Бирюк уехал сразу же как устроил Алю в отведенном для неё домике, находившемся на территории небольшого санатория. В стоимость входили услуги мануального терапевта, психолога, сиделки, которая находилась при больной круглосуточно. Вообще сиделок было две: хохотушка Лена и молчаливая Оля. Они сменяли друг друга и не давали скучать Але. Именно от них она узнала о трагической судьбе доктора, к которому больные приезжали со всего света. Бабушка Петра Васильевича, так звали мануального терапевта, была известной в этих краях костоправкой в третьем поколении. Назубок знала все названия костей, с легкостью вправляла, сращивала переломы, растягивала и убирала боли не только у людей, но и у животных. Маленький Петруша впитывал науку излечения с детских лет, как губка. К десяти годам стал полноценным помощником, после школы поступил в медицинский и к знаниям ведуньи добавил научные. Жену себе выбрал еще на студенческой скамье, веселушка и хохотушка, она поддерживала мужа во всем, родила ему трех здоровых сыновей, но в один день всё рухнуло. Всей семьей они выехали на местное озеро, взяли у местного рыбака лодку, решив показать маленьким сыновьям озеро с воды, поднялся сильный ветер, лодка перевернулась. Когда Петр смог вынырнуть, на поверхности озера никого не было. Жена и дети утонули. Раз за разом он нырял, пытаясь найти в мутной воде близких, всплывал, снова нырял, но всё было бесполезно. Так и нашел его хозяин лодки, обеспокоенный их долгим отсутствием, обессиленного, цепляющегося из последних сил за лодку. Казалось его жизнь закончилась в этот день вместе с гибелью семьи. Несколько месяцев он беспробудно пил, пока во сне к нему не явилась покойная бабушка. Укоризненно качая головой, она грозила ему пальцем и слезы текли по её морщинистым щекам. Очнувшись от мутного сна, он до чиста отмыл дом, вывез гору пустых бутылок, выкосил двор, покрасил наличники и больше в рот ни капли не брал. По старой дружбе попросился на работу в санаторий, находившийся возле села, с головой окунулся в работу, и слава о его золотых руках разошлась по миру как круги по воде. Новая пациентка Аля его смущала- бойкая на язычок, несмотря на свою слабость, цеплялась за жизнь, карабкалась из болезни. Впервые дни он не видел её лица, чутко прислушивался к своим пальцам, изучавшим её тело, ловил отголоски боли, но пациентка, сжав зубы молчала. Потом рассмотрел, увидел красивые глаза и милую улыбку, расслышал необычайно красивый голос. Аля неукоснительно выполняла все его указания, старательно следовала рекомендациям, и Петр увидел, как потихоньку в это тело возвращается жизнь. Он стал замечать за собой, что старается зайти к Але почаще, по дороге собирая простые полевые цветы, ругал себя за это, чувствовал себя предателем по отношению к погибшей семье, но был не в силах справиться с собой- эта женщина определенно ему нравилась. Пребывание Али в санатории затянулось, Павел, сын подруги исправно оплачивал её нахождение здесь и спустя три месяца она уже самостоятельно ела, выходила на прогулку и даже отважилась на поездку в город вместе с Петром Васильевичем. Опираясь на его руку, прогулялась по главной улице, бросила монетку на счастье в городской фонтан. Вернувшись в подробностях всё рассказала Асе с которой созванивалась каждый день.
-Ты знаешь, Ася, я кажется влюбилась. Опять.
-А он? Как он к тебе относится?
-Я ему нравлюсь, я вижу это, чувствую, понимаешь?
-Понимаю- Ася вздохнула на другом конце телефона, кажется неприятная ситуация в которой она оказалась разрешается. Вот уже три месяца, в отсутствии Али они встречались с бирюком. Да что там лукавить, Владимир перебрался жить к ней, продав свой дом и мотоцикл, чтобы оплатить лечение Али. Жили как чужие люди, Ася не позволяла себе лишнего, зная какие отношения связывают бирюка и подругу. Мучились оба, делали вид, что всё хорошо, но двусмысленность положения убивала. Положив трубку Ася вышла во двор, Владимир, Павел и Даня чинили старую скамейку, Даша и Катя накрывали на стол в беседке. Бирюк мгновенно читавший все её эмоции на лице с тревогой спросил:
-Ася, что-то случилось?
-Ни-че-го! –она покрутилась вокруг себя, взлохматила волосы на голове сына:
-Идем ужинать, ребята, девчонки нас заждались!
Через месяц Аля вместе с Петром Васильевичем вернулась в село. С шумом и руганью бывший муж отчалил по месту своего проживания. Аля распродала своё имущество, то что осталось после «дорогих» гостей и забрав детей уехала вместе со своим доктором в новую жизнь. Прощаясь с Асей и заливая друг друга слезами, они пообещали себе скорую встречу, а когда дверца такси захлопнулась за уезжающей подругой, бирюк обнял её за плечи и сказал:
-Что не делается, то всё делается к лучшему, озябла? Идем в дом, родная.
Широков долго не мог смириться с тем, что лучший друг увел у него любимую женщину, но спустя время притих, привез из города Адель и вычеркнул Асю и бирюка из своей жизни.