Витовт – пожалуй, самый известный из правителей Великого княжества Литовского. Это сильная личность Средневековья. Его биография настолько богата событиями, а деятельность имела такое огромное значение для народов Восточной Европы, что благодарные современники и потомки прозвали Витовта Великим.
В этой статье мы расскажем о его основных деяниях, но не раз ещё вспомним этого человека, когда позже будем говорить о событиях XIV–XV веков. (Те, кто время от времени читает информацию моего канала, наверное, уже обратили внимание на то, что все статьи взаимосвязаны и являются логическим продолжением одна другой. Поэтому, кому интересно увидеть всю историю Великого княжества Литовского объёмно, с разных сторон, – подписывайтесь на канал: впереди очень много интересной разнообразной информации. Цель моя – сделать своего рода исторический журнал, причём по разной тематике, не только по истории Беларуси. Но сделать это возможно лишь при Вашей подписке, друзья!)
Драматические события в Кревском замке
Крево.
Теперь это всего лишь агрогородок в Сморгонском районе Гродненской области, а в XIII–XIV веках он был центром Нальшанского княжества. Его украшал величественный замок, от которого в наши дни сохранились только остатки крепостных стен – время, Первая мировая война, людская бесхозяйственность и пренебрежение к своему историческому прошлому превратили его в руины. Однако и сейчас, возвышаясь на фоне ведьминой Лысой горы, он ещё продолжает производить сильное впечатление на любителей старины и заезжих туристов мощью монументальных стен, в которые на недостижимой высоте вмурованы огромные валуны, и таинственными легендами своего прошлого. В наше время государство взялось за его активную реконструкцию.
С этим местом связаны многие драматические события белорусской истории. Здесь правил Довмонт перед тем, как стать псковским князем. Длительное время замок являлся резиденцией князей Гедиминовичей. 14 августа 1385 года здесь была заключена печально известная Кревская уния – первая попытка связать Великое княжество Литовское и Польское королевство в династический союз. После бегства от тирании Ивана Грозного в Крево укрывался князь Андрей Курбский, и отсюда он вёл обличительную переписку с московским царём-деспотом. За свою долгую историю замок неоднократно подвергался осадам и штурмам: под его стенами побывали войска литовских князей Войшелка и Свидригайло, крестоносцы, крымские татары и московиты, кайзеровские армии.
Пожалуй, самые драматические события, связанные с Крево, произошли в его лёхах в 1382 году.
Дело было так.
После смерти Ольгерда, в соответствии с его волей и согласно предварительному договору с братом Кейстутом, великим князем Литовским стал сын Ольгерда – Ягайло. Однако, вскоре, недовольный проводимой этим князем внешней политикой, Кейстут отстранил племянника от власти и сам стал править единовластно. При этом он опирался на помощь своего любимого сына Витовта (?1350–1430).
Ягайло, притворившись согласным на политические изменения в великом княжестве и для виду подчинившись воле дяди, тем не менее, затаил злобу. При первом же удобном случае, пользуясь отсутствием Кейстута, при помощи коменданта Виленского замка немца Гануля он захватил Вильно и заявил себя законным великим князем.
Крестоносцы Тевтонского Ордена не преминули воспользоваться ссорой литовских князей и, вмешавшись во внутренние дела своего соседа, официально поддержали Ягайло, направив ему в помощь сильное войско.
Также подло поступил мазовецкий князь Януш – зять Кейстута, – под шумок захватив Дрогичин и Мельник, безрезультатно осаждая Брест и Каменец. Эти земли позже были возвращены Ягайло, когда тот окончательно стал великим князем Литовским.
Узнав о мятеже племянника, Кейстут поспешно вернулся из Северской земли, где в это время воевал с местным князем – Корибутом, родным братом Ягайло. Он соединился с сыном Витовтом и во главе сильного войска двинулся на Троки и Вильно, захваченные мятежниками и крестоносцами.
Обе армии встретились под Троками. Здесь, стремясь избежать кровопролития, Ягайло вступил в переговоры с Кейстутом, используя в качестве посредника своего кузена Витовта, с которым ранее был в дружеских отношениях.
– Зачем воевать и проливать кровь наших соотечественников? Помири меня с твоим отцом так, чтобы каждый владел своей землёй, и битвы между нами не было бы. Я готов присягнуть, что мы можем безопасно встретиться и обо всём договориться, – через делегатов говорил Ягайло Витовту.
Поверив на клятвенные заверения родственника, Кейстут с сыном прибыли в войско мятежников и крестоносцев, где состоялись предварительные переговоры о мире. Всё выглядело чинно и спокойно, Ягайло вёл себя уважительно и был готов на любые уступки.
– Поедем в Вильно и там окончательно договоримся, – предложил он дяде и двоюродному брату.
Но, как только решётка Виленского замка опустилась за въехавшими в ворота великим князем и его сыном, те сразу были обезоружены и взяты под стражу. Войско же Кейстута и Витовта, стоявшее под Троками, лишившись предводителей, самораспустилось.
Арестованного Кейстута отправили в Крево – родовой замок Ягайло, а Витовта оставили в Вильно.
«И там, в Крево в пятую ночь князя великого Кейстута задушили каморники Ягайловы: Прокша, что воду подавал ему, а были и другие – брат Мостер, Гедко, кревлянин, и Кучук, и Лисица Жыбентяй. Таков был конец князя великого Кейстута», – записано в «Летописи великих князей Литовских».
Так Ягайло второй раз стал великим князем.
Но оставался ещё Витовт. После убийства отца его вместе с женой также доставили под сильной стражей в Кревский замок. Нет сомнения, что двоюродный братец готовил ему участь Кейстута.
Витовта спасло от смерти самопожертвование служанки, ежедневно приходившей перед сном стелить ему и жене постель. В один из вечеров по совету жены он переоделся в одежду этой женщины и вместе с её напарницей тайком вышел из замка. Служанка заплатила за это своей жизнью, а Витовт, спасаясь от погони, сперва укрылся в православной церкви-крепости в Сынковичах неподалёку от Слонима, а затем бежал в немецкую Пруссию.
Борьба за власть
Представ перед магистром Тевтонского Ордена в Мальборке, он попросил политического убежища и помощи в отмщении. Крестоносцы всегда рады были вмешаться во внутренние дела Великого княжества Литовского, справедливо считая, что таким образом они ослабляют мощь этого государства. Тем более что Витовт обещал передать в благодарность Ордену Жмудь.
С помощью немцев и опираясь на своих сторонников в Литве, Витовт начал войну с Ягайло. В конце концов, тот был вынужден пойти на уступки и передал кузену в вотчину Волынь.
В 1385 году Ягайло согласился принять католичество, жениться на польской королевне Ядвиге и стать королём Польши. Увлёкшись полонизацией и окатоличиванием Литвы, он пошёл на заключение династической Кревской унии, ставившей целью в перспективе слить Польшу и Литву в единое государство. Бурная деятельность Ягайлы в этом направлении вызвала волну недовольства среди литовских и русских князей, чем не преминули воспользоваться Витовт и его сторонники. Он вновь начал борьбу с Ягайло, уже польским королём, пока не добился от него признания за собой титула великого князя Литовского, правда, в качестве наместника Ягайло в Литве.
Это произошло в 1392 году.
Практически сразу после того, как он стал великим князем, Витовт, в разрез с требованиями Кревской унии, провозглашавшей подчинение Литвы Польше, стал активно проводить самостоятельную внешнюю политику, не особенно оглядываясь на польского короля.
Для начала он окончательно подчинил себе Смоленскую землю, и граница Литвы и Москвы стала проходить между Вязьмой и Можайском.
Новгород и Псков по-прежнему находились в сфере влияния Великого княжества Литовского: в Пскове правил наместник Витовта – князь Юрий Пинский по прозвищу Нос; в Новгороде – родной брат Ягайло и двоюродный Витовта – князь Лингвен, в православии Семён.
Трагедия на Ворскле
Но всё это были мелкие дела в сравнении с грандиозной задачей, задуманной великим князем Литовским в самом конце XIV века.
Он поставил перед собой цель: ни много, ни мало, а нанести сокрушительное поражение давнишнему противнику восточных славян – Золотой Орде; при этом, максимум: включить её земли в состав Великого княжества Литовского, минимум: посадить на её троне своего хана и сделать своим вассалом.
Великая задача требует основательной подготовки, и Витовт с головой ушёл в разработку спланированного похода.
Прежде всего, он умело использовал междоусобицы внутри самой Золотой Орды, предоставив политическое убежище изгнанному оттуда хану Тохтамышу, пообещав ему вернуть трон. Затем он осуществил «пробу сил» – внезапно напал на татар малыми силами и победил их.
Параллельно шёл поиск союзников. Витовт сумел добиться поддержки своих действий двоюродным братом Ягайло, магистром Тевтонского Ордена и великим князем Московским Василием Дмитриевичем, который приходился ему зятем. В результате его войско, помимо отрядов татар хана Тохтамыша, было усилено поляками во главе с воеводой Спытко Краковским, молдаванами и пятью сотнями немцев-крестоносцев.
Василий Московский непосредственного участия в походе не принял, тайно радуясь схватке двух своих основных политических противников, но, тем не менее, послал брата – князя Юрия Дмитриевича – воевать татарское Поволжье в окрестностях Казани, оказывая тем самым косвенную помощь Витовту.
Летом 1399 года огромное войско собралось в Киеве.
«Князь великий Витовт собрал войско неисчислимое: царь Тохтамыш со своим войском, литва, поляки, немцы, ляхи, жамойты, татары, валахи и пятьдесят русских князей; и со всеми силами вооружился и пошёл на царя Тимура Кутлука, чтобы захватить его царство, и, похваляясь перед Ордою, сказал так: «Пойдём пленим землю Татарскую, побьём царя Тимура Кутлука и посадим царя Тохтамыша, а он посадит нас на всей Русской земле», и про то договорившись, пошли татар воевать», – записал летописец.
В войске Витовта имелось и новое вооружение – полевая артиллерия.
Всё, казалось, складывалось благополучно, и успех похода был обеспечен. Никогда ещё до этого столь многочисленное, слаженное и хорошо вооружённое войско не выступало против монголо-татар. К тому же его поддерживали золотоордынские диссиденты. Но польская королева Ядвига – жена Ягайло и известная прорицательница, заявила:
– Витовт потерпит страшное поражение!
На её слова никто не обратил внимания, и земля содрогнулась от топота тысяч коней – литвины и их союзники бодро двинулись через Дикое Поле на юг.
На берегах реки Ворсклы недалеко от современной Полтавы, на том самом месте, где спустя 300 лет состоялось знаменитое сражение Северной войны, Витовта ждал хан Золотой Орды Тимур Кутлук. Его войско значительно уступало литвинам, и хан отправил послов для переговоров.
– Зачем ты идёшь на меня? Ведь, я никогда не вступал в твою землю с оружием, – спросил он у великого князя.
Витовт гордо ответил:
– Я хочу владеть твоим ханством. Будь моим сыном и данником, или будешь рабом! Хочу, чтобы в знак признания моей власти на своих деньгах ты показывал мою печать с изображением вооружённого всадника с воздетым мечом.
Тимур Кутлук, прекрасно понимая, что не в силах противостоять огромному войску литвинов, для виду согласился, всячески славил и хвалил Витовта, и, как мог, затягивал переговоры, а сам в это время рассылал гонцов по Степи с просьбами о скорейшей помощи.
К татарам постоянно подходили подкрепления. Усыплённый сладкими словами восточного хана, Витовт вовремя не заметил, как золотоордынское войско становится всё больше и больше. Это стало совершенно очевидным, когда в один из дней подошёл тумен тёмника Едигея, резко изменив соотношение сил и средств в пользу татар.
Официально переговоры продолжались, и Витовт лично встретился с Едигеем на берегу Ворсклы. Старый, опытный и хитрый тёмник, осознавая мощь своего войска, сказал Великому князю:
– Наш хан, конечно, прав, назвав тебя отцом, ведь он моложе тебя. Но я гораздо старше – значит, ты обязан изъявить покорность и платить дань мне, а на литовских монетах изобразить мою печать!
Эти слова вывели Витовта из себя, и он велел немедленно начать сражение.
20 августа 1399 года, во вторник, на берегах Ворсклы произошла одна из крупнейших битв Средневековья. Она длилась весь день до глубокой ночи. Оба войска сражались мужественно. Полевая артиллерия литвинов, на которую сильно надеялся Витовт, ввиду своей слабой маневренности и низкой скорострельности оказалась низкоэффективной против подвижной татарской конницы. Уступая противнику в численности, литвины и их союзники, тем не менее, сумели сильно потеснить ордынцев, однако исход сражения определил выход в их тыл и стремительный удар отборной конницы под руководством самого Тимур Кутлука.
Первым с поля сражения бежал хан Тохтамыш, за ним с малой дружиной Витовт.
Разгром литвинов был полный. Потери составили более двух третей их войска. На поле битвы, героически сражаясь, полегли многие известные князья того времени и среди них пятеро двоюродных братьев Витовта, в том числе герои Куликовской битвы – Андрей Полоцкий и Дмитрий Брянский, и краковский воевода Спытко.
Остатки разгромленного войска рассеялись по Степи, и каждый пробивался на родину, как мог. Татары, преследуя Витовта, осадили Киев и взяли с него большую дань. Затем они грабили земли великого княжества вплоть до Луцка, только после этого вернувшись в Дикое Поле.
Так печально закончился этот грандиозный поход.
Татары в Беларуси
Потерпев сокрушительное поражение в войне с Золотой Ордой, Витовт, тем не менее, сохранил бодрость духа. Не в его характере было впадать в уныние от неудач. Он по-прежнему продолжал поддерживать татарских диссидентов и вскоре предоставил политическое убежище сыну Тохтамыша – Джелаль-Эд-Дину, а в 1411 году помог ему овладеть ханским троном. Так что в конечном итоге Витовт добился того, что правителем Золотой Орды стал его ставленник и верный союзник. Позже он неизменно проводил такую политику в отношении своего южного соседа, результатом которой было то, что во главе этого государства стояли обязанные ему люди.
Вообще, именно со времён Витовта на белорусских землях мирно поселились тысячи татар, пришедшие сюда с Тохтамышем и Джелаль-Эд-Дином, которым этот великий князь любезно предоставил земли для расселения. С тех далёких часов и до настоящего времени их потомки живут бок о бок с беларусами, мирно трудятся для блага и процветания Беларуси и мужественно защищают её от врагов.
В начале XV века Витовт совершил несколько победоносных походов на Псков и Новгород. Во время одного из них он вывел из псковского городка Коложа пленных и переселил их в Гродно – один из любимых им городов на Родине. Переселенцы были размещены неподалёку от старинной Борисоглебской церкви, которая с тех пор стала называться Коложской. Этот уникальный по своей архитектуре духовный памятник XII века сохранился до наших дней и продолжает привлекать внимание тысяч туристов своей византийской неповторимостью.
Великая война и победа под Грюнвальдом
Другим направлением внешней политики Великого княжества Литовского при Витовте была традиционная борьба с Тевтонским Орденом. Её кульминацией стала Великая война 1409–1411 годов. В ходе неё Витовт вместе со своим двоюродным братом Ягайло во главе союзного польско-литвинского войска наголову разбили крестоносцев в решающей Грюнвальдской битве 15 июля 1410 года. Эта победа имела огромное историческое значение не только для наших предков, но и для всей Восточной Европы в целом: германская агрессия против славянских и прибалтийских народов – Drang nach Osten (натиск на Восток) – была остановлена на 500 лет. До 1914 года на белорусские земли не ступала нога вооружённого немца!
Ещё со времён полоцких князей – наследников Всеслава Чародея, борьба с крестоносцами на протяжении более чем 200 лет являлась насущной проблемой наших предков. Их вторжения и набеги на белорусские земли достигали цифры до восьми в год! Миндовг, Довмонт, Гедимин, Кейстут и другие литовские князья в союзе с псковскими, новгородскими, мазовецкими и польскими правителями прилагали огромные усилия, чтобы остановить натиск немцев, пока Витовт и Ягайло не поставили в этой борьбе жирную точку.
После Грюнвальдской битвы начался закат Тевтонского Ордена – сил продолжать агрессивную внешнюю политику у этого государства уже не было. С 1410 года немцы терпели поражение за поражением, пока их государство не стало вассалом Польши и Литвы.
В битве под Грюнвальдом блестяще раскрылся талант Витовта, как полководца, сумевшего окружить и уничтожить мощную армию крыжаков, а авторитет Великого княжества Литовского, пошатнувшийся после поражения на Ворскле, был полностью восстановлен.
У крестоносцев под Грюнвальдом была 51 хоругвь. По подсчётам исследователей, это около 27 000 человек. Основу армии Тевтонского Ордена составляли тяжеловооруженные всадники-рыцари. Кроме того, у немцев имелась полевая артиллерия.
У Витовта и Ягайло было приблизительно 39 000 человек – больше, чем у немцев. Они были объединены в 50 польских и 40 белорусско-литовских хоругвей. Союзное войско было интернациональным: кроме поляков, беларусов и литовцев в его состав входили ещё татары, чехи, украинцы, русские и молдоване.
Точно известно, что с белорусских земель громить крыжаков пришли следующие хоругви войска Великого княжества Литовского: Гродненская, Лидская, Полоцкая, Витебская, Брестская, Дрогичинская, Пинская, Новогрудская, Волковысская, Мстиславльская и Заславльская. С очень высокой долей вероятности в сражении также участвовали Могилёвская, Несвижская, Кревская, Минская, Оршанская и Слуцкая. Всего получается от 11 до 17 боевых хоругвей – это по минимуму, если считать в границах современной Республики Беларусь. Скорее всего их было больше (большинство исследователей называет цифру 20), потому что, во-первых, названия не всех хоругвей Великого княжества Литовского нам известны, а, во-вторых, литвины – то есть предки современных беларусов – в те времена жили и за пределами нынешней Беларуси.
Крестоносцы первыми пришли к полю предстоящего сражения. Свой боевой порядок они прикрыли по фронту орудиями и отрядами лучников и арбалетчиков. А ещё впереди выкопали и умело замаскировали глубокие ямы, утыканные острыми кольями.
Боевой порядок союзников состоял из двух частей: на левом фланге – поляки, а на правом – хоругви Великого княжества Литовского, в том числе и с белорусских земель.
Построившись, противники не спешили начинать сражение. Хорошо подготовившись для обороны, немцы ожидали атаки. Польский король Владислав Ягайло отслушал две церковные службы, потом начал торжественный обряд посвящения в рыцари молодых воинов.
События разворачивались летом – 15 июля, и солнце, высоко поднявшись над горизонтом, стало уже сильно припекать. Прошедший короткий дождь немного освежил природу и собравшихся на поле десятки тысяч людей.
Пауза затянулась, и чтоб как-то ускорить развитие событий, великий магистр Тевтонского Ордена Ульрих фон Юнгинген отправил Витовту и Ягайле два меча, как бы подчёркивая, что те трусят вступать в сражение, для того, чтоб придать им смелости.
– Эти мечи должны придать смелости польскому и литовскому монархам и помочь им вступить в битву, – насмешливо сказали послы крестоносцев, вручая подарок.
Он вошёл в историю под названием «Мечи Грюнвальда».
Оскорбление сыграло свою роль, и Витовт первым атаковал немецкие ряды. Несмотря на огонь артиллерии и сыпавшиеся градом стелы, литвинская и татарская конница быстро преодолели «волчьи ямы» (хотя и понесли при этом значительные потери), высекли и разогнали пушкарей, лучников и арбалетчиков и врубились в ряды рыцарской конницы. Чуть позже в наступление перешла и польская армия. По всей линии соприкосновения войск завязался тяжёлый ожесточённый бой.
На правом фланге грандиозного сражения крестоносцы начали понемногу теснить хоругви Витовта. Тогда литвины осуществили неожиданный для противника маневр: обратились в ложное отступление. Пользуясь тем, что их вооружение в основном было более лёгким, чем у крестоносцев, а лошади более быстрыми, они смогли довольно быстро оторваться от преследователей. Немцы, не сумев догнать отступающие войска Витовта, обрушили свой удар на открывшийся фланг польской армии. Другая их часть, считая, что сражение уже выиграно, обрушились на полевой лагерь литвинов.
Оба эти действия закончились для крыжаков катастрофой.
Отводя войска, Витовт заранее побеспокоился оставить часть сил для прикрытия правого фланга польского войска. Смоленская, Мстиславльская и Оршанская хоругви мужественно встретили неприятеля и смогли остановить его. Они понесли огромные потери, но выстояли, выиграв время для завершения маневра поляков и литвинов. Одна хоругвь была вырублена полностью, остальные две – наполовину.
Те немцы, которые бросились грабить лагерь, были окружены подоспевшими литвинами и перебиты.
В этот момент, совершив глубокий обходящий маневр, основные силы войска Витовта вернулись и обрушились с тыла на крестоносцев. Со своей стороны поляки в упорном бою тоже сумели потеснить немецкие войска. С обеих сторон в сражение были введены все резервы. В итоге крыжаки оказались окружёнными в двух котлах.
В ожесточённой сече к королю Ягайло сумел прорваться немецкий рыцарь, и только вмешательство секретаря Збигнева Олесницкого спасло польскому монарху жизнь.
Судьба его противника – магистра Тевтонского Ордена Ульриха фон Юнгингена – оказалась более печальной. Он погиб в битве, то ли зарубленный татарским всадником, то ли пронзённый копьём простого пехотинца.
