В Османской империи существовала награда под названием челенг. Википедия дает этот термин в написании «челенк», но в России в XVIII-XIX вв. данный предмет называли именно «челенг», и я буду в данном материале придерживаться такого написания.
Изначально челенг представлял собой белое птичье перо, которое вручалось отличившимся османским воинам как награда за храбрость и крепилось ими к тюрбану. Позднее, ко второй половине XVIII в. награда превратилась в ювелирное произведение, лишь имитировавшее птичье перо и изготавливавшееся из серебра и драгоценных камней. Но по-прежнему крепилась к головному убору. Параллельно изменился и статус награды – из знака отличия для проявивших личную храбрость на поле боя челенг превратился в награду за военные заслуги в широком понимании.
Со временем челенг стал вручаться не только подданным султана. Одним из наиболее известных иностранных «кавалеров этой награды стал английский вице-адмирал Нельсон – за разгром французского флота при Абукире, способствовавший восстановлению власти Османской империи над Египтом.
Челенгом был награжден и русский адмирал Ф.Ф. Ушаков за взятие острову Корфу в ходе войны Второй антифранцузской коалиции в союзе с турками. К сожалению, портретов Ушакова с челенгом не сохранилось.
Менее известна – по крайней мере, за пределами Турции – другая разновидность этой награды или, точнее, в данном случае статусного украшения – соргуч. Этот «символ превосходства, величия и великолепия» носился султанами Османской империи спереди на тюрбанах. Иногда его характеризуют как «подвеску», но, по-видимому, это не совсем точно. Изготавливался соргуч из золота, драгоценных камней и перьев.
В XVIII в. мода на украшения, родственные челенгу и соргучу, распространилась на Западную Европу. Здесь такое украшение чаще всего называли эгрет (от фр. Aigrette – белая цапля, поскольку такие украшения часто включали в себя перья это птицы или имитировали их). Женщины украшали эгретами не только головные уборы, но и прически. Впрочем, об использовании эгретов в рамках женского костюма, конечно, лучше почитать на каком-либо из дамских Дзен-каналов по истории моды, где, я уверен, найдутся материалы, компетентно и подробно освещающие этот вопрос.
Между тем, в странах, находящихся в постоянном культурном (и не только) контакте с Османской империей, мужчины использовали аксессуары, родственные челенгу/соргучу/эгрету, для украшения головных уборов еще, как минимум, в XVII в.
Яркий пример ношения подобных украшений венгерскими магнатами.
И магнатами польско-литовскими:
У подчашего великого литовского Иеронима Флориана Радзивилла эгрет совсем другого вида, чем у венгерского графа на предыдущем портрете, тем не менее все это «родственные» элементы костюма.
Отвлекаясь в сторону от предмета настоящего материала, замечу, что на нижнюю часть тела у Радзивилла на данном портрете надеты, скорее всего, не разноцветные – кусками из светлой и темной материи – штаны, как многие думают на Дзене (попадались такие комментарии), а двое штанов. Более длинные – темные – заправлены в сапоги, а поверх них надеты другие, короткие, по сути в форме шорт, светлые. Такая практика была достаточно широко распространена в Европе XVIII в. в гусарских полках – а Радзивилл носит костюм, разумеется, именно в гусарском стиле. Другое дело, что обычно у гусар верхние, короткие штаны делались из какого-либо плотного материала, например, лосиной кожи – их функцией было предохранять от протирания седлом более тонкие «нижние» штаны-чакчиры. Но у Радзивилла, похоже, это лишь модная фикция – «верхние» штаны выглядят сделанными из того же материала, что и «нижние», только другого цвета.
Вернемся к челенгам/эгретам.
Еще один, более поздний – второй половины XVIII в. – пример венгерского украшения этого рода.
Наконец, известен случай российского награждения российского же подданного наградой, родственной челенгу. В 1813 г. император Александр I пожаловал атаману Донского казачьего войска генералу от кавалерии Матвею Ивановичу Платову «брилиянтовое перо с вензловым Его Императорского Величества именем и с лаврами» для ношения на шапке. Эту награду хорошо видно на портрете Платова работы Томаса Филлипса (1814 г.)
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.