За околицей
Как здорово, что человеку нужен сон. Ещё лучше, что день заканчивается ночью, за которой следует рассвет. Вчерашний день был сплошной бедой. Санька ( мой муж, много лет болен после автомобильной аварии и трёх инсультов) резко ухудшился, отреагировал на грозу, сильный ветер и дождь. А это значит, одно - откат назад, здравствуйте снова памперсы, недержание, снова кормление с ложки и мучащая его головная боль. К вечеру я просто разревелась от бессилия и усталости. Совсем, как героини в моих романах : «Её грудь сотрясали рыдания и душили слёзы отчаяния» . Это прям про меня в тот момент. Все мысли смешала в кучу. Никто меня не любит, никто не помогает, никто не понимает, я больше не могу. И писатель я никудышный и жена так себе и матерью не стала и безработная сейчас. Короче, смешались в кучу кони, люди(с) А утром проснулась и отпустило и силы появились и надежда. Новый день, новое солнышко, новые заботы и дела. Солю огурцы, варю варенье из слив с шоколадом ( Санька выпрашивает пенку), окна помыла и на клумбе порядок навела. Дождичком к вечеру побрызгало, радуга с неба подмигнула, х-о-р-о-ш-о, ребята, Живем дальше:)
Море ветром, народ слухом волнуется
Город просыпался, хозяева открывали ставни на окнах, торговцы спешили открыть свои лавки, мастеровой люд спешил в порт. Марфа шла медленно, словно ноги её вовсе не держали, сказывались и бессонные ночи, и переживания за сестер и думы о Сашко. Её предательство его очень сильно ранит, а ведь он только-только начал ей доверять. В груди саднило и болело и вообще она сейчас была похожа не на красивую девушку, а на измотанную жизнью, рано постаревшую старуху, настолько плохо, как считала она, она выглядела...
Марфа слышала тихое, ровное дыхание Лиды - и каждый такой вдох был для неё как подарок.
Эта земля была совершенно другая, с крутыми, скалистыми берегами, покрытыми лесом. На берег сходить не стали, наоборот местные жители начали подплывать к кораблям на лодках, это были маори. Сашко никогда не видел таких лиц: сильных, открытых, с узорами на коже, в которых, казалось, была рассказана целая жизнь. Начало Глава 123 Они подходили к борту смело, без страха, но и без лишней суеты. Говорили на своём языке, жестами показывали, что хотят посмотреть корабли, потрогать верёвки, рассмотреть паруса...
Ох, горе горькое… Пришла беда-отворяй ворота
Зима в этом году выдалась сырой и злой: ветер гнал по улицам холодную морось, а она цеплялась за крыши, будто не хотела уходить из города. Люди массово болели, кашляли в очередях и на службах, аптекари мигом взвинтили цены на лекарства и свои услуги до небес. Вразы подорожали и дрова, и продукты. Начало Глава 122 Марфа молилась, чтобы болезнь обошла мимо их скромное жилище, но Бог её не услышал и обе сестренки расхворались. Тихо стало в их комнатушке, слишком тихо, Настя и Лида, слегли почти одновременно: сначала кашель, перешедший в жар, а потом они и вовсе уже не могли встать с постели...
А теперь и тебе говорю прямо: хватит тебе ждать. Сашко твой где-то там, за краем света, а ты тут одна, как былинка на ветру.
После Южных Сандвичевых островов экспедиция шла всё дальше на восток, а Сашко не успевал удивляться капитану, ведь двигались они не прямо, а с хитрецой: то поворачивали чуть к югу, то снова брали курс на восток. Беллинсгаузен будто бы щупал море, искал, где прячется край земли. Начало Глава 121 Все вокруг знали, он ищет новый материк, тот самый, который ещё никому не дался, ибо льды не пускали к нему других людей. В тайне Сашко надеялся, что им повезет больше остальных, но чем дальше заходили они во льды, тем страшнее ему становилось...