Окружённые, немцы отчаянно сопротивлялись, но были перебиты либо пленены. Около трети крестоносцев полегло на поле боя. Вместе с фон Юнгингеном погибла практически вся верхушка Ордена. Несколько тысяч попало в плен.
Разгром Тевтонского Ордена был полным. После Грюнвальда это агрессивное государство так и не смогло уже восстановить свои силы и уж точно перестало представлять опасность для соседей. С 1410 года немцы терпели одно поражение за другим, пока их государство, в конце концов, в XV веке не прекратило своё существование. Его земли были включены в состав Великого княжества Литовского и Польши.
Международный съезд глав государств в Луцке и коронация
После разгрома тевтонцев, Витовт (в крещении – Александр) находился на вершине своего могущества.
«Великий князь Витовт владел Великим княжеством Литовским и Русским, и многими другими землями, говоря попросту всей Русской землёй… Нет земель ни на востоке, ни на западе, откуда не приходили бы поклониться этому славному государю… Этот великий князь Александр, названный Витовтом, был в большом почёте и славе», – говорится о нём в «Похвале великому князю Витовту».
При нём Великое княжество Литовское достигло своего наивысшего могущества и максимума территориального расширения, став крупнейшим государством Европы.
О высоком международном авторитете Витовта красноречиво свидетельствует факт нахождения его, по просьбе чешского сейма, в 1419–1424 годах, одновременно с Литвой, ещё и на троне короля Чехии.
Стремясь окончательно разорвать Кревскую унию, давно превратившуюся в пустую формальность, Витовт Великий принял решение стать королём Литвы.
Как всегда, основательно подходя к важному мероприятию, он для начала зимой 1429 года провёл в Луцке международный съезд европейских монархов и представителей духовенства, на котором открыто заявил о своём желании короноваться. На нём присутствовали: император Римской империи и одновременно король Германии, Венгрии и Чехии (последней, правда, номинально, так как власть в этой стране в то время находилась в руках восставших гуситов), короли Польши и Дании, хан Золотой Орды, магистры Тевтонского и Ливонского Орденов, великие князья Московский, Тверской и Рязанский, князья Силезский, Мазовецкий, Поморский, Перемышльский, Новосильский и Одоевский, господарь Молдовы, легат папы Римского, послы Византийского императора, Новгорода и Пскова, – весьма представительное собрание, красноречиво свидетельствующее о международных связях Великого княжества Литовского и высоком авторитете его правителя. Решение о коронации Витовта было всеми одобрено.
Возвращавшегося из Луцка в Рим папского легата сопровождало посольство Витовта, которое должно было доставить из Ватикана в Вильно освящённую главой католической церкви королевскую корону. Послы выполнили возложенную на них миссию, но доставить регалии власти адресату вовремя не успели: Витовт внезапно заболел и умер 23 октября 1430 года.
Посольство литвинов было остановлено поляками во Львове.
Автор «Хроники Быховца» записал: «А ляхи, не желая, чтоб Литва стала королевством, отняли у них ту корону и, разрубив её на две половины, приложили половины к короне епископа Краковского, каковая и сейчас хранится в Краковском замке, в костёле Святого Станислава».
На памятнике «Тысячелетие России» в Новгороде Витовт находится в скульптурной группе «Государственные люди» рядом со своим дядей Ольгердом. Он представлен одетым в рыцарские доспехи с державой в руке.
Автор «Истории государства Российского» Н. М. Карамзин даёт Витовту Великому следующую характеристику: «Сей князь, тогда славнейший из государей северной Европы, был для нашего Отечества ужаснее Гедимина и Ольгерда, своими завоеваниями стеснив пределы России на юге и западе; в теле малом вмещал душу великую; умел пользоваться случаем и временем, повелевать народом и князьями, награждать и наказывать; за столом, в дороге, на охоте занимался делами; обогащая казну войною и торговлею, собирая несметное множество серебра, золота, расточал оные щедро, но всегда с пользою для себя; человеколюбия не ведал; смеялся над правилами государственного нравоучения; ныне давал, завтра отнимал без вины; не искал любви, довольствуясь страхом; в пирах отличался трезвостию и подобно Ольгерду не пил ни вина, ни крепкого мёда, но любил жён и нередко, оставляя рать в поле, обращал коня к дому, чтобы лететь в объятия юной супруги. С ним… воссияла и затмилась слава народа литовского, к счастию России, которая без сомнения погибла бы навеки, если бы Витовтовы преемники имели его ум и славолюбие».
Подписывайтесь на наш канал: впереди много интересного материала!