы второй день.
– И я не храплю, - попытался Павел исправить ситуацию. - Честно!
Девушка изменилась в лице. Она посмотрела ему в глаза. И рассмеялась. И этот легкий, веселый смех пролился теплым медом ему на сердце.
– И все же я буду спать в другой комнате, - сказала она.
- Неужели ... ты храпишь? - спросил он, нахмурив брови.
И Кристина снова рассмеялась.
– Не знаю, вроде нет. Но мне будет комфортнее спать там. К тому же эту кровать обычно занимает Мурза.
– Прекрасно. Я не против такой компании, - улыбнулся Павел. - А что в твоей комнате?
Ничего не ответив, Кристина распахнула перед ним дверь в другую комнату и на мгновение ему показалось, что он снова оказался на улице, среди ослепительных, снежных сугробов.
- Ого! - потрясенно выдал мужчина.
На кровати, на столе, на стульях была аккуратно разложена белая ткань. Один отрезок припорошен тонкой серебряной вышивкой, которая больше напоминала иней на замерзших ветвях. На других отрезках лежал молочный бисер, по узору похожий на морозный рисунок на стекле. А на прозрачно-снежной, как утренний туман, ткани распускались цветущие ветви.
- Кем ты работаешь? - удивленно спросил мужчина.
- Я продавец-консультант в свадебном салоне, – Кристина отошла в сторону, поправляя на ходу волны ткани, – и для отдельных клиентов вышиваю платья. Это ручная работа. "Белым по белому", – она кивнула на ткань украшенную белыми рисуночками. - Обычно я вышиваю дома. Но салон, где работает моя младшая сестра, закрыли. Поэтому она временно вынуждена принимать клиентов дома, в комнате, которую мы делим на двоих. А поскольку сестра мастер мехенди – это искусство росписи тела хной, то она прямая угроза для моей работы. Поэтому, я на неделю и переехала в деревню.
- И я очень благодарен тебе за это! Если бы не ты, я, вероятнее всего, попал бы домой лишь весной. В виде ледяной скульптуры, - грустно добавил Павел.
Девушка сочувственно взглянула на него.
- Ну, теперь все позади. Пойдем, сменим для тебя постель.
Вернувшись в свою комнату, Павел, пока Кристина искала постель, сел на свою кровать и усомнился в её удобстве. Во-первых - кровать была деревянной, со скрипучим, пружинным матрасом. А еще короче чем та, что стояла в летней кухне. Придется либо класть ступни на грядушку кровати, либо спать согнувшись.
Однако, это было в тысячи раз лучше снежной постели, поэтому он благодарно улыбнулся девушке, которая вошла с постельным бельем на руках.
- Печка отапливает две комнаты, - говорила она, заправляя перину в пододеяльник. – Но дрова буду подбрасывать только я, - сурово отметила, и мужчина виновато понурился. - Поскольку я буду занята вышивкой, ты можешь читать. В буфете, в моей комнате, есть много замечательных книг.
- Супер. Не помню, когда в последний раз держал в руках книгу.
- На ужин будет тушеная капуста с картофельным пюре. Еще у меня осталась шоколадка и печенье. Поэтому чуть попозже можем выпить чаю, - сказала Кристина, поправляя наволочку на подушке. - Ну вот, готово.
Павел посмотрел на белоснежную постель. Потом перевел взгляд на свои грязные носки. Оценил руки. Скривился, вспомнив о засаленных волосах и лохматой бороде с репейником, который так и не выдрал.
- Я бы хотел помыться, - сказал он. - В чем-то большем, чем умывальник, - добавил застенчиво.
- В кладовке есть лохань.
- Лохань? - переспросил Павел, потому что не помнил, чтобы до сих пор, хоть раз в жизни употреблял такое слово.
- Ага. Это такая деревянная емкость…
- Я знаю, что это. Просто ... немного удивлен.
- Если хочешь искупаться, то надо наносить воды. Из колодца. Он во дворе, – пояснила Кристина.
- Да без проблем, - ответил Павел, но с места не сдвинулся.
- Надевай фуфайку, - сказала девушка проходя в кухню, а сама накинула на плечи тулуп. - Я покажу, как это делать.
