Эту женщину ничто не остановит. А Сергей и не пытался. Пусть выпустит эмоции, раз уж в руку Лары попал любимый больно хлещущий предмет. Она вбежала в дом, споткнулась обо что-то у порога. Включила свет в прихожей и увидела распахнутую сумку, из которой торчал ворох скомканных вещей.
- Ах ты, зараза! - выругалась Лара, отпихнув ее ногой. Она промчалась дальше. На диване пусто. Молись Акрашка, если ты набрался храбрости и залез в ее кровать!
Начало истории
И верно. Бывший муж посапывал в ее кровати. На его беду он крепко спал. Аркашка принял любимое лекарство от бессонницы, немного, чтобы утром не испытывать похмелья, но достаточно, чтобы улечься на ее подушку и сразу же уснуть.
- Скотина! - Раз! И совок с размаха прилетел Аркашке по плечу. Благодаря Сергею в спальне загорелся свет. А благодаря действию лекарства бывший муж Ларисы не сразу понял, что произошло.
Он вроде подскочил, а вроде как еще не проснулся. Прищурился от света, потирая подбитое плечо. Два! Аркашка не успел опомниться, совок с глухим шлепком ударил по спине. Три! На этот раз уже по голове.
- Ларка! - громко взвизгнул он, пытаясь уклониться от ударов. - Ты что? Совсем ошалела? Припадочная! Тебя в психушку нужно положить.
Четыре! В глазах Аркашки затроилось, и он остервенело завопил:
- Помогите! Убивают! У меня сотрясение. Вызывайте скорую...
- Сотрясение?! - Лариса от души лупила бывшего совком, - с чего бы вдруг? У тебя *опа вместо головы. Медицина тут бессильна.
Аркашка бросился на выход, но в дверном проеме встал мужик: широкий, с густой бородищей и с кривой ухмылкой на лице. Он Аркашке точно не поможет. Сергей посмеивался, наблюдая, как тот мечется по комнате с горящими глазами, подтягивая сползающие семейные трусы.
- Ах ты петух ощипанный! - приговаривала Лара.
- А вот это уже оскорбление! - Аркашка возмущенно обернулся. - Ты знаешь, кто такой петух?
Напрасно он остановился. Совок хлестал его безостановочно, куда придется. Он снова взвизгнул и выставил ладонь.
- Все! Хватит!
Лара сделала небольшую передышку. Остановилась, сдунула прядь волос, упавшую на лоб. Но совок был наготове на тот случай, если бывший муж попробует сбежать. Он забился в угол, искоса посматривая на Сергея, который широко зевнул. Устал. Гнал без остановки. К тому же Сергей почти весь день провел за рулем.
- А я смотрю, ты мужиков в мой дом таскаешь? - со злостью выплюнул Аркашка. Он важно выпрямился и подтянул трусы. - К тебе разве из полиции не приходили?
- Приходили! - Иронично ответила Лариса, - как пришли, так и ушли. А ты отсюда на карачках уползешь! Гад ползучий! Я тебя сейчас прихлопну…
Аркашка снова сгорбился, спрятал голову, обхватив ее руками, зажмурился. Совок взметнулся в воздух и завис. Удара не последовало. Аркашка покосился одним глазом. За спиной Ларисы стоял широкий бородач.
Сергей перехватил ее запястья и мягко произнес:
- Лар, ну все. Достаточно. Отпусти ты этого несчастного. Пусть идет.
- В… смысле? - изо рта Аркашки брызнула слюна, - я? Иду? Я вообще-то у себя дома! И никто не имеет права меня отсюда выгонять!
- Видишь, Сереж?! - ласково обратилась к нему Лара, - он никак не успокоится. Дай я его еще разочек хлестану.
- Не надо, - так же мягко возразил Сергей, - лучше прибереги свои силы на потом.
Он лукаво подмигнул, обнял ее, и Лариса тихо захихикала. Она понимала, на что открыто намекнул шпион. Теперь, когда они наконец-то помирились, в этом доме должны царить страсть, гармония и взаимная любовь.
