Ссылка на начало книги ◄Мяч в небе►
Кто ещё из футболистов был Вами разыгран?
Себа Росси: я скормил его комарам. Я тоже взял его с собой в августе, однажды вечером, чтобы посмотреть на прилетающих птиц. И он вернулся с головой размером с колесо. Там на рисовых полях, представьте себе, такие огромные комары; я их не замечаю, потому что у меня крепкая кожа. А вот Себастьяно не повезло, у него было красное лицо, большое и круглое, как пицца "Маргарита".
Он даже не хотел останавливаться на обед: он сразу побежал домой. Он тоже пошел к Джан Микеле, чтобы сказать ему: "Этот сумасшедший, опасный сумасшедший!" И я думаю, что он тоже был прав, тогда я точно перегнул палку.
Однако вашими любимыми мишенями остаются Челе и Питер.
О, я делал с ними всё. Когда я впервые взял их с собой в Аргентину, они сообщили мне, что очень беспокоятся о дикой природе, с которой они могут там столкнуться. Они спрашивали меня: "Есть ли опасные животные в Пампасах, когда мы собирались в поездку? Я имею в виду, что они никогда не высовывали носа за пределы Европы, у них были свои страхи.
Наверняка вы сделали все возможное, чтобы не усыпить их.
Конечно, конечно. В первые дни я был неопределенным и сказал им, что в принципе есть два вида животных, которых нужно остерегаться всегда: пума, которая водится в Аргентине в любое время года, и гадюка, которая имеет неприятную привычку прятаться - зимой - внутри гражданских домов или под машинами, потому что это единственные теплые и укромные места. Я также уточнил, что если змея укусит вас, вы обречены: у вас осталось не более двадцати минут, но это двадцать минут жестоких спазмов. Одна из самых свирепых смертей в природе.
Как весело.
Челе и Питер были обеспокоены. И я, садист, долго, две или три недели, рассказывал историю со змеёй, просто чтобы дать шутке созреть в моем сознании. Затем, по мере того, как шли дни, я также начал отмечать присутствие других опасных животных: летучих мышей, ужасных насекомых, таинственных рептилий, неизвестных зверей.
Короче говоря, полную чушь. Во время перелета они только об этом и говорили: "Да ладно, Роби", - спрашивали меня все время, - "какого цвета эта змея?". Или: "Сколько времени?". "А летучие мыши?" А я: "Будьте осторожны, они проникают в дом, если вы оставляете дверь открытой!". Всю поездку так. Мне стоило огромных усилий сохранять спокойное выражение лица.
А случай в Аргентине?
Я упаковал специальную перчатку с головой добермана вместо руки, и мне не терпелось ее использовать. Мы приезжаем вечером, смертельно уставшие от долгой дороги: из Италии до моего дома ехать более тридцати часов.
Питер разместился в комнате с моим отцом, я - с тестем, Джан Микеле и мой шурин - в другой комнате. На следующее утро, я распаковал вещи и вытащил заготовленный «сюрприз», в то время как Питер был в своей комнате, распаковывая свои вещи, в темноте, чтобы не разбудить отца, который все ещё спал. Он был без очков, и не похоже, чтобы он так уж хорошо видел без них. Он стоял там, молча, доставая свои вещи из чемодана и складывая их в шкаф, медленно, по одному предмету за раз, всегда проделывая один и тот же путь - от кровати к шкафу, от шкафа к кровати. Он был в трусах и носках. Как любитель оперы, пока он сдавал вещи в гардероб, он напевал арию, ходя взад-вперед, не оборачиваясь.
Эта ситуация уже кажется мне довольно комичной.
Представьте, что я вижу эту сцену вживую. В какой-то момент я подошел к нему сзади и засунул голову своего добермана ему под мышку. От страха он схватил меня за руку и поднял. Ему противостояла - собака, я был собакой! - голова добермана, которую я зажал в руке. Невероятная вещь, леденящий душу крик. Представьте себе: он и так был на взводе от всех этих разговоров в самолете, а в первую ночь сразу столкнулся с этой штукой, в темноте, полусонным...
Ему показалось, что я слишком тяжелый, как собака или как пума, но в темноте он не мог разглядеть, что у него в руке, он мог различить только голову. Я кричал: "Опустите меня! Опусти меня, Питер, опусти меня!".
Только когда он с задержкой, как в мультфильмах, понял, что звери не разговаривают, и, посмотрев мне в глаза, понял, что это я. Он был белым как простыня, вспотел, сдерживался, чтобы не ударить меня. Я катался по земле, я плакал, действительно плакал от смеха. Это была первая шутка из длинной серии.
#спорт #футбол #книги #знаменитости #история #италия
#интересные факты #роберто баджо