-Его принцессу Виллен? – протянул Раэ, - что значит – его? Почему – его?
Мелузина бестолково хлопнула глазами. Возможно, где-то в ее больной голове и был ответ на этот вопрос, но сказать осмысленно у нее не получалось.
-Это он тебе велел напасть на меня? – спросил Раэ. Мелузина отрицательно мотнула головой.
-Тогда по чьей указке ты это сделала?
-Я сама. Я слежу за Мурчин. Так велел господин. Но я не могу ее видеть на суше.
-Как ты сюда попала из Дилинквара?
-Плыла… - кратко и просто сказала Кора.
-Как плыла? Через море Темран, что ли?
-Темран? – эхом повторила русалка, - Тем…ран…
Так повторяют слово при воспоминании. Кора напрягла лоб, пытаясь вспомнить, где на слыхала такое название.
-Ты плыла через море? – теряя терпение настоятельно спросил Раэ.
Мелузина кивнула.
-Ты переплыла море?
Раэ опять получил кивок. Думать русалке было тяжело. Общаться и воспринимать слова – еще тяжелее, Но как же она тогда могла переплыть море?
-А может, тебя сюда переправил твой господин? Порталы какие-нибудь помнишь?
-Нет, я сама переплыла море.
-Сама?
Тут русалка вполне по-человечески пожала плечами. Это был такой простой естественный жест, словно из-под русалочьей внешности проклюнулась человеческая душа. Почему-то сердце Раэ из-за этого как кольнуло. Может, он почувствовал жалость к ведьме. Уж конечно она страдала в этом обличье. Раэ как-то не сомневался, что у нее были минуты прояснения разума, и, наверное, тогда, когда бывшая мейден великого ковена осознавала, какой жалкий образ жизни она ведет, то, наверное, сожалела о вернувшемся сознании. Да, пожалуй, она могла сама переплыть море. Вон как она дралась с Раэ под водой. И не ее вина в том, что ей не удалось утянуть его на дно. Могла бы, кабы не альвы.
-А где тогда был твой господин? Где он? Может, я бы ему подсказал, где искать принцессу Виллен. Его принцессу Виллен.
Русалка мотнула головой.
-Ты не знаешь, где он? А как ты собираешься с ним встретиться?
-Он приходит и уходит.
-Когда ты виделась с ним в последний раз?
И на лице русалки отобразилось замешательство. Выходит, чувство времени у нее тоже пострадало. Так Раэ бился с русалкой, наверное, с час, выбирая по крупицам сведения от такого бестолкового осведомителя. Наверное, этим разговором он утомил даже терпеливых кротких альвов. Да и сам он время от времени отдыхал от разговора: занимался тем, что разбирал лодку… которую в прошлый раз оставил, как была – забрызганная мавками. И теперь он проклинал себя за прошлую небрежность. Одеяла были покрыты плесенью и пахли гнилью. Его одежда, прикрытая оленьей шкурой, не пострадала от воды, но от нее так и несло затхлым и лежалым. В мешок с сухарями попала вода. Оружие не пострадало только потому, что было в плотных кожаных ножнах – уж Хетте знал толк в хранении. Может, потому, что Раэ делал передышки на то, чтобы обругать себя, он проявил терпение к русалке, а когда начинал слишком злиться на свою бестолковую собеседницу, отвлекался на лодку. При этом он успел одеться в запасное затхлое платье – так ему и надо. И поймал себя на том, что совсем не стесняется одеваться при мелузине. Слишком мало в ней было от человека.
Некоторые вопросы охотнику пришлось задавать не по разу и переиначивать так да эдак, чтобы распутать цепочку мыслей в больной русалочьей голове. Он аж взмок и не заметил этого. Но сумел выяснить, что загадочный господин навещал русалку Кору несколько раз. И все время в разных местах. Первый раз – на озере Безмолвия, где ее «полечил» так, что у нее «перестала болеть голова». Тогда же он велел Коре следовать через воды Дилинквара в Диодарру и найти Мурчин. Сам же ушел, потому как «куда-то спешил». Второй раз он нашел Кору, когда та пробралась в подземное озеро, на котором стояла Башня Принцесс. И снова ее «полечил».
-Он научил меня ее находить, - призналась Кора, - вот… дал мне это…
И показала свое кожистое запястье, при виде которого Раэ стало не себе. Во что может превратиться кожа человека после магических опытов! Но показывала ему мелузина вовсе не это. На ее руке оказался прочно сплетённый шнурок, завязанный так, что узел сжался в один крохотный каменный комочек. В на сам шнурок был нанизан… зуб, в котором была проделана дырка. Простой человеческий зуб.
-Это… чей? Твоего господина? – изумился Раэ странному украшению.
-Это зуб Мурчин.
-У нее все зубы целы! – возмутился Раэ подобной лжи. Ему вспомнилось то солнечное утро в Кнее, когда Мурчин призналась, сколько ей лет и в подтверждение показала целые челюсти и даже наличие целых зубов мудрости.
-Мой господин выдернул ей все зубы, - сказала на это мелузина бесцветным голосом.
-Когда это?
-Когда пытал. Он… так сказал, - мелузина что-то попыталась припомнить и было видно, что у нее заболевает голова. Она стала поглядывать на воду, в которой могла бы ее охладить.
