Глава 23
Пелагея подошла к барной стойке.
– Бармен! Мне ещё одну.
Он повернулся к девушке, но заметил, как Артём посмотрел на него строго и покачал головой.
– Нет, ей не нужно.
– Если ты не купишь девушке ещё выпивки, то я сделаю это сам, – нагло сказал тот незнакомец, который раньше подходил к Пелагее, и подмигнул ей, как будто он был её рыцарем в сияющих доспехах.
– Хоть кто-то в этом заведении умеет праздновать по-настоящему, – сказала владелица пекарни, бросив на него сексуальную улыбку.
Артём знал таких, как этот тип. «Охотник в засаде». Сидит в баре, потягивая некрепкий коктейль. Наблюдает за девушками и ждёт, пока какая-нибудь из них не напьётся. Убедившись, что дама дошла до нужной кондиции, спешит к ней и начинает действовать. Шуточки-прибауточки, комплименты и «искреннее» восхищение в глазах. Словом, всё то, на что так падки нетрезвые представительницы прекрасного пола. Особенно те из них, кто, подвыпив, ощущает себя ужасно одинокой.
Участковый подумал, что возненавидит себя, если позволит Пелагее стать добычей этого наглеца.
– Бармен, она закончила, – сказал Артём. – Рассчитайте её.
Парень за стойкой хорошо знал участкового. За годы службы тот неоднократно приезжал сюда, чтобы навести порядок. Обычно требовалось утихомирить дерущихся. Крепкие сельские парни, напившись, иногда теряли берега и решали, что им теперь всё можно. Артём успокаивал их хорошим знанием самбо, а также не стеснялся особенно буйных отправлять на 15 суток. После двухнедельного пребывания «на курорте», во время которого приходилось мести двор полицейского участка, красить заборы, подметать мусор или сгребать снег, гонору у драчунов заметно убавлялось.
Также бармен, которого все звали Шторм (он когда-то служил на Северном флоте) также звонил участковому, когда кто-то был слишком пьян и настаивал на том, чтобы сесть за руль. Нет ни единого шанса, что Шторм даст Пелагее ещё выпивки, теперь, когда Артём вмешался.
– Я думаю, это решение дамы, – сказал незнакомец, встав перед девушкой.
Гнев вскипел в венах Артёма. Если бы у него была другая профессия, он бы сразу уложил этого балбеса. Причём так, чтобы тому пришлось потом отправляться в травмпункт.
– Я думаю, тебе нужно заняться своими делами, – прорычал участковый.
– Заставь меня, – насмешливо ответил парень.
Артём рассмеялся и краем глаза увидел, как к ним идёт Денис. Друг всегда его прикрывал. С тех самых пор, как в четвёртом классе Женька Подосинников врезал Артёму за то, что он не уступил ему место в школьной столовой. Ни секунды не раздумывая, Верещагин, стоявший позади, подлетел к обидчику и накостылял ему по полной программе. Да так, что потом пришлось вызывать родителей в школу, а батя Дениса крепко отполировал сыну пятую точку солдатским ремнём. Так, что Верещагину-младшему потом было трудно сидеть на уроках – он постоянно елозил на стуле, стараясь усесться поудобнее.
Но с той самой поры их дружба, которую прежде можно было назвать приятельством, укрепилась, став крепче стали.
Незнакомец приблизился к Артёму и толкнул его кулаком в плечо.
– Ну, давай, покажи, на что ты способен, – сказал он вызывающе.
Участковый покачал головой.
– Мне не нужно доказывать своё превосходство перед каким-то балбесом в баре, который не может подцепить девушку, если она не напилась, – ответил он насмешливо.
Артём предвидел действия незнакомца ещё до того, как тот их совершил, поэтому, когда кулак полетел в сторону его лица, пригнулся, затем перехватил руку парня и завёл ему за спину. После чего ударил коленом под дых, заставив наглеца согнуться пополам и повалиться на пол.
Пелагея вскрикнула, повернувшись к Кате, и в баре воцарилась тишина.
