Все мы знаем общие факты о Второй мировой и прекрасно понимаем, во-первых, какая это была страшная трагедия, а во-вторых — кто в этом прежде всего повинен (рейхофилы, простите). Так уж вышло, что сейчас Гитлер — это после Сатаны следующий по негативности образ практически для всего мира, а нацисты сами по себе — абсолютное воплощение зла.
И понятно, почему так случилось. Справедливо. Однако из-за этого в головах людей возникает когнитивное искажение: они забывают, что современники предвоенного периода (да и первых лет войны) ещё не знали и зачастую даже не могли предполагать, чем в итоге всё закончится.
Как я уже не раз говорил, даже Холокост (несмотря на то, какое место в самой идеологии Рейха занимал антисемитизм изначально) раскачался далеко не сразу. Ситуация в 30-е это одно, в начале войны — другое, а где-то после Сталинграда — третье. То же касается и всего прочего: каратели в Белоруссии появились не в 1933 и даже не в 1939.
Поэтому совершенно неверно оценивать что пакт Молотова-Риббентропа, что те же действия Франко (Division Azul на пике была в 1941-1942 и прекратила своё существование в 1943), что многие другие вещи с позиций нашего теперешнего понимания. Сколь бы ни были ужасны итоговые деяния нацистов, война назревала не только по их злой воле, и все задолго до 1939 в общем-то понимали, что она будет. Предпринимая по этому поводу разные шаги. И в 1941 ещё трудно было предполагать, до чего всё в итоге дойдёт.
Это вообще, мягко говоря, не первая масштабная война в Европе, ещё с XVII века Старый Свет к таким вещам привык, и каждый всегда пытался найти некие оптимальные для себя решения. Исходя из текущей ситуации и прогнозов, что реально было сделать.
Совершенно глупо всё в этой истории рассматривать из 1945 года. В том же 1939, если вдуматься — велика ещё разница между Гитлером, Чемберленом и Сталиным? Да Сталин, честно говоря, на тот момент для западного обывателя ещё больше тянул на образ зла, чем Гитлер — это позже ситуация, кхым, переменилась.
Но в наше время оценки непрофессионалов никак не могут быть свободны от понимания, что случилось потом. Однако как раз от профессионалов надо бы требовать именно этого — и широким массам по возможности объяснять. Вообще, чем меньше у нас эмоций при работе с историей, тем лучше. И если при рассмотрении какой-нибудь Хатыни или концлагерей уйти от эмоций действительно сложно (хотя всё равно строит стараться), то во многих других случаях без них уж точно лучше обойтись.
Есть большая разница между каким-то сотрудничеством с нацистами до ВМВ или в самом её начале — и коллаборационизмом во времена, когда горят деревни в Белоруссии и Аушвиц вовсю работает. Мы-то с вами читали спойлерные главы, а современники — не пророки.
Автор - Андрей Миллер. Подписывайтесь на Grand Orient и читайте больше его статей!