И тогда Раэ многое стало ясно. Рау-Рару! Ну конечно же! Кого еще Кора могла назвать «своим господином!» И стало понятно, почему «он приходит и уходит». Рау-Рару невозможно было долго оставаться на одном и том же месте: его преследовал ревенант. И в целом мире у Рау-Рару не было иного союзника кроме как полубезумной Коры, бывшей мейден. Если, конечно, мейден бывают бывшими. В последний раз Раэ видел Рау-Рару тогда, когда тот скакнул от Энке Ээду в загадочный подземный портал, который шел, по мнению Согди Барта, чуть ли не по ту сторону звезд. Мурчин что-то говорила о том, что он мог выходить в Ноэме. Или в Гезеве? В общем, какая разница? Эти страны были так же далеки для Раэ, как и звезды. И все-таки Рау-Рару вернулся на озеро Безмолвия. И что-то сделал такое, раз его мейден начал возвращаться разум. Раэ вынужден был перебрать свою память, занятую множеством более важных для него событий и сравнить, какой Кора была, когда он впервые увидел ее на озере Безмолвия и какой она оказалась у Башни Принцесс. Как она тогда всех очевидцев удивила тем, что заговорила! Да уж, было с чем сравнить. Да и сейчас мелузина, хоть и выглядела и вела себя как слабоумная, но продвинулась на несколько шагов вперед даже по сравнением с их второй встречей!
Она уже забыла те причины, по которым согласилась отвечать Раэ, да он уж и так понял, что у нее не хватило бы ума не отвечать. А еще – что Кора стосковалась по человеческому общению, хотя сама того не понимала. Но ее мог понять Раэ. Сколько времени она проводила под водой в окружении неразумных существ?
-Магистр Одаорро, - напрямую назвал Раэ ее господина, - ты тогда от него узнала, что Мурчин похитила принцессу Виллен? А он сам как узнал?
Ох и помаялся Раэ, пока не догадался спросить, что же ей поручил Одаорро в Диодарре.
-Он сказал… что если Мурчин придет в Башню Принцесс – то за принцессой Виллен. А если уйдет – то только вместе с ней.
Об остальном Раэ пришлось только догадываться. Что-то такое Рау-Рару о Мурчин знал и не сомневался, что она так поступит. Что ж, она побывала его пленницей, так что он мог ее изучить. И магистр погибшего ковена тоже должен был кое-что знать о филактерии и о принцессе, которая могла бы противостоять личу, раз тянул лапы к этим артефактам.
-И Рау-Рару поручил тебе напасть на лодку Мурчин, которая будет отплывать от башни принцесс, так? - догадался Раэ.
Мелузина кивнула.
-Но ты для этого была недостаточно умна, а Мурчин была достаточно сильна, чтобы ты схватила ее в лодке, - докончил Раэ. Кора не ответила. Раэ ее утомил. Она прислонилась к лиственнице и принялась почесывать разбитую голову и вытаскивать через волосы свернувшиеся сгустки крови. Хорошо ей Раэ прошелся пятками по черепушке. А что ему еще оставалось? Кабы не это, лежал бы он сейчас на песчаном донышке озера.
-Я так понимаю, что после той встречи на озере Рау-Рару появился еще раз, дал тебе… лекарства или как он тебе мозги выправляет, велел двигаться через море и… снова ушел?
Мелузина только кивнула, стала зевать и стала сворачиваться на сыром мху в клубок – спать. Ах да, Раэ помнит с занятий, что русалки могут спать на берегу сырого леса… особенно перед дождем. Ой, вот только дождя не хватало! Охотник поспешно засобирался. Быстро ухватил за нос челнок и поволок в воду мимо засыпающей русалки. А что, может, и к лучшему, что он утомил разговором. Точно не последует за челноком и не перевернет его. Конечно, правильно было бы ее обезвредить, но не станет ли она ревенантом после того, как Раэ ее убьет? Уж он-то и по невнятным словам Коры понимал, как мается могучий колдун Рау-Рару из-за того, что его преследует ревенант. В своих попытках отомстить Мурчин он вынужден прибегать к такому бестолковому союзнику, как больная мейден, обращенная наполовину в селедку. Все равно, что пытаться воевать сломанными руками. А как попробуешь иначе, если по-другому никак?
Вот мотает сейчас Рау-Рару по свету, петляет он, чтобы не попасться к Энке. Но рано или поздно он улучит возможность встретиться с русалкой, и тогда он, быть может, даст ей еще лекарства для ума. Глядишь, она складно расскажет Рау-Рару, что Мурчин больше нет. Может, одной неприятностью, связанной с Мурчин, будет меньше.
Раэ столкнул лодку в воду и понял, что дождь и впрямь собирается напомнить ему, что дело идет к осени. Если она вообще не наступила… А ведь он и счет времени-то потерял! И альвы, севшие на нос лодки, обеспокоенно пищат и поторапливают его. Да, надо вернуться до заката… Кажется, он правильно рассчитал время…
Так, а что с лодкой? Как-то криво она сидит в воде… да что с вещами-то?
Раэ стал перекладывать мешки. Ну набрал с собой в горячке барахла, когда бежал из хижины Хетте! А тогда-то казалось, что взял только самое необходимое! Так, это что на самом дне лодки за плащ такой вонючий? Да это уже тряпка какая-то половая! А на самом дне… о нет, Раэ туда ничего такого не клал! Не клал! Что ж вы распищались, малыши? Ну?
Раэ дрогнувшими руками поднял со дна лодки старую заскорузлую пару обуви, один в один похожую на ту, что у него на ногах, а затем укладку. Очень похожую на ту, с которой он имел дело в Башне Зеркал…
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Неомения. Глава 301.