Общественная жизнь подчиняется влиянию географической среды. Эта мысль очень стара. Она встречается еще у Гиппократа в труде "О воздухе, воде и местности", у Платона в пятой главе "Законов...", у Аристотеля в книге IV главе V "Политики".
Теория климата у Бодэна и Монтескье. В 1576 г. Бодэн для объяснения политических позиций и поведения сформулировал свою теорию климата:
"Народы промежуточных областей обладают большей силой, чем народы Юга, меньшей хитростью и большим смыслом, чем народы Севера, и меньшей силой; более пригодны дая командования и управления республиками... Точно так же, как крупные армии и державы появляются на Севере, так и оккультные науки, философия, математика и прочие созерцательные науки дают южные народы; а политические науки, законы, юриспруденцию, дар красноречия и умение рассуждать берут свое начало и происхождение в срединных областях, и все великие империи основаны там: империи ассирийцев, индийцев, персов, перфян, греков, римлян, кельтов".
Вывод: «Поэтому не нужно удивляться, что малодушие народов, живущих: в теплом климате, почти всегда их делает paбами и что смелость народов, живущих в холодном климате, оставляет их свободными». Короче, холодный климат обеспечивает независимость, а жаркий климат ведет в рабство. А как тогда с умеренный климатом? Как анжуец Бодэн, так и жирондист Монтескье находят в нем все достоинства, он формирует умеренное поведение людей, присущее свободным политическим режимам.
Не впадая в эти крайние упрощения, Мишле в XIX в. в своей "Истории Франции" и Тэн в своей "Философии искусства" тоже настаивали на влиянии географической среды. Систематизируя разрозненные наблюдения, некоторые кладут географический фактор в основу развития обществ. Характер почвы, климата, растительности, по их мнению, обусловливают социальную жизнь. В этом суть концепции географического детерминизма, в дальнейшем развитой различными школами.
Ле Пле и школа "социальной науки". В первую очередь следует упомянуть Ле Пле (1806-1882) и, главным образом, "школу социальной науки". Главное место в ее проблематике занимает "местность".
Сам Ле Пле давал высокую оценку социальной организаций кочевников плоскогорий Северной Азии. Сформированная "миграциями", обусловленными периодическим истощением пастбищ и мест водопоя, их социальная организация основана на общинной и иерархичной патриархальной семье. И, наоборот, норвежские фьорды как фактор изолированности порождают индивидуализм и изолированную семью, которая встречается в англосаксонских обществах. Этот пример с фьордом использовали многие представители данной школы (А. Турвилль, П. Буро, П. Декам). Но впоследствии она отошла от поверхностного детерминизма.
От Ратцеля к геополитике. В какой-то степени научные основы географического направления в социологии заложил, прежде всего, немецкий географ Фридрих Ратцель (1844-1904 гг.). Впоследствии он пришел к жесткому детерминизму и даже к географическому фатализму. Так, он писал: "Мнимая свобода человека кажется как бы исчезнувшей... Корни всей жизни государства — в земле. Она вершит судьбами народов со слепой жестокостью".
У земли есть три элемента: местоположение страны, пространство и граница. Великие народы — это те, у которых есть ощущение простора. Следовательно, граница способна удлиняться или укорачиваться, в зависимости от динамики жизни данного народа.
Эмиль Дюркгейм справедливо критиковал упрощенчество таких теорий. Ибо кроме научно обоснованных данных, труд Ратцеля содержал и ряд "поспешных обобщений, априорных представлений", выявленных также и Альбером Деманжоном. А главное, труд Ратцеля несет отпечаток его "пристрастности". Его работа "Море как источник величия народов" (1900 г.) отражает амбиции Германии, завидовавшей британскому морскому могуществу. Рассуждения Ратцеля о народах, лишенных пространства и выходов к морям, совпадает с империалистическими целями Вильгельма II.
После 1914 г. немецкие географы, которые заложили основы "геополитики" (заимствовав сам термин у шведа Кьеллена), усугубили эти тенденции. Особенно Карл фон Хаусхоффер, который руководил институтом геополитики при Мюнхенском университете и на основе идей Ратцеля развил столь дорогую Гитлеру теорию "жизненного пространства". Ее суть: долг любого народа, наделенного ощущением пространства, покорять нужное ему для своего полного гармоничного развития пространство, за счет народов, лишенных этого чувства. С 1933 г. этот институт превратился в пропагандистскую кухню, прикрывавшую псевдонаучными доказательствами германские экспансионистские устремления.
