Выбравшись из-под ели, мы снова пошли по тропинке. Снег поскрипывал под ногами, легкая пурга швыряла в лицо колючие снежинки, но даже в ледяном дыхании зимы чувствовалась сказка. Гора, похожая на хрусталь показалась из-за деревьев, будто царица в алмазной короне. Зрелище, конечно, было захватывающим. Мы пошли у ее подножия, слыша как звенит, поет лед внутри. Но когда перед нами возник высокий дом, остановились в восхищении. Спрятанный среди белоснежных снегов терем Марьи Моревны выглядел потрясающе. Его резные оконца, обрамленные ледяными узорами, светились золотистым светом свечей и отражали его в тысячах искрящихся снежинок. Крыша, покрытая пушистым покровом, была будто одета в шапку, а дым, струящийся из трубы, поднимался к небу, оставляя за собой шлейф невесомых облачков. Вокруг терема простирались леса, покрытые инеем, создавая фантастические пейзажи, полные тишины и волшебства.
- Вы помните, что Коловёртыш говорил? – прошептала я. – Нельзя прикасаться к ледяным черепам!
- Еще бы обнаружить их! – Вовчик подошел к красивым резным воротам. – А-а-а-а… Вижу! Вот они!
Я посмотрела, куда он показывал, и увидела маленькие черепа, размером не больше крупной редиски. Они словно гирлянда упутывали ворота, и их вполне можно было задеть либо головой, либо плечами.
Согнувшись в три погибели мы осторожно прошли между опасными «гроздьями» и оказались во дворе. Подкравшись к окну, Вовка махнул нам рукой, чтобы мы подошли ближе.
- Посмотрите-ка!
Мы с Сусанной прильнули к оттаявшим пятачкам на стекле. В тереме за прялкой сидела девица невиданной красоты. Обычно на таких говорят: «словно утренняя заря». Но тут уместнее было бы сказать: «словно звездная ночь». Ее черные как вороново крыло волосы переливались под мягким светом свечей, а белая как снег кожа, будто светилась изнутри. Дочь Мора была красавицей, но в каждом ее движении ощущалась неуловимая сила, способная накрепко связать души живых и мертвых. Темные глаза светились таинственным огнем, и мне бы не хотелось столкнуться с ней взглядом. Вокруг Марьи Моревны легким вихрем крутились кусочки черной пряжи, а волшебная прялка пела свою древнюю песню, наполняя воздух сказочной мелодией, которую было слышно даже нам.
- И что вы хотите сказать, что эту девушку Снежич окрутил? – недоверчиво хмыкнул Вован. – Ну, конечно! Вот Лоскотушка, это его уровень! Не станет такая красавица с таким как наше божество лямуры крутить!
В этом случае с ним трудно было, не согласится. Но теперь стоял вопрос, каким образом разрулить ситуацию, чтобы все остались при своих интересах. Марья Моревна была непроста. Ох, как непроста…
- Она что, колдует? – нахмурилась Сусанна, пристально наблюдая за дочерью Мора. – Точно что-то не то с прялкой творит!
Мы снова прилипли к окну. Кусочки пряжи закружились быстрее, стали собираться в круг и вскоре из него полилось темное сияние.
Марья Моревна шагнула в него и исчезла.
- Это портал! – восхищенно воскликнул Вовчик. – Вот как она в наш мир перемещается!
- Получается, что Мор в своих делах весь, доча его увеялась, а терем пустой стоит? – заговорщицки усмехнулась Сусанна. – Может, зайдем? Посмотрим как местная элита живет?
- Конечно! – Вован похрустел снежком в сторону двери. – Зачем тогда пришли? По окнам заглядывать?
Дверь в терем Марьи Моревны оказалась открытой. Но это меня абсолютно не удивляло. Вряд ли у кого-то из местных существ, хватило бы смелости забраться внутрь. С хозяйкой и ее папашкой шутки были плохи.
Но зато мы смело переступили порог терема. Я с интересом посмотрела по сторонам, получая удовольствие от увиденного. Нет, а ведь действительно – сказка, да и только!
Светелка в тереме была уютной и теплой. На толстых бревенчатых стенах висели вышитые рушники, пахло свежим хлебом и травами. На столе стояли блюдца с вареньем с вареньем, в углу ярко горела печь. Я подошла к волшебной прялке, из которой все еще исходил мелодичный треск, словно она продолжала напевать свои древние сказания и протянула руку, чтобы прикоснуться к ней. Но Сусанна не позволила мне это сделать.
- Ты чего?! Не вздумай! Прялка связана со своей хозяйкой. Марья Моревна сразу почувствует, что ее трогает чужак!
Вдруг я заметила боковым зрением какое-то движение за печью и резко повернулась.
- Смотрите, кот!
Это был черный котяра довольно приличных размеров. Он вышел в центр комнаты, сел и лениво пошевелил белоснежными усами.
- Совсем страх потеряли, да-а-а-а? – промурлыкал он, глядя на нас прищуренным взглядом. – В чужой дом влезли-и-и-и…
- Говорящий кот! – радостно воскликнул Вовчик. – Ничего себе!
Он протянул к животному руку, но кот отскочил в сторону.
- Но-но! Давайте без этого-о-о-о… Не люблю когда меня трогают чужие-е-е-е… Сейчас хозяйка-а-а вернется-я-я и отправит вас в мир мертвы-ы-ых…
- Далеко ушла? – поинтересовалась я, но кот лишь скорчил гримаску.
- Ва-а-ам какое-е-е дело-о-о-о?
- Не будет он говорить, - махнул на усатого Вовчик. – Пойдем-ка, Мору лучше расскажем, что дочь его в мир смертных бегает. Он сам разберется.
Я заметила, как кот насторожился, и поняла план Вована.
- Пойдем.
- Э-э-э! – крикнул нам вслед котяра. – Стойте!
- Чего тебе? – повернулась я. – Времени у нас нет.
- А вы, чьи будете? – усач обошел нас, принюхиваясь. – Человеки что ли-и-и?
Кот зашипел, демонстрируя длинные белые клыки. Шерсть на его загривке встала дыбом.
- Марьюшка-а-а! – завопил он во всю глотку. – Моревнушка-а-а-а! Напали-и-и-и!
Вовка схватил его и зажал пасть. Кот вытаращил глазища, пытаясь вырваться, но Вован тут же переместил руку на холку. Животное моментально повисло, поджав хвост, и уже тоненьким голоском подвывало:
- Моревнушка-а-а-а… Котеньку-у-у спаси-и-и-и…
Вовчик встряхнул кота и он притих.
- Куда хозяйка твоя пошла и зачем?!
- Так ты у меня спроси…
Мы испуганно повернулись на голос и увидели Марью, вышедшую из темного круга. Ее глаза уставились на нас, гипнотизируя своей чернотой.
Вован аккуратно поставил кота на пол и пригладил ему холку.
- Вот, как и было.
- Что вам нужно?! – прошипела дочка Мора, медленно приближаясь к нам. – Смерть свою ищите?!
- Нет! Снежича спасти хотим! – решительно заявила я. – От оговоров! Он за что страдает?!
- За то, что рохля! Постоять за себя не в состоянии! – зло произнесла Марья Моревна. – Нормальный мужик не стерпит такого! А это сбежал!