Денис подошёл и положил крепкую руку на плечо незнакомца, прижимая его к полу и не давая возможности подняться, пока Артём рылся в его карманах, проверяя наличие оружия или колюще-режущих предметов. Парень извивался и пытался вырваться.
– Отпусти меня, козёл! – прорычал он.
Артём вытащил удостоверение и опустил его перед лицом парня.
– Советую тебе перестать дёргаться. Иначе схлопочешь срок за сопротивление сотруднику полиции.
Незнакомец замер, затем отвернулся и положил голову на пол.
– Похоже, у тебя всё под контролем, – сказал Денис с ухмылкой, затем посмотрел через плечо Артёма. – Привет, Пелагеюшка.
– Э-э, привет, – нерешительно ответила она.
– Как в старые добрые времена, да? – подмигнул ей Верещагин.
– Наверное, – она опустила голову и посмотрела на свои дрожащие из-за прилива адреналина руки. Денис рассмеялся, прежде чем вернуться к своей блондинке.
– Скажи мне, – обратился Артём парню под ним. – Как ты планировал добраться домой сегодня вечером? И я дам тебе подсказку. Если ты скажешь, что на машине, у нас будут проблемы.
Незнакомец прозаикался, издавав несколько невнятных звуков, прежде чем сформировал предложение:
– Пешком?
– Ты спрашиваешь меня или утверждаешь?
– Утверждаю.
Артём вытащил из внутреннего кармана куртки незнакомца паспорт и проверил его.
– Значит так, господин Илья Ильин. Согласно прописке, ты живёшь в семи километрах отсюда. Это довольно долгий путь.
Участковый повернулся к бармену.
– Шторм, позвони в участок. Скажи Грише Горохову, чтобы он приехал сюда.
– Вы не можете меня арестовать! Я ничего не сделал! – возмутился Ильин. Пот выступил у него на лбу. Артём получал немного слишком много удовольствия, наблюдая, как этот наглец паникует. Может, это научит его не совать нос куда не следует.
– Могу. Но не арестовать, поскольку этим у нас занимается суд. А вот задержать могу. И даже упечь на пятнадцать суток. Ты всё-таки толкнул полицейского, – офицер дал своим словам немного повисеть в воздухе, прежде чем добавил. – Но так и быть, я сегодня добрый. Потому задерживать тебя не стану. А доставлю домой. Не благодари.
Парень мог быть хамом и бабником, но он по-прежнему оставался человеком и гражданином, и работа Артёма заключалась в том, чтобы защищать его и всех остальных на дороге сегодня вечером.
– Но я предупреждаю тебя, Илья, прямо сейчас и один раз. Если когда-нибудь поймаю тебя за вождением в пьяном виде в моём городе, я надену на тебя наручники быстрее, чем ты успеешь моргнуть. Ты понял?
Парень кивнул. Артём посмотрел на Пелагею. Её спина была прижата к барной стойке, глаза широко раскрыты от шока, как будто она всё ещё обрабатывала в голове всё происходящее. Осознавала ли она вообще опасность, в которую попала сегодня вечером? Если даже не брать во внимание, что её потенциальных ухажёр собирался водить машину в пьяном виде. Проблема казалась глубже: девушка сама наклюкалась изрядно, полностью потеряла контроль и была уязвима. Может, Травнинск и маленький городок, но это не значит, что здесь не случаются плохие вещи.
Артёму казалось, что девушка, много лет проживая в Москве, где подобные происшествия случаются регулярно, уж должна была уметь им противостоять. А именно научиться быть осторожнее с такими вещами. Но, судя по сегодняшнему вечеру, столичная жизнь Пелагею ничему не научила. Офицер подумал обо всех худших сценариях, по которым могли дальше развиваться события с участием его любимой, и гнев закипел в венах. Он пристально посмотрел на неё, сузив глаза. Подумал, что когда закончит разбираться с Ильиным, она будет следующей.
Интенсивность взгляда Артёма заставила Пелагею схватиться за барную стойку. Её губы приоткрылись, чтобы сказать что-то – благодарность или извинение – что угодно, но она всё ещё не понимала, что произошло. В одну минуту она спорила с Артёмом, а в следующую он уже валил на пол какого-то пьяного парня.
