За окном бушевала снежная буря, а Евгений шел прогулочным шагом, с оголенной шеей, закинув сумку на плечо. Сразу видно, он привык к любым погодным условиям. Евгений — закаленный. А Виктория, тихо всплакнув у окошка, ощутила себя такой маленькой в этом огромном мире, такой одинокой в чужом городе, беззащитной, никому не нужной. Кроме сына…
Она вошла в спальню, опустилась на кровать и похлопала по матрасу:
- Матвей, вылезай!
- А страшный дядька ушел? - Донеслось из-под кровати.
- Ушел. Но обещал вернуться.
Начало истории
Матвей выполз из укрытия и прилип к ее плечу. Некоторое время они сидели молча. Вика просчитывала в уме дальнейшие шаги. Куда они пойдут? Как распорядиться оставшимися деньгами? Не придется ли им завтра ночевать на вокзале? Все вопросы, все мысли Вики сводились к одному. Их мнения с Матвеем неожиданно совпали.
- Мам, поехали домой!
- Да. Так мы и поступим. Денег хватит на билеты, на два бомж-пакета… - Любитель вредной пищи улыбнулся. - На автобус. Приедем, я вернусь на работу в «Школу искусств». Ты обратно в садик…
- Ненавижу садик, - Матвей скривил лицо.
- Придется потерпеть. До сентября. Потом ты пойдешь в школу. Мы продадим дом дедушки, получим свою долю…
Мизерную долю, учитывая количество претендентов. Слетелись, воронье! Где они были раньше? Когда у дедушки обнаружили опухоль. Когда образовались метастазы. Когда ему нужна была поддержка и уход.
- Надеюсь, мне одобрят ипотеку. Лет на двадцать, - голос Вики постепенно становился мрачным, - под бешеный процент…
- Он кусается? - Уточнил сынишка. Вика улыбнулась и молча покачала головой.
Еще как кусается! Ипотека оттяпает больше половины заработка. И так каждый месяц, год за годом. Целых двадцать долгих лет. К тому моменту, когда квартира перейдет в ее собственность, Вике будет очень далеко за сорок. А она хотела жить уже сейчас.
А еще ей придется отказаться от выгодной сделки. И сообщить о своем решении врачу.
- Мам, ты обещала, что мы пойдем на горку, - напомнил Матвей.
Она очнулась от мыслей. Обдумала предложение Матвея и кивнула. Прогулка на свежем воздухе гораздо лучше и полезнее, чем злополучный телефон.
Ветер дул в лицо. Хлопья снега попадали в нос и в рот. Виктория задыхалась, а Матвей пружинисто подпрыгивал, волоча разноцветный тюбинг за собой.
- Только никаких трамплинов! - Предупредила Вика, когда Матвей остановился на опасном склоне. - Матвей! Ты слышишь?
- Слышу, - с неохотой отозвался сын.
Он послушно присоединился к остальным ребятам. Встал с боку, надеясь, что его заметят и пропустят. Только здесь свои законы. Нужно быть немного понаглее, чтобы вклиниться в толпу детей. Матвей топтался, не зная, как подступиться к горке. Так, чтобы его не сбили с ног.
Но его заметили. Какой-то рослый мальчик подошел к Матвею и попытался отобрать у него тюбинг:
- Это мой! Отдай!
- Нет! - Возразил Матвей, вцепившись в длинную веревку, которую обидчик дергал на себя, - он — мой!
- Отдай!
- Мальчик! - Виктории пришлось вмешаться, - это наш тюбинг. Не твой.
- У меня такой же! - Дерзко выпалил мальчишка.
- Твой тюбинг дома. Если хочешь прокатиться, просто попроси. Матвей не жадный.
Какой вредный мальчик. Отошел в сторонку, но продолжил искоса смотреть. Матвей с восторженными криками скатился вниз. Взобрался на горку со стороны опасного трамплина. Вика погрозила ему пальцем. Даже не смотри!
Звонок телефона заставил Викторию отвлечься. И очень сильно удивиться. Ей позвонила женщина, хозяйка той самой квартиры, которую в последний момент передумали сдавать.
Поздно. Но Вика ответила.
- Виктория, - голос женщины был мягким и елейным, - тут такое дело, сын с девушкой поругался. Я сказала, никакой женитьбы, пока ума не наберется. Если вы не нашли квартиру, можете въезжать. Хоть сегодня…
- Спасибо! - Натянуто поблагодарила Вика, отвернувшись от порыва ветра, когда он дохнул в лицо, - мы уже нашли.
И потеряли все деньги. В том числе из-за нее. Если бы эта женщина не передумала…
- Жаль, - вздохнула та и попрощалась, - до свидания.
- До свидания.
Вика отключилась и покачнулась на ветру. Потому как тело ослабло, плечи опустились, будто бы на них взвалили тяжкий груз. Обреченный вздох Виктории сопроводился громким воплем сына.
