Шар висел на месте, у самого входа в грот, напротив меня, едва уловимо раскачиваясь из стороны в сторону.
Начало:
Кроме тресков от него исходил низкий, едва уловимый, тяжелый гул. Как будто в этом маленьком шаре сидела, удерживаемая взаперти, страшная, огромная энергия, способная разломить надвое эту гору. Такое было ощущение. Я сидел, не шевелясь, прижавшись спиной к каменной стене пещерки и боялся даже дышать.
Шаровая молния! Я много раз слышал о таком явлении, но никогда не видел его сам. Тем более так близко. Рассказывали, что поведение ее непредсказуемо, а прикосновение к человеку смертельно. Откуда она появляется, что ее порождает – неизвестно. Они приходят очень редко и практически всегда с грозой. Говорят, ее привлекает электрическое напряжение. Чаще всего они налетают на линии электропередачи. Рассказывали случаи, когда они залетали через открытые окна в дома, кружили по комнатам и, как будто не найдя для себя ничего интересного, улетали обратно. Похоже на осмысленное поведение. Страшно об этом думать. Особенно сидя в грозу в горах, выше трех тысяч и видеть прямо перед собой одну такую. Но я готов поклясться, ее поведение было именно осмысленным.
Мне было страшно до смерти. Все что я тогда понимал – это самое главное замереть и стараться совсем не дышать. И надеяться на то, что она пролетит дальше. Ведь я не мог противопоставить ей абсолютно ничего.
Так продолжалось не долго, прошло наверное всего несколько мгновений, ведь в критической ситуации время тянется очень медленно, потому что мозг начинает работать лихорадочно быстро. Повисев на месте, шар медленно двинулся ко мне. Кроме, натурально, животного ужаса, я почувствовал лицом приближающийся жар и эту страшную, запертую в нем энергию. Я почувствовал, как волосы у меня на голове, и даже ресницы и брови, зашевелились. Затылок вдавился в камень до сильной боли. И, когда казалось, еще мгновение, и она коснется меня, она вдруг остановилась и снова замерла. Я зажмурил глаза, больше не в силах выносить это яркое сияние с багровыми всполохами. Мне было очень горячо, как будто сунул лицо к раскаленным углям. Глаза под закрытыми веками болели, кожа горела, не в силах больше сдерживать дыхание я вдохнул, и ноздри тут же обожгло горячим воздухом. Она висела, наверное, в пяти сантиметрах от моего лица и смотрела на меня. Изучала. Я чувствовал это. Не знаю, что произошло бы дальше и сколько еще я смог бы выдержать этой пытки. Но тут вдруг неподалеку раздался крик и шар, мгновенно унесся прочь. Жар исчез, так же как и видимый сквозь закрытые веки, яркий свет. Наступила тишина, я открыл глаза и увидел тусклый свет грозового неба, проникающий в «орлиную полку». Крик повторился, я вскочил и рванулся к выходу. Где-то неподалеку случилась беда. Безо всякого сомнения это мои ребята, хотя я рассчитывал встретить их дальше. Больше на этих тропах никого нет.
По привычке рванув рацию, я нажал кнопку передачи и стал звать базу. Любые внештатные ситуации должны немедленно передаваться на пункт управления. Однако полная тишина эфира не нарушалась даже обычными тресками и помехами. Связи не было.
Тогда все происходило очень быстро, я и сейчас, по прошествии всего пары месяцев, помню те первые мгновения после первой встречи очень путано. Помню, что убедившись в бесполезности рации, я прицепил ее обратно на пояс, одновременно карабкаясь на выступ. Обожженная кожа лица горела, глаза, из-за обожженных век, долго держать открытыми было больно и я часто закрывал их. Впереди в третий раз раздался крик и вслед за этим самый настоящий предсмертный вопль. Так страшно кричать мог только умирающий. Я крикнул в ответ, что иду на помощь, пробираясь все дальше по тропе, в этом месте перешедшей в сыпучие крутые уклоны. Мне никто не ответил и я на миг остановился и прислушался. Вокруг была просто совершенная тишина. Обычно в горах превосходная слышимость и окружающий мир полон разных звуков. Ветер в камнях, далекое пение птиц, даже звуки бурных горных рек, как шелест, доносятся до горных вершин. Но тогда стояла глухая тишина. Густой туман заглушал далекие звуки. Я крикнул в эту тишину еще дважды, прежде чем мне ответили. На этот раз женский голос, достаточно далеко, не менее километра, прямо по тропе. И я снова рванул вперед.
Первой, кого я нашел живым, была Инна. Это ее голос я услышал. Перед ней был Юрий, он лежал на тропе лицом вниз, широко раскинув руки. Что это Юрий, руководитель похода, я узнал позднее. Тогда просто отметил про себя, что крупный мужчина средних лет, с хорошей физической подготовкой. Наткнувшись на него, я первым делом попытался оказать ему первую помощь и с трудом перевернул его. И эта картина стоит у меня перед глазами и сегодня. Ему не нужна была никакая помощь. Там, где было солнечное сплетение, зияла большая, черная дыра. Плоть по краям была обуглена до черноты. Это его предсмертный вопль я услышал тогда, и его же крики спугнули шар. Или вернее не спугнули, а привлекли.
С Инной мы нашли третьего, Евгения Петровича. Это было не трудно, они шли по тропе друг за другом, растянувшись примерно на триста метров. Мы просто собрались вместе. Оба были невредимы. В какой-то момент, собрав обоих, я посмотрел на часы – была половина четвертого. Еще час и будет темнеть. И связи с базой так и нет. Я проверил вторую рацию, которая была у Евгения Петровича, она работала. На таком коротком расстоянии наши рации ловили сигнал друг друга. Значит, этот туман поглощает радиоволны. И у них и у меня связь с базой пропала в тумане. Я хотел посовещаться с ребятами, как нам быть, но они были до того напуганы, что не хотели останавливаться ни на минуту. Они видели такие же светящиеся шары. Не один, много. И. по их словам, нам нельзя было задерживаться ни на секунду…
Продолжение: