Сегодня предлагаю прочитать вместе со мной японскую сказку в обработке писателя Садзанами Сандзина (1870-1933). Садзанами Сандзин был первым, кто собрал и обработал древние японские сказания, а затем издал их в виде сборника сказок. Что-то мы с вами уже читали ("Воробей с отрезанным языком"), что-то ещё почитаем. Сказка про свадьбу крыс (или, в других переводах, мышей) - на самом деле изложение старинной китайской сказки, которая распространена и хорошо известна и в других регионах Юго-Восточной Азии. Но версия Сандзина мне кажется наиболее симпатичной. Далее будет мой пересказ по книге Садзанами Сандзина "Сказания Древней Японии".
Свадьба крысы
Давным-давно жили-были богатые крысы - супруг и супруга. На радость и на утешение им была у них единственная дочка - Оцю. Была она пушистая, словно белочка, с холёной шёрсткой, ясными чёрными глазками и хорошеньким розовым хвостиком.
Красива она была, что и говорить. Но не одной только красотой благословила её судьба. Была она и умна, и талантлива, а уж родители любили её без памяти и берегли как зеницу ока: следили, чтоб и сквозняком не продуло, и твёрдого, грубого чего не скушала бы.
Но особое внимание папа-крыс и мама-крыса уделяли образованию своей дочки. Она давали ей грызть самые лучшие классические книги, самые выдающиеся произведения.
Учили её и изящным искусствам, и немало перегрызла она струн кото и сямисэнов. Само собой, не упущены были и чайная церемония, и искусство подбора цветов. Сколько чая погрызла Оцю в самых лучших лавках! Благодаря этому из нее вышла такая благовоспитанная, такая образованная и изящная молодая особа, что среди её подруг не находилось ни одной, которая хоть чуточку могла бы равняться с ней.
Но вот вошла Оцю в возраст и стала невестой. Надо, значит, отдавать её замуж. Но кому же отдать любимую дочку? Кто может быть достоин такой прелестной, умной и образованной молодой особы? Стали папа-крыс и мама-крыса совет держать, да и надумали выдать свою дочку замуж непременно за самое могущественное существо на всём белом свете.
И стали думать супруги: кто же нынче самый могущественный?
- Никого нет сильнее Солнца и Месяца, - рассуждала мама-крыса. - Но Солнце уж больно жаркое и ярое. А ну как опалит нашу девочку? Нет, нельзя нашу Оцю за Солнце выдавать. А вот Месяц - Месяц зять хоть куда! Светит мягко и нежно. Такой жених нам годится.
На том и порешили. Отправились родители-крысы в гости к Месяцу.
- А что же, светлейший Месяц, - начал папа-крыс. - Верно, грустно тебе одному жить? Ты самое могущественное существо на свете, и при этом ещё не женат. Не соизволишь ли взять в жёны Оцю, нашу дочку?
Месяц даже ахнул от изумления:
- Послушай, ну сказал же ты! Я, конечно, благодарен тебе за любезность, уважаемый крыс. Очень благодарен... Но не могу, никак не могу! Никак не достоин я твоей дочки. Есть на этом свете существа и посильнее меня. Взять хоть Облако! Как часто оно не позволяло мне выходить на небо, когда я хочу этого! Так что, сам видишь, есть и более достойные женихи для твоей дочки. А меня уж извини, пожалуйста!
Узнав со слов Месяца, что Облако могущественнее и сильнее, крысы отправились к нему.
- Здравствуй, почтеннейшее Облако! Ты, говорят, могущественнее самого Месяца. Такому герою нужна и невеста под стать. Не желаешь ли ты стать нашим зятем, женившись на нашей дочке Оцю?
Облако задумалось.
- Верно! - отвечало оно. - Я бываю немалой помехой Месяцу. Могущественно-то я могущественно, что и говорить. Но и у меня есть противник, да не из последних. Это Ветер. Сколько раз, бывало, только выйду я на небо, как Ветер тотчас задует и прогонит меня. Так что есть кто-то, кто более достоин, а меня уж прошу извинить за отказ.
Крысы нашли, что Облако совершенно справедливо отказалось от их предложения, и направились теперь к Ветру.
- О могучий Ветер! Не желаешь ли породниться с нами, взяв нашу дочку в жёны? Ты - самое могущественное существо на всём белом свете, а она - самая милая и прелестная крыса, пара хоть куда будет!
- Премного вам благодарен за ваше предложение, - ответил Ветер. - Да только не могу, никак нельзя! Видите ли, Стена - куда могущественнее меня. Только соберусь задуть как следует, с шумом и гулом, как тут же и натыкаюсь на Стену. Самый мой страшный и неодолимый противник. Нечего мне и думать тягаться со Стеной.
Крысы степенно поклонились к Ветру и пошли искать Стену. Пришли они к городской Стене и принялись сватать Стену за свою дочку. Да только и Стена отказалась!
- Послушайте, многоуважаемые крысы, это верно, что Ветру со мной не справиться. Да только вот ваша крысиная братия мне покоя не даёт, грызёт и грызёт! Не ровня я вам, крысам, прошу меня великодушно простить.
Переглянулись между собой крысы и пошли домой после своего безуспешного сватовства.
- Что же это получается, - сказала, придя домой, мама-крыса. - Неужели же мы, крысы, самые могущественные существа и есть?
