Вот как выглядят требования закона к содержанию постановления суда апелляционной инстанции (размещаю тут изображением, потому что предлагаю каждый раз возвращаться к норме и сверяться именно с ней):
Вот XXIV апелляционным судом по делу № А44-2406/2024 было вынесено постановление. Постановление само по себе интересное, сразу же скажу — совершенно правильное и в этой части у меня никаких претензий к нему нет. Однако, помню, я однажды задал судье арбитражного суда один вопрос, который может показаться идиотским: «Скажите пожалуйста, а вот для кого Вы постановления пишете?» Она попыталась ответить что-то в духе того, что этого требует закон, на что я заметил: «Нет, Вы пытаетесь ответить на другой вопрос. Я вопрос задал не „В силу чего Вы пишете поставления?“ и не „Почему Вы пишете постановления?“, а „Для кого Вы пишете постановления?“ Понимаете: для кого?»
И я увидел, что судья меня просто не понимает.
Что ж, я решил подсказать ответ. «Наверное, — говорю, — для людей пишете, верно?»
Эффект был неожиданный: судья со мной согласилась, но как-то уж очень осторожно. И тогда я спросил: «Отлично, а тогда для чего Вы пишете постановления?» Ну, тут снова произошло некоторое зависание и я помог: «Наверное, для того, чтобы их читали, верно? И желательно, чтобы понимали их содержание... так?»
Опять со мной — надо же! — полностью согласились. Оно и верно: бумага, на которой были напечатаны тексты, не располагала к тому, чтобы в неё рыбу заворачивать.
Что ж, давайте как раз с этой точки зрения и разберём — повторяю — совершенно верное постановление четырнадцатого апелляционного суда по указанному выше делу.
Вот оно целиком, так, как оно есть. Что означают цветные метки в нём — поясню позже:
Итак: девять страниц текста. Причём, замечу, я выбрал совсем не самый просторный и крупный шрифт. Это написано Calibri кегелем цицеро. При этом я намеренно для экономии загрузки обрезал всё поля.
Так вот, красным цветом выделено всё то, что или вообще не следовало писать, как например, персональные данные лиц, которые в споре не участвовали и которые было обязательно маскировать, оставляя от фамилий только значащие места, не говоря уже о людях, упоминание которых вообще не имело отношения ни к спору, ни к апелляционной жалобе (Вот тут кто-то точно должен получить по рукам в арбитражном суде. Поверьте, сами судьи не очень любят, когда кто-то публикует их персональные данные сверх тех, которые требуются по закону), либо то, упоминание чего никак не влияет на содержательную часть постановления. Напомню, что, как видно из законодательства, так и из текста постановления, суд апелляционной инстанции вообще рассматривает дело исключительно в пределах апелляционной жалобы. И никак иначе. Случаи выхода за её пределы вот как раз исчерпывающе описаны в законодательстве, но в данном случае ничего подобного не наблюдается.
Ну а синим цветом.... вот тут интересно. Фактически там процитирована часть п. 47 того самого Постановления Пленума ВС РФ, на который стоит ссылка в постановлении. Да, процитировано верно. Но обратите внимание на логическую неоднозначность того, что написано в этом пункте 47:
Вот как прикажете понимать такую мысль: «без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств звукозаписи»?
Первый же вопрос: а в какой форме может быть протоколирование? Ну, или в письменной или в устной, не так ли?
Тогда второй вопрос: а как вообще протоколировать в устной форме, кроме как со средствами звукозаписи? Ну видеозапись для чтения по губам без звука рассматривать не будем. Не будем же?
И вот третий вопрос: а вообще протоколирование в любой форме тут нужно? Или это надо понимать так, что протоколировать в письменной форме не нужно, но звукозапись должна быть? А что должно быть на звукозаписи?
Мне вот интересно, как можно было написать Постановление Пленума ВС РФ таким образом, чтобы не разъяснить то, что имеет в виду закон, а как раз наоборот — запутать дело донельзя? Вот что в голове было у тех, кто это писал, и у тех, кто за это на пленуме голосовал? А. замечу, это всё — вполне даже с образованием юристы делали, не случайные люди.
Но в постановлении, как я понимаю, просто это место без особых размышлений было скопировано в документ. Это к вопросу — для кого и для чего пишется постановление суда.
Зато вот чего точно не хватало и что точно мною, именно мною, вписано в текст, так это ссылка на п. 6 ст. 13 АПК РФ (стр. 8 постановления), потому что именно в ней говорится о применении аналогии закона в судебном процессе, а сам суд на неё ссылку не сделал, просто написав «по аналогии закона», а согласно как раз пп. 12) п. 2 ст. 271 АПК РФ суд обязан сослаться на норму, которую он применяет. (Между прочим, при строгом следовании... это правило почти невыполнимо). И да, само применение было верно.
А теперь я попытаюсь отредактировать текст постановления так, чтобы он, сохраняя законность в смысле ст. 271 АПК РФ, тем не менее, был куда как более читаемым, тем более, что смысл этого постановления действительно можно выразить буквально в двух абзацах текста (что я и сделаю в конце):
Итого: 4 страницы вместо 9! Попытайтесь найти какая именно норма ст. 271 АПК РФ при сокращении текста была не выполнена, а если были выполнены все, то для чего и ради кого было понаписано всё остальное? И, поверьте, я могу ещё сократить текст без потери качества оного по крайней мере ещё на треть.
А вот содержание; оно, заметим, весьма коротко:
Апеллянт обратился в суд апелляционной инстанции, полагая, что суд первой инстанции неверно отказал ему апеллянту в своём решении о взыскании штрафа с ответчика. Свою жалобу апеллянт мотивировал тем, что исчисление срока, пропуск которого должен вызвать наложение штрафа следует исчислять с даты получения уведомления, направленного апеллянтом и полученным ответчиком. Апеллянт и ответчик находились в отношениях, к которым применяются правила НК РФ.
Суд апелляционной инстанции рассмотрел жалобу апеллянта и считает, что она не может быть удовлетворена, поскольку в данном случае из-за отсутствия специального регулирования порядка исчисления сроков в отношениях между апеллянтом и ответчиком подлежит применение по аналогии закона порядок, установленный в НК РФ, а тогда течение срока начинается не со дня получения ответчиком уведомления апеллянта, а со следующего за ним дня. В таким образом исчисляемый срок ответчик уложился, что отметил и суд первой инстанции, следовательно, в этой части его решение отмене подлежать не может. В иных частях решение и соответствующие ему материалы дела не могут быть рассмотрены, поскольку суд апелляционной инстанции рассматривает дело только в пределах апелляционной жалобы, кроме особенных случаев, указанных в законе прямо, каковых в деле нет.
Всё!
А теперь попытайтесь всё-таки ответить на те самые мои идиотские вопросы:
- для кого пишется текст постановления?
- для чего пишется текст постановления?
А потом будем ссылаться на то, что суды по горло завалены делами, да-да...
А вообще-то о том, что точность, сдержанность и краткость — сестра таланта я уже писал: