В конце первой части пьесы Шекспира «Генрих IV» происходит удивительное происшествие. После битвы при Шрусбери 21-го июля 1403 года, где королевские войска сражались с мятежными под руководством Генри Перси, прозванного за взрывной характер «Хотспур» (Горячая шпора), старый врун и обжора Джон Фальстаф предстаёт перед очами принцем Уэльским Генрихом, таща на себе тело мятежного главаря.
Принц не верит своим глазам. Ещё несколько мгновений назад он, казалось бы, собственноручно заколол Перси и видел лежащего тут же неподалёку Фальстафа мёртвым. Это же его рук дело! А тут…
Но толстяк заверяет принца в обратном, утверждая, что события, свидетелем которых принц не был, имели продолжение и бунтаря в итоге убил именно он. За это, естественно, Фальстаф требует «заслуженной» награды:
«… Правда, я лежал бездыханный, точно так же, как и он, но потом мы оба вскочили в одну и ту же минуту и дрались ещё добрый час по шрусберийским башенным часам. Верьте мне, если я достоин веры, а если не верите, на вас ложится позор неблагодарности, что моя доблесть остается невознагражденной.
Я готов отдать жизнь, доказывая, что нанес ему эту рану в ляжку. Если бы он был жив, у него не хватило бы наглости отрицать это, а то я загнал бы в него еще раз этот меч по рукоятку…».
Поскольку опровергнуть бессовестную ложь Фальстафа невозможно (никаких свидетелей нет и в помине), принцу остаётся лишь вздохнуть и махнуть рукой:
Диковинней не видел хвастуна.
Ну, что ж, ступай, гордись своею ношей.
Когда тебе помочь способна ложь,
Готов я подтвердить её как правду.
Уж если Шекспиру в XVI веке были известны подобные выходки, то, что говорить про наше с вами время!
Постыдная фальсификация Фальстафа заставляет задуматься и наводит на следующие размышления.
Кто знает наверняка, совершал ли тот или иной человек подвиг, за который он получил награду? Хорошо, если событие произошло на глазах нескольких человек. Есть, как говорится, непосредственные свидетели, они подтвердят. А, если имела место фальсификация или вообще коллективный сговор?
Примеры тому имеются.
В ноябре 2011 года тогдашний подмосковный губернатор генерал Борис Громов поздравил местных ветеранов с 70-летием битвы под Москвой и вручил 23-м из них ключи от «Лады-Калины». В числе счастливых обладателей новеньких автомобилей был и 88-летний Сергей Николаевич Маслов, участник Великой Отечественной войны – вроде бы уважаемый ветеран.
Согласно официальной биографии, он, 18-летний парнишка из провинциальной Калуги, в 1941 году ушёл на фронт добровольцем, служил в кавалерии, принимал участие в легендарном параде на Красной площади, попал в мясорубку под Ржевом.
Маслов называл себя полковником; на его груди красовались ордена Красной Звезды и Славы 3-й степени, множество медалей. По словам ветерана, в боях был серьёзно ранен, а генерал Маслёнников лично снял с себя орден и прикрутил его к гимнастёрке молодого лейтенанта.
Многие рассказы Маслова попали в современные «исторические» книги: он де лично подбирал коня для товарища Сталина, а маршал Будённый даже сопровождал его по конюшням. Однако после нескольких «уроков», которые давал Маслов, Генералиссимус грохнулся с коня и в итоге парад Победы вынужден был принимать Жуков. В общем, имя Маслова «гремело» в ветеранских кругах.
Однако как только это событие вкупе с краткой биографией Маслова попало в газету, в редакцию МК пришло письмо от рассерженных ветеранов, в котором возмущённые старики со всей откровенностью поведали подлинную биографию «героя». Началась прокурорская проверка.
В результате выяснилось, что Маслов в июле 1942 года был пленён немцами на территории Белоруссии. В том же месяце он выдал противнику местонахождение группы советских офицеров, в результате чего те тоже попали в плен и были расстреляны.
В декабре того года, находясь в плену у немцев, Маслов добровольно поступил на службу в вермахт и служил в запасном «Бобруйском полку», где поначалу обучал немецких солдат приемам борьбы с советскими партизанами.
Затем был командиром взвода в 3-м отдельном карательном батальоне, воевал против войск союзников на территории Франции, пока не был взят в плен американскими войсками в сентябре 1944 года (сам же Маслов неоднократно заявлял, что как «солдата войск союзников»). Сообщил американским разведорганам известные ему данные о структурном построении Красной Армии, отказался от советского гражданства и возвращения в СССР, лично участвовал в обсуждении «петиций» антисоветского характера, отправляемых на имя американского правительства с ходатайством о предоставлении права на жительства в США. Даже участвовал в бунте против отправки некоторых пленников на родину.
Когда наконец Маслов всё же очутился в Советском Союзе, то сразу же попал под военный трибунал. 3-го октября 1945 года он был арестован и 27-28 декабря того же года осуждён Военным трибуналом Группы советских оккупационных войск в Германии на основании ст. 58-1 «б» УК РСФСР на 10 лет лишения свободы в ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, конфискацией всего принадлежащего ему имущества с лишением воинского звания «лейтенант».
Отсидев положенный срок, мужчина вышел на свободу, где принялся упорно создавать образ героя войны.
Работал в Москве, в Министерстве автомобильного транспорта. Затем вышел на пенсию. Вскоре стал председателем Совета ветеранов Мамонтовки. Выбил себе и жене двухкомнатную квартиру. В администрации заявил, что он единственный оставшийся в живых участник двух легендарных парадов (парада Победы и того, 41-го года). Кроме того у него большая собака и ей нужно место. Просьбу в виде исключения удовлетворили.
Маслов имел и «лохматую» руку. Однажды Автодоре случился несчастный случай – погиб человек. Маслов расписался, что рабочий погиб по своей вине, что было выгодно начальнику, которого впоследствии перевели в военкомат в Одинцово. И, несмотря на то, что Маслов проживал в Можайском районе, тот самый начальник выдал ему удостоверение участника войны.
К слову, ещё в 1997 году он лично обращался с просьбой о собственной реабилитации, но ответ был категоричен: заключением Прокуратуры Республики Беларусь, где хранятся архивы осуждённых по 58-й статье, Маслов реабилитации не подлежит.
Разоблачил в итоге лже-ветерана бывший боец кавалерийского корпуса Сергей Бутурлин. Как-то они с Масловым встретились в ветеранском союзе этого подразделения. И Бутурлин заметил, что во многих рассказах Маслова о боях под Ржевом - явные нестыковки. Попросил показать какие-нибудь документы. Но Маслов под любым предлогом отказывался (сам-то он на самом деле воевал под Калугой). А когда лже-ветеран рассказал о бое, в котором участвовал сам Бутурлин, сомнения отпали: Маслов врёт.
Однако фальшивый ветеран не стал ссылаться на плохую память, а стоял на своём и даже начал ругаться. Бутурлин не выдержал и сообщил «кому следует».
Вот тогда-то «дело Маслова» и всплыло на поверхность.