«Стерва тоже хочет любви». Глава 48
Предисловие
Предыдущая глава
В день выписки Паши я отпросилась на несколько часов, и отправилась в больницу. Паша попросил Лешу перевезти его домой – к счастью, у друга была машина. Да и мне одной было бы тяжело помогать взрослому, высокому мужчине добраться до дома. Но и приехать я не могла. Пора признаться самой себе: соскучилась.
Когда добрались домой, я осталась немного помочь с домашними делами. Полина Аркадиевна не отходила от внука, и так разволновалась, что поднялось давление. Пришлось искать лекарства и укладывать ее отдыхать.
Пробыла я у Паши до самого вечера, даже не заметив, как пролетело время. Приготовила ужин, немного убралась в квартире. Леша не остался в стороне и помог с «мужскими» делами: немного передвинул мебель для удобства в комнате друга, помог Пашке привести себя в порядок. Полина Аркадиевна, после приема лекарств, уснула в своей комнате. Леша ближе к вечеру попрощался и уехал домой. Так мы с Пашей остались одни.
– Поужинаешь со мной? – с улыбкой произнес мужчина. Было видно, что ему не очень комфортно быть в таком состоянии, да и местами беспокоит боль в теле, но Пашка изо всех сил старался скрыть это.
– С удовольствием.
В духовке ждала своего часа на скорую руку запеченная курочка, а на плите – кастрюлька с картофельным пюре. По наводке Паши я открыла баночку лечо из запасов Полины Аркадиевны. Скромный ужин был накрыт в комнате Пашки. В считанные минуты, в полной тишине мы поужинали, а когда пришло время чаепития, Пашка сказал то, от чего я тут же смутилась:
– Спасибо тебе, что приехала. И что осталась на ужин. Я очень скучал по тебе на прошлой неделе.
– Если честно, я тоже… Правда, не сразу это поняла.
– А что помогло понять?
– Новость о том, что ты в больнице. – я вздохнула, но решила быть до конца откровенной и прямолинейной, как сказал бы Антон «в своем стиле». – Я вдруг поняла: если бы все закончилось не просто переломами, я бы безумно страдала и винила себя за упущенное время. Жизнь у нас одна, и тратить впустую минуты, дни – огромная глупость и расточительность со стороны человека.
– Хочешь сказать, договор о дружбе отменяется? – хитро прищурившись, Паша внимательно посмотрел мне в глаза.
– Отменяется! – я присела на край кровати и, больше совершенно не стесняясь, прижалась к плечу мужчины. А через пару секунд почувствовала несмело положенную мне на спину руку, и от удовольствия глаза сами закрылись. Говорить ни о чем не хотелось. Я вдыхала смешанный аромат мужского геля для душа и терпкого, с горчинкой, одеколона, и чувствовала себя безумно счастливой.
Удивительное дело: когда встречаешь «того самого» человека, начинаешь по-настоящему ценить каждое мгновение, проведенное с ним рядом. И молчать рядом с ним оказывается очень приятно. Эти ощущения были новыми для меня, но эта новизна больше не пугала. Хотелось узнать, что будет дальше? Каково это – любить и быть любимой?
***
После того вечера я все меньше проводила времени дома. Думаю, Багира меня все-таки поняла: она все так же величественно встречала меня по вечерам, а еще – провожала, когда я уходила к Паше уже спустя полчаса после возвращения с работы. Паша заказывал продукты с доставкой на дом, а я, вместе с Полиной Аркадиевной, готовила обеды и ужины. Бабушка Поля наотрез отказывалась больше отдыхать, и по мере сил вносила свой вклад в приготовление еды.
– Кариночка, ты же после работы! Тебе тоже отдыхать нужно. Я тебе чуть-чуть помогать буду… почистить что-то, посуду вымыть…
Так прошли еще две недели. На это время было решено взять инвалидное кресло, чтобы Паша мог передвигаться по мере необходимости по квартире, благо дверные проемы позволяли это сделать. Потренировавшись немного под присмотром того же Леши, Паша приловчился перемещаться в кресло. Три раза в неделю к нему поочередно приезжали друзья, чтобы помочь физически. А когда спустя месяц после получения травм мы съездили к врачу, он нас обрадовал:
– Перелом в ноге сросся, гипс можем снять. А вот плечевая кость пока еще не готова. Физические нагрузки пока все также под запретом, ногу разрабатывайте постепенно и очень аккуратно…
Выслушав рекомендации, мы вернулись домой. С поездкой нам снова помог Леша, и снова быстро уехал домой, к Вике. Я сбегала в пекарню и купила пирожные со сливочным кремом, чтобы отметить хорошие новости.
Когда Полина Аркадиевна после ужина ушла к себе в комнату, Паша неожиданно спросил меня:
– Карин, а как твои родители? Не приезжали больше? На связь не выходили?
– Нет. – я невесело хмыкнула. – Зачем я им? Мама считает, что я обязана ей до конца своих дней только потому, что я существую на этом свете. А я не хочу быть прислугой и спонсором. Может, у меня пока нет опыта как мамы, но я бы никогда в жизни не смогла бы ребенка задвинуть на задний план, когда этот ребенок сильнее всего во мне нуждается.
– И ты не будешь налаживать с ними общение?
– Паш, это бесполезно. Отчим для меня чужой человек, а мама живет в каком-то своем мире, где я вообще не человек.
– А как же брат? Ты говорила, вы неплохо с ним ладили.
Я друг не нашлась, что сказать. А ведь произошедшее с Пашей и начало наших отношений настолько выбило меня из колеи, что я совсем забыла про Ваньку!
– Ты знаешь, отчим в тайне от мамы дал мне его номер телефона. Но я так и не позвонила ему. Сначала не могла понять, о чем с ним говорить, а потом случилось все это… – неопределенно махнув рукой, я попыталась передать свою мысль.
– Так позвони. Прямо сейчас. Время еще детское. – Паша подмигнул, а затем притянул к себе и поцеловал, нежно и аккуратно, будто говоря: «Все будет хорошо. Я рядом.»
Продолжение