- Эй! Вы че?! Не слышите? - взревел Аркашка, который остался не у дел. Словно его вообще не существует, - я сказал! Я здесь хозяин! Половина дома здесь моя! А ты… как тебя там не знаю…
- Сергей, - спокойно представился его соперник, обнимая Лару со спины. А та, бесстыжая, льнет к его груди, улыбается. При живом-то муже! Ладно. Бывшем муже. Но Аркашка был уверен, что его возвращение их примирит.
Он думал, кому нужна эта Лариска? С таким характером. Он сам когда-то от нее сбежал. Потом разнюхал, что Ларка до сих пор свободна. После Аркашки у бывшей не было мужчин. Значит забыть его не может, любит и страдает. До сих пор.
- Ты бы оделся, - посоветовал Сергей, отворачивая от него Ларису. И угрожающе прищурился, - не стой перед моей женщиной в трусах.
- Да уж, - посмеялась Лара в его грудь, - кровь из глаз сейчас пойдет.
- А что? - Аркашка поплелся одеваться, говоря из спальни, - боишься, что Лариска ко мне переметнется? Она меня любит. До сих пор.
- Да кому ты нужен? - снова хохотнула Лара. - Даже многодетная Маринка дала тебе пинка под зад. Облезлый, потасканный. Без слез не взглянешь…
- Лара, - предупредил ее Сергей. Она улыбнулась поджатыми губами. Все. Молчу.
Бывший муж оделся, но уходить не собирался. Куда ему идти? На улице темно. Ночь. Все спят. В селе у Аркашки не осталось ни родственников, ни друзей.
Но Сергей схватил его за шею, надавил на болевые точки. Так, что слезы брызнули из глаз. И подтолкнул на выход.
- Вещи в зубы! - строго приказал ему шпион, - на улице поговорим.
Аркашка попытался воспротивиться, но оказался за калиткой. Сам не понял как. Они о чем-то долго разговаривали. Любопытная Лариса подсматривала из окна. Низкий тембр Сергея звучал гораздо чаще, чем вялые попытки бывшего супруга возразить.
Наконец, переговоры завершились. Сергей вошел во двор. А Аркашка… посмотрел на окна дома, на Ларису, которая надменно улыбнулась и запахнула штору, сплюнул под ноги и медленно поплелся прочь.
- Он больше не придет, - Сергей убрал совок подальше от Ларисы, - я надеюсь, теперь ты будешь использовать его по прямому назначению.
- Не обещаю, - хитро улыбнулась та, - к тому же этот паразит…
- Я сам с ним разберусь. А ты… - Сергей привлек ее к себе, - ты больше никогда не будешь драться. Я позволил тебе отыграться на Аркашке. В последний раз. - и промурлыкал в ухо, - беременным женщинам нервничать нельзя.
- Но я не… - Лара густо покраснела. Какие дети? В сорок два. А потом задумалась. Организм у нее здоровый, крепкий. Надо будет, Лара и троих детей родит. Только…
Сергей озвучил ее мысли:
- Надо поспешить.
Эпилог.
Август. Год выдался на редкость урожайным. Полки погреба… да, в нем появились полки… заставлены банками с соленьями, среди которых преобладала кабачковая икра. Сережа очень любит кабачковую икру. И козье молоко. На семейном совете было принято решение завести козу.
Сергей уехал вчера вечером. Сегодня выходной. Лара постирала его форму, развесила сушиться на веревке. Сразу видно, кто хозяин в этом доме. Полицейский. Сергея взяли вместо уволенного за взятку пузача.
Многое изменилось в этом доме с появлением Сергея. Во-первых, Аркашкина доля теперь официально принадлежит ему. Давид от доли отказался. Он остался в городе. Сельская жизнь ему не по душе. Лариса тоже отказалась. Она всецело доверяла любимому мужчине. Хотела, чтобы он ощущал себя хозяином в их доме и безропотно переложила всю мужскую работу на него.
Во-вторых, у Ларисы задержка. И что удивительно, об этом ей сказал Сергей. Тест подтвердил беременность. В понедельник Лара отправится к врачу.
В третьих, у забора, куда некогда соседка Надя сливала помои, проклюнулась трава.