- Послушай, я же не совсем дурак. Воду-то способен принести, - заверил ее парень и уверенно попросил. - Давай ведро.
- Как скажешь, - пожала она плечами. - Тогда одевайся. И варежки обязательно возьми. А я пока притащу лохань.
Павел надел фуфайку, а Кристина протянула ему ведро и сняла лохань с гвоздя на стене в коридоре. Он вышел во двор, без труда отыскал колодец, открыл его и заглянул внутрь. Крикнул в кладку, удивляясь собственному эху. Опустил ведро в воду. Когда начал крутить ручку, пальцы сковало от холода. Отпустил металлическую ручку, и полное ведро потянулось книзу. А за ним закрутилась деревянная колодка с цепью. Ручка крутилась словно ненормальная, едва не зацепив ему по подбородку.
– Да не, я все-таки полный дурак, - обругал себя под звук удара ведра о воду.
Именно в этот момент с веранды выглянула Кристина.
- Все в порядке? - встревоженно окликнула она Павла.
– Да, - повернулся к ней и выдавил улыбку.
Девушка кивнула и спряталась в доме. А Павел тихо пробубнил сам себе:
- Кроме того, что я уже третий раз за два неполных дня едва себя не убил…
Натянув варежки, он, на этот раз без происшествий, вытащил ведро с водой и понес его в избу. Там Кристина указала ему на большую кастрюлю, которую уже поставила на печку. Мужчина вылил воду и посмотрел на лохань. Узкую и небольшую.
- Ты уверена, что я там помещусь? - скептически спросил он.
- Определенно, - девушка бросила на него быстрый взгляд.
- И сколько ведер нужно для той лоханки?
- Ну, чтобы хоть как-то помыться тебе хватит и трех.
Мужчина в этом сильно сомневался. Но ничего не сказал. Кивнул и пошел с пустым ведром во двор. Натаскав воды, он прошел в свою комнату. Девушка как раз зажигала свечи.
- Мне бы еще после ванной переодеться во что-нибудь..., - застенчиво попросил парень.
- Конечно, - кивнула и ушла в комнату. Павел направился за ней.
Она открыла шкаф. Рядом с блузками с кружевом на воротничках и яркими халатами лежали мужские рубашки и брюки. Павел протянул руки и девушка дала ему футболку в горизонтальную полосу, спортивные штаны с лампасами, вязаные шерстяные носки и трусы, которые были больше похожи на шорты.
- Спасибо, - сказал он.
Сел на кровать и положил одежду рядом с собой.
- Пока вода греется, можем поужинать.
- Было бы неплохо, - смущенно улыбнулся Павел, потому что был уверен, что девушка слышала, как урчит у него в животе.
Он сел за стол, а девушка слила картошку и сняла с печки капусту.
- Я могу чем-то помочь? - спросил, потому что не знал куда деться, пока она работает.
- Спустись в погреб и принеси слоик сладких помидоров.
– Хорошо, - сказал, забирая одну свечу.
- И будь осторожен. Там мыши.
- Мыши? - испуганно переспросил он.
Кристина лишь повела плечами.
Вместо того, чтобы выйти в коридор, мужчина пошел в комнату.
- Ты куда? - поинтересовалась.
- Как куда? За кошкой!
Кристина рассмеялась.
А Павел взял с кровати сонную Мурзу и вместе с ней отправился в погреб. Осторожно, внимательно глядя под ноги, спустился в комнатку. Кошку посадил на полочку, а рядом поставил свечу.
Как выглядят помидоры, он знал. Но не имел представления о том, что такое слоик, а спросить, снова выставив тебя дураком, постеснялся. Когда он осмотрел погреб, то немного растерялся. Потому что там стояло столько банок, мешков и ящиков с овощами, что найти среди них то, что попросила Кристина, оказалось не так просто.
- Слоик. Слоик, - повторял в голос, но ничего похожего не увидел. - Ты знаешь, как выглядит слоик? - спросил у Мурзы.
Кошка даже не посмотрела на него, маневрируя между банками на полочке. И то, как сосредоточенно она выглядела, его смущало. Здесь точно были мыши! Поэтому он решил действовать быстро. Слоик не искал. Несмотря на тусклый свет единственной свечи, смог разглядеть среди слив и яблок, помидоры. Правда, они были только в банке. Робко, чтобы мышь не укусила за палец, схватил банку.