Она резко обернулась. Матвея нет. Рванула к склону. Увидела, как разноцветный тюбинг подлетает на трамплине. Как вместе с ватрушкой в воздух подлетает сын. Все произошло за секунду. Вика громко вскрикнула, когда тело Матвея шлепнулось на заледенелую дорожку. Тюбинг отлетел куда-то в сторону. И Вика в ужасе помчалась вниз.
- Матвей!
Он лежал на спине, раскинув руки, с закрытыми глазами. Не двигался и, как показалось Вике, не дышал. Она, спотыкаясь и поскальзываясь, подбежала, рухнула на колени и обхватила руками его застывшее лицо.
- Матвей! Сыночек! - Взмолилась Вика.
Он медленно открыл глаза. Посмотрел на нее туманным взглядом и пошевелил губами:
- Мама.
Жив. Жив!!! Руки-ноги целы. А позвоночник?
- Сможешь встать?
Вика осторожно, придерживая голову и плечи, помогла Матвею приподняться от земли. Он сел. Тело Матвея было вялым, непослушным. Он не понял, что произошло.
- Зачем ты скатился с этой горки? - Всхлипнула Виктория, - я же запретила…
- Это не он! - Вступился за Матвея маленький мальчишка, - это — Тёмка. Я видел, как он его столкнул.
- Какой еще Тёмка?
- Который хотел тюбинг отобрать. Он его столкнул и убежал.
Вике пришлось тащить Матвея на себе. Он медленно, обессиленно перебирал ногами, жалуясь на головокружение. А мальчишка, не отставая, тянул их тюбинг за собой. И тараторил без умолку:
- С ним никто не дружит. Потому что он дерется. Мой папа, - с гордостью сказал мальчишка, - обещал его папе морду набить. Он живет в моем подъезде. Я на третьем, а Тёмка на втором.
Он указал на дом, когда они проходили мимо, объяснил расположение квартиры.
- Спасибо, - поблагодарила его Вика, - на улице темнеет. Беги домой.
Вика доволокла Матвея до квартиры. Раздела сына, опустила на кровать. Закутала в одеяло, как в кокон, и с тревогой уточнила:
- Где болит?
- Голова немного кружится, - вяло пробубнил Матвей. Тяжелые веки сына опускались. После пережитого падения с опасной горки он выбился из сил. Страх сделал свое дело. Матвей еще что-то промямлил и спустя несколько минут заснул.
Виктория не находила себе места. Она переживала за возможные последствия. Пусть сын немного отоспится. Если состояние не улучшится, Вика вызовет врача.
А пока…
Она торопливо одевалась, намереваясь наведаться к родителям вредного Темки по горячим следам. Пусть повлияют на своего сыночка. Если Матвею станет хуже, им придется отвечать.
Пока она высчитывала номер квартиры, дверь открылась, и Виктория вошла в подъезд. Второй этаж, слева. Вика решительно надавила пальцем на звонок.
За дверью послышались шаги. Ключ повернулся, и перед Викой нарисовался неприятный тип. Рожа красная, небритая, опухшая. Сразу видно — пьет.
- Здравствуйте, - заговорила Вика, - ваш сын столкнул моего сына с горки.
- И что? - Не понял тот.
- Как что? Мой сын упал! Ударился головой. Объясните своему ребенку, что так поступать нельзя! Он обижает маленьких детей!
Бесполезно. Чтобы воспитывать ребенка, вначале нужно начинать с себя. Мужчина покачнулся, обернувшись, и громко гаркнул:
- Тёмка! Обормот. Иди сюда! Ты пацана толкнул?
- Нет, - отозвался тот из глубины квартиры, - я никого не толкал. Честно!
Мужчина повернулся к Вике и прищелкнул языком.
- Мой сын никого не трогал. Ясно?
Он хотел захлопнуть дверь. Но тут… к огромному изумлению Вики... за его спиной появился «страшный дядька». Так называл его Матвей.
Виктория оторопела. Евгений вытер губы рукавом рубашки. Нахмурился, увидев Вику, и отодвинул в сторону подвыпившего мужика. Значит… они братья.
А вредный Темка приходится Евгению племянником. И яблоко раздора... тот самый тюбинг, действительно, принадлежит ему.
- Что случилось?
- Матвей… упал, - Вика растерялась, - мы взяли тюбинг. Покататься. Ваш племянник увидел и попытался отобрать. А потом столкнул его с крутого склона.
- Никого он не толкал! - Злобно рявкнул краснорожий, пытаясь выскочить в подъезд. - Воспитают хлюпиков, а потом ходят, жалуются, угрожают...
- Помолчи! - Евгений отодвинул брата локтем. И, прежде, чем захлопнуть дверь, сказал, - стой здесь. Я сейчас выйду.
Дверь захлопнулась. В подъезде стало тихо, а из квартиры доносились приглушенные мужские голоса. Разговор стал напряженнее. Что-то с грохотом ударилось о дверь.
- Своих детей будешь воспитывать. А к моему сыну не лезь! Ты че тут раскомандовался? Приперся, еще и права качает. Вали к себе домой!
Нет!!!
Вика отступила к лестнице.
«Только не домой!»….
Еще много интересных рассказов на этом канале