Новость об упавшем в центре Парижа фотографе, которого за всю ночь никто не поднял, удивила. Человек замерз, потому что все проходили мимо. Он лежал девять часов без сознания не где-нибудь, а в районе Республики.
Там множество станций метро, пристань, где круглые сутки курсируют кораблики с туристами. Площадь Республики - это парижский район баров и ресторанов. Живет там крепкий средний класс, обычно - научная и творческая интеллигенция с хорошими заработками. Это очень людное место. Любой человек, бывавший в Париже, туда ходил и должен помнить, что там толпы народа круглые сутки, даже и без туристов: Париж оживлен днем и ночью. И уж кого там полно всегда, так это разных воришек, карманников и откровенных грабителей. В общем, жизнь кипит... Говорю не по книжкам Золя и Мопассана: я была в Париже и видела своими глазами.
И вот там лежит пожилой человек. Он знаменитый фотограф, вряд ли плохо одет, но никто к нему не подходит. Вероятно, принимая его еще издалека за бездомного. Это горькая реальность: бездомных в главных европейский столицах чрезвычайно много. Ночной Париж, Берлин или Лондон ближе к ночному Бангкоку или Сайгону, чем к Москве, потому что у нас бездомные на ночь в закутках у витрин не пристраиваются. А там - да!
И люди, видимо, привыкли к тому, что кругом бездомные. Я активно ездить по Европе начала с середины 2000-х - тогда даже в провинции у нас на улицах почти не осталось попрошаек и разных беженцев, которые пугали в 90-е. Поэтому я поначалу очень удивлялась, видя их в Лондоне. В Берлине - чуть меньше, а в Париже бездомных много и разных.
Наверное, потому спасти Рене Робера попытался только бездомный, который и вызвал врачей: обычные люди шли мимо
У меня, кстати, был случай, когда меня кто-то спас: в 2011, кажется, году, меня поздно ночью сбил мотороллер, я запомнила, что за рулем был подросток, совсем ребенок. Упала. Очнулась я на лавочке с запиской в руке. Оказалось, меня увидел человек, он вызвал "скорую", но та долго не ехала. А мужчина торопился на самолет. Он донес меня до скамейки, оставил записку и еще отправил смс по последним исходящим номерам на моем телефоне и моей маме. Очнулась я, когда приехали уже врачи. Благо, не было ни сотрясения, ни переломов - только сильные ушибы и синяк на всю правую сторону туловища.
Причем, было это на окраине Тюмени, где в полночь вообще можно прохожих не встретить, да и машины редко ездят. И было холодное время года. Не помню совершенно, весна или осень, но я была в демисезонном пальто. Вероятно, пролежала я недолго без сознания, раз не замерзла в Сибири, как этот фотограф.
А до того у меня был случай в Лондоне. Сознание я не теряла, но потеряла контактные линзы: сняла их в кафе, потому что заказала пирожное с сахарной пудрой, которая была так мелко смолота, что, когда я на нее дыхнула, разлетелась в стороны. Я пошла снять линзы и промыть их, но уронила контейнер в раковину, линзы смыло водой. Была я в незнакомом районе, шла устраиваться переводчиком в турагентство. Никаких навигаторов еще не было, номеров домов, названий улиц я не вижу, даже не знаю, где метро. Я просила мне помочь показать дорогу. Занятно, что наталкивалась и на русских, это было неподалеку от "Пушкинского дома". Но ни русские, не местные меня не проводили, а до метро довел иностранец странной наружности, полуараб-полуяпонец. А остальные показывали мне просто в сторону метро, объясняли, куда и как надо поворачивать, но не проводили.
Эта история из Парижа - хороший повод нашим людям прийти в чувство и понять, что равнодушие и ожесточенность это проблема не только россиян
Помните, одно время было модно ставить эксперименты: подойдут ли люди на улице к потерявшемуся, к слепому, к тому, кто упал, держась за сердце, подберут ли они чужой кошелек. Был проект Rakamakafo, который делал сравнительные видео Петербурга и американских мегаполисов. И всегда получалось, что американцы проявляют внимание, а наши бросают несчастных в беде.
Но вышло, что и французы бросают. Причем, не где-нибудь на проезжей части в Нормандии, а в центре Парижа. И как это объяснить суровостью российских нравов?