И выбежал из погреба.
Мурза последовала за ним и сразу направилась обратно на кровать. А Павел пошел на кухню. Поставил на стол трехлитровую банку, ожидая реакции девушки.
- Сможешь сам открыть? - спросила она, разминая картошку. - Открывалка в ящике.
- Смогу, - легкомысленно ответил парень, находясь под впечатлением от своей маленькой победы, ведь он принес то, что надо.
Как открывать банку, он знал. К счастью, его папа любил консервированный березовый сок. Справившись с крышкой, он даже сам взял тарелку и вилкой достал несколько помидоров.
Девушка поставила на стол картошку и капусту. Павел положил себе пюре. С некоторой настороженностью попробовал капусту, однако остался довольным. А тогда взял в руки помидор. Надкусил и скривился.
- Что-то не так? - спросила Кристина.
- Кажется, эти помидоры ... уже испортились.
Девушка присмотрелась к тарелке и засмеялась.
- Они не испортились. Ты просто принес не тот слоик.
- Если честно, то я не знаю, что такое слоик.
- Слоик - это банка. Прабабушка у меня из Белоруссии была, она всегда так говорила. Но помидоры ты не те принес. И они не испорчены. Это квашеные, а не сладкие.
- Серьезно? - он откусил еще один разок. - Никогда такого не пробовал. Они на вкус ... как пиво…
- Ну, да. Но некоторым нравятся.
- Кажется, – он взял еще один помидор, – мне тоже, - и усмехнулся.
- Ты не пробовал щей из щавеля. Не ел квашеные помидоры. Так что ты ешь обычно? - осторожно спросила Кристина.
- Недалеко от моей работы полно хороших ресторанов.
Кристина грустно кивнула. "Понятно. В мусорных баках роется". Расспрашивать о его бездомной жизни дальше, ей не хотелось. Поэтому она молча наблюдала за тем, с каким аппетитом он ест.
- Ты прекрасно готовишь, - сказал Павел с довольной улыбкой, когда заметил, что она наблюдает за ним.
- Знаешь, когда выберемся отсюда, ты можешь приходить ко мне на обед.
– Я был бы только рад, - он с нежностью посмотрел на нее.
Вряд ли родители, услышав о ее планах обрадуются, не каждый день она приглашала бездомных домой. Но Кристина была уверена, что после знакомства с Павлом, родные поймут ее. Может папе удастся пристроить Павла в школу, где он работает учителем физики. Он может быть охранником или дворником. Все же это лучше, чем собирать металлолом. Но это потом.
- Часть воды вылей в лохань. А часть оставь вот в этом ведре, – проговорила она, собирая со стола посуду. - Там ковшик…
- Что?
- Ковшик, - обернулась к нему, снова не удержалась и рассмеялась от выражения его лица. - Железная кастрюлька с длинной ручкой.
– А..., - глянул он в сторону. - Кстати, это не железо, а алюминий.
- Откуда у тебя такие знания? - искренне удивилась Кристина.
- Так я же металлолом занимаюсь.
– Точно. В общем, этим ковшиком будешь сливать на себя воду.
- Можно взять это мыло? - Павел схватил в руки мыльницу с умывальника. Принюхался и скривился. - Я без мыла лучше помоюсь…
- Это хозяйственное мыло. Я дам тебе свой шампунь и гель для душа. Они с цитрусовым ароматом. Так что, думаю, тебе подойдет. Ты расстели вон ту тряпку, чтобы пол не слишком намочить, а я принесу тебе полотенце.
Когда Кристина вышла, Павел встал и посмотрел на себя в зеркало на умывальнике. Что ж, без специального геля, масла и воска, его борода выглядела отвратительно.
- Кристина, а ножницы у тебя есть?
– Конечно.
- Принесешь?
– Сейчас
Девушка вернулась с полотенцем и ножницами. Передала все Павлу.
- Оставлю тебя одного, - сказала девушка, не поднимая глаз и вышла из кухни, плотно закрыв за собой дверь. А Павел принялся состригать свою бороду.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/Z1hEo02Q2hRZfgrp
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю. Главы будут выходить ежедневно в 7 утра по московскому времени.