– Давай принесём тебе воды, – сказала Катя, обняв Пелагею за плечи и повернув её лицом к бару. – Шторм, дай нам воды, пожалуйста.
– С лимоном, – добавила Пелагея. Это был естественный способ избавиться от токсинов, которые она только что употребила в большом количестве. Может, если ей повезёт, утром она не будет чувствовать себя ужасно. Сомнительная мечта, учитывая, что она чувствовала себя так, будто была на карусели.
Если бы она только не выпила столько коктейлей с коньяком и колой! Просто мать сводила её с ума, и хотя Пелагея притворялась, что сегодняшний визит в бар «Берлога» – это праздник, на самом деле она пыталась забыть весь недавний разговор. Если она знала свою мать (а она её знала распрекрасно!), то предвидела, что это ещё не конец. Когда Анна Максимовна чего-то хотела, она не сдавалась и вела себя, как бульдог, у которого пытаются отнять любимую игрушку.
Пелагея пила воду, позволяя холодной свежести творить своё волшебство. Артём выпроводил пьяного на улицу, и девушка почувствовала его отсутствие сразу, как только он покинул бар. Она также ощутила его возвращение, когда он снова вошёл, как будто он каким-то образом был связан с ней. «Наверное, такие же чувства испытывают близнецы, некую незримую связь», – подумала и сделала ещё глоток.
– Пелагея, пойдём, – рявкнул участковый, даже не взглянув на неё, обращаясь с ней как с собакой, которой можно командовать.
– Я ещё не готова уходить, – гордо ответила она, снова поднося трубочку ко рту, хотя в бокале уже нечего было пить.
– Мне всё равно, готова ты или нет. Мы уходим, – железным голосом произнёс офицер.
– Катя может отвезти меня домой, – огрызнулась Пелагея. – Я не хочу тебя беспокоить.
– Я проезжаю мимо твоего дома по дороге домой. Катя живёт в другой части города. Ты поедешь со мной, – Артём оставался неумолим.
– Разве это не должно быть решением Кати? – поинтересовалась его собеседница, которая по-прежнему пыталась сохранить статус-кво и выглядеть, как взрослая самостоятельная женщина, пусть и на качающихся ногах.
Катя подняла руки:
– Я не буду вмешиваться в ваши разборки. И не надейтесь. Вы мне оба слишком дороги, чтобы делать выбор.
Кожа на переносице Артёма сморщилась, он сцепил зубы. Глядя на него, Пелагея подумала, что это верные признаки того, что теряет терпение. Хорошо. Это ему за то, что он такой зануда. Если она хотела напиться, это её право. В конце концов, не она же она пригласила его сюда сегодня; он просто оказался здесь.
– Либо ты идёшь со мной… – начал было Артём.
Раздражение в девушке вспыхнуло ярко, и Пелагея вскочила со стула.
– Или что? – она упёрла руки в бока, показывая, что он не может заставить её делать что-либо.
Прежде чем успела сказать ещё хоть слово, Артём нагнулся и подхватил её, перекинув через плечо.
– Опусти меня! – закричала Пелагея, колотя кулаками по его спине, но это было бесполезно. С тем же успехом она могла молотить по кирпичной стенке, и потому всё, чего добилась, – это причинила себе боль. Она задрыгала ногами, но он прижал свою сильную руку к её бёдрам, сделав невозможным движение.
– Увидимся позже, Катя, – сказал участковый.
– Как в старые добрые времена, – услышала она голос Дениса, когда дверь открылась и закрылась за ними. Присутствующие, которые всё это время с интересом наблюдали за спектаклем, вернулись к своим привычным питейным занятиям. Только теперь стали обсуждать увиденное. Ну, в короткой драке участкового с тем парнем ничего особенного не было. Случались вещи и похуже. Но чтобы лейтенант Вишняков уносил отсюда женщину на плече… такое, пожалуй, было впервые.