Добрый день, дорогие читатели! Сегодня решила написать статью на тему, которую давно хотела освятить. Эта статья о знаменитой драке между Махидевран и Хюррем. Что с этой дракой не так? Была ли она на самом деле? Начну с отрывка из отчета Бернандо Наваджеро, который целиком или частично приводится во многих исторических книгах. Этот момент также довольно ярко показан в сериале "Великолепный век".
Итак, отрывок из отчета! "Мать Мустафы поцарапала ей лицо и растрепала одежду, говоря : "Ты проданное мясо, ты хочешь посоревноваться со мной?" Случилось так, что через несколько дней султан вызвал эту русскую для своего удовольствия. Она не упустила возможность и сердито сказала евнуху, что она недостойна явиться к султану, потому что у нее испорчено лицо и вырваны волосы, и это оскорбит величие султана, если она придет к нему. После этих слов он еще больше захотел, чтобы она пришла к нему, и снова приказал ей прийти. Придя к султану, она объяснила, что это связанно с матерью Мустафы. Разгневанный султан отправил за черкешенкой и потребовал ответа. На что та ответила, что это меньшее, что заслуживает эта русская, так как она рабыня, и должна подчиняться ей. В итоге султан больше не захотел ее видеть."
Наваджеро писал этот отрывок в своем отчете, чтобы таким образом показать враждебные отношения между двумя женщинами и то, насколько мать Мустафы была горделива и красивая. Сам отчет был написан в феврале 1553 года и то, когда это происходило из отчета не видно. А так называемая драка произошла в 1525 году и об этом писал другой венецианский байло Пьетро Брагадин, который служил 1524-1526 гг. Он писал о том, что русская наложница в иерархии гарема занимала третье место, то Валиде султан, Махидевран султан и Хюррем. Между двумя женами (кадын) произошла серьезная ССОРА, после которой русская наложница вышла победительницей и еще больше привязала к себе султана. А Махидевран утратила милость султана.
Почему можно сказать, что эта не могла быть драка? Во многом из-за того, что в гаремах султана Османской империи царили строгие правила, далеко не то, что было показано в знаменитом сериале. И эти правила были не пустой звук, по крайней мере до правления султана Ахмета I, так как в его гареме драки имели место, впрочем, также как в самом государстве царила смута. В гареме на ранней стадии пресекались враждебные отношения, не доводя до реальных драк. Также можно отметить, что интерес к женщинам султана возрастал и любую даже малозначительную информацию могли передавать послы друг другу, не думая о том какими подробностями может обрасти информация, перейдя в банальные сплетни. Наваджеро, описывая ситуацию, которая произошла лет за 30 до этого, обросла яркими подробностями о вырванных волосах и разорванной одежде.
Есть еще одна интересная деталь, которую записал тот же байло Пьетро Брагадин в своем отчете в 9 июня 1526 года, что "у султана четверо детей, первый по имени Мустафа в возрасте 9-ти лет, рожденный от женщины черногорской национальности, которая находится во дворце вместе со своим сыном, и все ее удовольствие заключено в нем..." Другими словами, Махидевран не была выслана из дворца после драки, чего не могло быть в реальности. Если бы была бы драка, а не просто крупная ссора, то Махидевран однозначно наказали бы.
Можно еще отметить слова австрийского посла Корнелиуса Шеппера, который в 1533 году писал, что "у султана 3 жены, с которыми он делит свое ложе, одна из которых недавно снова стала посещать покои султана, а в ближайшее время уедет в провинцию вместе со своим сыном." Можно сказать, что через 7 лет после так называемой драки Махидевран была допущена до султана, и получила благословение для отъезда в санджак в Манису, причем они вместе с сыном уехали в Манису с большой помпой. Скорее всего это связано с тем, чтобы показать, что ни Махидевран ни ее сын Мустафа не потеряли благосклонности своего султана. То есть в данном случае речь не идет о каких-либо чувствах, скорее эта формальность для того, чтобы унять разговоры, которые видимо ходили по Стамбулу. Хотя сам Наваджеро в начале этого отрывка указывает, что у Синьора две любимые женщины, одна из них черкешенка, мать первенца Синьора. То однозначно нельзя сказать о любви султана к черкешенке, но все же султан был к ней благосклонен. На этом у меня все! Всем спасибо!
Материал взят из : "Missions diplomatiques de Corneille Duplicius de Schepper", 1533год / Alberi, Relazione, vol. III ser.III, bailo Pietro Bragadin, отчет 9 июня 1526 и депеша 1525 года ; Vol. I ser. III, Bernardo Navagero, февраль 1553 года / "Diarii di Marino Sanuto" Vol. XXXIX (депеша Брагидина) и XLI (отчет Брагадина) / Leslie Pierce "The imperial harem women and sovereignty in the ottoman imperial", 1993 года, pag. 59, 60 / "Beyond the sublime Porte" by Barnette Miller, pag. 87-88, chapter V "The royal harem"!