1943 год
Дед Василь вышел во двор и, кряхтя, сел на лавочку. Достав из кармана рубахи трубку, он задумчиво посмотрел на доски, сложенные возле сарая. Пора пришла? Али еще поживет он на этом белом свете? Пожить надо бы, а то на кого он оставит свою внучку неразумную?
Вот уж горе-беда, никак он с ней не совладает...
Внучке Ане было всего девятнадцать лет. Два года назад в июне, когда в самом разгаре были сенокосы, согрешила она с Митькой, соседским пареньком. Мож и вышло бы у них чего, да только 22 июня по стране страшная весть пронеслась. Митька бедовым был, голова горячая, вот в числе первых пацанов сам ринулся со всей своей горячностью в добровольцы. Уж как ревела тогда Анютка, но парнишка утешал девчонку:
- Скоро, скоро вернемся мы. Вот увидишь, до праздника урожая дома уже будем. А там и женюсь на тебе.
Да только уже через месяц со двора Митьки достался крик раненой птицы. Это кричала мать его, получив похоронку на сына.
А в своем дворе застыла Анна, понимая, что произошло. Она положила руку на живот и слезы потекли из глаз ручьем.
- Сиротинкой ты стал, маленький...
Уже тогда она знала, что ждет ребенка от Мити.
Отец как узнал, чуть за вожжи не взялся, да дед Василь остудил зятя:
- Не сметь! Не сметь этого творить! Маленький человечек родиться в нашей семье, хоть какая-то радость. Как дочь схоронил, ни дня не прошло, чтобы сердце мое слезами не умылось. А тут радость, утешение в старческие годы. Наша веточка даст новые побеги, а от него уже пойдут листья нашего древа...
****
Отец был зол на дочь, переживал о том, что же в деревне скажут о его дочери. Позора боялся, пересудов. Но дед поддержал свою внучку.
В январе 1942 года Петр позвал дочь и тестя за стол. С тоской глядя на дочь, которая едва могла сесть из-за растущего живота, и на деда, который с любовью глядел на внучку, он заявил:
- Ухожу я завтра.
- Куда, бать? - страшная догадка осенила её, но все же Аня хотела услышать другие слова. Он разочаровал дочь:
- Туда, где гибнут молодые, которые еще даже не пожили, детей не родили. А я что? Жизнь моя всё равно угасла с тех пор, как Полина померла. Нет интереса в ней.
- Как же? А внук или внучка? - дед Василь с прищуром глянул на зятя.
- Вот ради нерожденного ребенка пойду я... Вы не плачьте обо мне, не тоскуйте. Ждите с победой. Аккурат завтра с утречка я выйду из дома. Надеюсь, к весне вернусь.
- Бать, Митька обещал до осени вернуться и вот его не стало... Уже зима, а немцы на земле нашей хозяевами себя чувствуют, - заплакала Аня.
- Увидишь. Дочка, скоро как собаки побегут...А ты того... ребятеночка береги...Пущай мой внук или внучка никогда не увидят недругов в нашем доме.
****
Петр ушел, оставив дома плачущую дочь Аню и будто враз постаревшего тестя.
А в феврале у Ани начались роды. Холодный зимний месяц завьюжил их деревеньку так, что даже на санях было сложно передвигаться. Такая стояла зимняя стужа суровая, что люди некоторые даже собак в сени завели.
- Ох, какой колотун, - ворчал дед Василь. - Ты держись, внучка, я сейчас до бабки Ксении схожу. Авось, подсобит.
- Где наш фельдшер Лукьян, деда?
- В Архиповке, там дитенок захворал. Ты держись, Анечка, держись, сейчас подмогу позову.
Дед Василь сам едва держался на ногах от волнения и страха. Он побежал к соседке Евдокии и громко постучал по воротам:
- Дуська, Дуська.
- Чаго, дед Василь? Чаго ворота выносишь?
- Анька рожает, иди, бабушка, принимай внука. А я до Ксении попробую добраться!
- Ах ты Божечки, бегу уже, бегу, - женщина заволновалась. Она так ждала этого дня, когда сможет прижать к себе кровиночку своего погибшего сына. Одно утешение осталось.
Она ворвалась в дом, наскоро сбросила валенки, чтобы сырость по избе не разносить и подошла к Ане.
Увидев ситуацию, бросилась к печи и стала греть воду, попутно ища тряпки.
Когда Ксения и дед Василь пришли, роды были в самом разгаре. На свет появился маленький светленький мальчишка.
- Как Митька мой, - плакала от счастья Евдокия. - Такой же белесый родился. И нос, нос его...
Дед Василь усмехнулся - уж и нос разглядела. А как тут понять, на кого больше похож, коли ребятенок весь красный и сморщенный. Но раз баба говорит, что на Митьку её похож, знать так и есть.
- Петром назову его, пусть новоиспеченный дед порадуется, - сказала Аня.
- Пишет чего Петька? - спросила Евдокия.
- Писал недавно. Трудно им там, но силы духа не теряют.
- Ты, Ань, отдыхай, а я попозже приду. У тебя две няньки теперь, ты меня к жизни вернула, да дед Василий будто помолодел, глянь, во взгляде какая искорка появилась.
Аня улыбнулась, глядя на деда, а он ей подмигнул.
- Вот и новый побег нашего дерева, дай бог дожить до листочков...
Только радость в этом доме была недолгой. Через год маленький Петруша умер. Заболел, три дня в жаре провел. Никто не смог понять, в чем же дело. Ни фельдшер, ни врачи в городской больнице.
Схоронив сыночка, Аня будто с катушек съехала...
ПРОДОЛЖЕНИЕ