- Выходит, что так! - отвечал папа-крыс. - Посуди сама! Светлейший Месяц пребывает на небе, и кто-нибудь может подумать поэтому, что он могущественнее всех. Ан нет, не тут-то было! Выйдет Облако - и Месяц в страхе бежит и прячется. Облако, в свою очередь, бессильно перед Ветром. Но и Ветер разбивается об Стену. Ну а Стену ты видела. Разве наша братия не изгрызает эту самую Стену? Вот и выходит, значит, что Облако сильнее Месяца, Ветер сильнее Облака, Стена сильнее Ветра, ну а мы сильнее и могущественнее Стены - и, значит, мы самые могущественные во всём свете и есть. А следовательно, и думать нечего, чтобы отдавать дочку куда-нибудь на сторону. Надо искать ей пару среди своих.
- И то верно, - сказала мама-крыса. - Если так, то, конечно, выдадим её за кого-нибудь из наших. Кто же, однако, будет самым подходящим для нас?
- А как насчёт господина Дюмару, что живёт на чердаке?
- Оно, конечно, господин Дюмару - жених хоть куда, да только неподалёку от его жилища живёт госпожа Кошка, не было бы беды!
- Верно, верно. А что скажешь о господине Цюкуро из выгребной ямы?
- Да что сказать. Господин Цюкуро сам-то хорош, да опять же неподалёку от него нора господина Хорька. Сам знаешь, опасно ведь такое соседство.
- Всё так, всё так. Ну а как тебе Цюнен из старой буддийской кумирни?
- Да ведь в его секте никто мяса не ест! И отделываются одними цветами при подношениях. Пожалуй, голодно будет с ним жить.
- Положим, это правда. Но ведь, если будем так перебирать, то никого и не останется!
Куда ни кинь - всюду клин. Так вышло и с супругами-крысами. Они не могли ничего придумать и были в большом затруднении. Вдруг жене пришла в голову мысль.
- А вот послушай-ка, что я тебе скажу! Говорили мы о том, говорили и об этом, а ведь лучше всего выдать Оцю за нашего приказчика Цюске! Что скажешь на это? Ведь он предан нам всей душой и поведения самого благородного. Сколько мы его знаем - ни разу за ним ничего дурного не замечено! Да к тому же они с Оцю с самого детства росли вместе и уж конечно поладят между собой как нельзя лучше.
Папа-крыс только по коленкам себя хлопнул.
- А ведь и верно! Какая ты молодец, жена! Как же это я сам не подумал! Уж предан он нам действительно всей душой, про это и говорить нечего. А я как раз хотел выделить ему награду за верную службу, пусть откроет свою собственную лавку. Это как нельзя кстати! Отдадим за него нашу дочку!
Сейчас же позвали они Цюске и объявили ему своё решение. Цюске был вне себя от счастья и даже запрыгал и запищал от радости. "Цю! Цю!" - раздавался его писк. Тут позвали Оцю и по её заблестевшим глазкам было видно, что и она осталась довольна. Тут же, не откладывая надолго, обсудили они и все подробности свадебного торжества.
Однако родителям казалось как будто не совсем удобным выдавать дочь за своего приказчика, который живёт у них на хлебах, поэтому они немедленно помогли ему устроить отдельное жилище. Затем начались приготовления к свадьбе Оцю.
Молодые обменялись подарками, символизирующими счастье и долгую совместную жизнь, затем был выбран благоприятный день для свадьбы.
Когда наступил день ввода невесты в дом жениха, Оцю уселась в пышный паланкин и тронулась в путь, сопровождаемая спереди и сзади толпою провожатых. С дверных балок по стропилам, со стропил по оконным карнизам, с карнизов по свесам крыш в стройном порядке двигалась свадебная процессия, а все живущие поблизости крысы вылезли из своих норок, чтобы поглазеть. Говорят, что когда бывает свадьба лисицы, то пригревает солнце и идёт дождь. Но тут была свадьба крысы - погода стояла восхитительная, и свадебная процессия была такой пышной и двигалась так величаво и степенно, что все только ахали.
Оцю была одета во всё белое - в знак чистоты и в знак того, что дом мужа она покинет теперь только в белых погребальных одеждах. Подъехав к дому жениха, Оцю с помощью свата вышла из паланкина и проследовала прямо в парадную горницу. Там уже были приготовлены три плоские чашечки для сакэ: маленькая - символ прошлого и благодарности предкам, средняя - символ настоящего, и большая - символ долгого совместного будущего, здоровья и благосостояния.
Невеста, как гостья, сделала по три глотка из каждой чаши, затем и и жених, после - родители, а затем и все гости. На том церемония и состоялась, и Оцю стала женой Цюске. В знак перемены статуса она переоделась в новые одежды.
Мирно и любовно зажили молодые. Ни разу не случалось у них, чтобы они кинулись кусать друг друга или хотя бы оскалили свои зубы. Жили они в полном согласии, отца и мать чтили, и во всём сопровождал их успех. Родители же не могли нарадоваться, глядя на молодых, и лишь изредка посещала их мысль: "Вот ведь как хорошо получилось! И чего только надо было обращаться нам к Месяцу, Облаку, Ветру и Стене?"
Подборка моих статей о Японии:
А также подписывайтесь на мой телеграм-канал Искусство, цветы и книги - каждый день вас ждут небольшие, но интереснейшие публикации об искусстве