Котят Лариса раздала. Одного взяла Надежда, но тот по старой памяти продолжал наведываться в гости. Так у них с Надюшкой появился один котенок на двоих.
Лара с самого утра готовилась к приезду дорогих гостей. Наготовила, накрыла стол на улице. Звук автомобиля она услышала издалека. Он приближался, остановился за забором. Сергей посигналил и выскочил из-за руля.
Лара уже спешила к калитке, когда он распахнул багажник, достал оттуда инвалидную коляску, разложил. Давид сгреб с заднего сидения легкую пушинку — Вику. Посадил ее в коляску и пообещал:
- Не волнуйся. Мама тебя быстро на ноги поставит. Не захочешь — побежишь.
- Да уж! - Воскликнула Лариса в спину сына, - я работу даже для лежачего найду.
И тут же спохватилась, похлопав кончиками пальцев по губам.
- Ой! Язык у меня… - Лариса пригнулась к Вике и радушно обняла, - ты меня не слушай. Бывает ляпну что-нибудь, сама не рада. А Сергей хохочет. Говорит, со мной со скуки не помрешь.
- Я не обижаюсь, - улыбнулась Вика.
- Мам, - вклинился Давид и похвастался, - а Вика уже сама стоит. Без опоры. Тетя Оля отпустила нас до сентября. Так что, мы останемся у вас на две недели.
- Оставайтесь, - отмахнулась Лара, - заодно поможешь Сереже починить крыльцо.
- Да, мам, - недовольно буркнул сын, - ты как всегда. Не успеешь приехать, работать заставляешь.
- Ой, смотри только, не перетрудись.
Лара ласково потрепала сына по макушке. Давид заметно возмужал, стал шире и сильнее. Ему приходилось носить любимую Вику на руках. Он всегда был рядом. Жил в доме Мухоморова, который после развода отошел его жене. Ольга радовалась, что ее дочь находится в надежных, заботливых руках. Благодаря Давиду и его поддержке, Вика стремительно шла на поправку, невзирая на прогнозы. Врачи разводили руками. Любовь творит чудеса.
Мухоморов жив-здоров. Их отношения с дочерью сошли на нет. И пусть. Вика не хотела с ним общаться, а тот не смог смириться, что она связалась с деревенским пацаном.
В разгар застолья нагрянули соседи. Надя с пирогами и трезвый как стекло Олег. Он принес трехлитровую банку вишневого компота и закуску для Муськи. Маленький «крысеныш» при виде клацающей зубами кошки заскулил и забился под стол.
Разговоры не смолкали. Лишь один Сергей искоса смотрел на Лару и думал о своем. Улучив момент, когда Лариса замолчала, он склонился к ее уху и пробормотал:
- Лар, ты возьмешь мою фамилию?
Она опешила. Лара с гордостью носила девичью фамилию. Черепанова! А Сергей — он просто Иванов. Иванов! Что тут особенного? Такой фамилией никого не напугаешь. Даже сын теперь Черепанов, чему он был безмерно рад. Нужно аккуратно съехать с темы.
- Что-то не припомню, - хитро улыбнулась Лара, - когда ты сделал предложение?
- Сейчас.
Лариса вздрогнула, когда ладонь Сергея погладила ее живот.
- Делаю, - продолжил он, настаивая на своем, - фамилию мою возьмешь?
А может и не нужно никого пугать? К тому же продолжатель рода Черепановых сидит напротив Лары, смотрит на Вику влюбленными глазами. Они родят Ларисе маленьких внучат. Фамилия не исчезнет. Она продолжит свое существование на долгие века.
Лариса улыбнулась и уверенно ответила:
- Возьму!
Лицо Сергея засияло от улыбки. Он схватил стакан с компотом, поднялся и произнес торжественную речь:
- Выпьем за Иванову Ларису. За стойкую, сильную женщину, за верную спутницу жизни, за чудесную, любящую мать.
- За самую лучшую соседку, - подхватила Надя. За столом раздался громкий хохот.
Сергей посмотрел на Лару с нежностью и подытожил:
- За тебя!