Антонина искала маму уже неделю. Никто ничего толком не мог сказать, никто такой фамилии не слышал. Она уже отчаялась, что вообще найдет ее здесь.
Она брела по аллее, глядя себе под ноги. И не заметила, как подошла к дому. На скамейке сидел Федор Иванович.
−Тонюшка, а я к тебе, −обрадовался он, вставая. −Давеча заходил в участок по твоему вопросу, вот пришел ответ. И он протянул Антонине листок, исписанный размашистым, но красивым почерком.
−Витька сам нацарапал от руки. Компьютер у них завис, говорит.
Тоня читала и на глаза наворачивались слезы.
«Смирнова Ульяна Петровна 1956 года рождения, уроженка города М-ка на территории К-го края не проживает с 2012 года. Отбыла в неизвестном направлении…»
Федор Иванович заметил слезы у Тони и пытался успокоить ее. Но Тоня опустилась на скамейку без сил и заплакала. Она так надеялась, что ее мама здесь. Она обошла почти все учреждения в этом городке с ее данными и фотографией. Но все тщетно. И вот этот вердикт.
Федор Иванович присел рядом, обнял ее за плечи:
−Пойдем-ка в дом. Чайком меня напоишь, −сказал он.
−Да, Федор Иванович, пойдемте, −согласилась Тоня.
Таисья Павловна была дома. Увидев Тоню с Федором Ивановичем, она воскликнула:
−О, явился!
−А что не так, Таисья Пална? Вот привел Антонину. Встретил на улице, глаза на мокром месте.
−А что такое, Тонечка? −подошла к ней Таисья Павловна.
−Да вот. Покажи, Антонина, бумагу-то.
Тоня протянула скомканный листок.
Таисья Павловна, надев очки, прочла написанное и развела руками:
−Надо же! Вот незадача. Как же это?
−Ну что ты тоже раскудахталась, −в сердцах сказал Федор Иванович, −нет чтобы помочь.
−А чем же я помочь-то могу, Федя?.. Стой, погоди. Тут вчера буквально встретила ж Трояниху на рынке.
−Ну что ты… ну в самом деле… Пална? Тут серьезное дело, а ты…
−А что? Она многим помогает. Обещала завтра зайти.
−Вот-вот. К нормальным люди сами ходют, а эта токо и знает шастать по дворам со своими картами.
−Ну что у нее салон что ли, чтобы на прием к ней записываться? −возразила Таисья Павловна.
Тоня извинилась и ушла в свою комнату. Ей еще долго слышались голоса Федора Ивановича и Таисьи Павловны. Она незаметно для себя заснула.
Утром, едва проснувшись, Тоня осознала, что ей больше незачем оставаться в этом городе и надо возвращаться домой. Но внезапно ей пришла в голову мысль написать заявление в полицию о розыске. Она решила не откладывать решение этого вопроса.
Быстренько позавтракав, Антонина поспешила в районное отделение полиции.
Войдя в кабинет участкового, Тоня немного растерялась. На нее смотрел молодой сержант.
−Какой у вас вопрос, гражданка? Проходите, присаживайтесь, озвучивайте.
Тоня рассказала ему все, что знала о своей маме и попросила листок, чтобы написать заявление.
−Погодите, погодите. Во-первых, такое заявление уже есть. Данные разосланы. Ждем ответ.
−Как разосланы? А кто же… кто написал заявление?.. Федор Иванович?
−Он самый. И не один. Таисья Павловна, хозяйка квартиры, где вы квартируете, тоже просила очень.
−А что же они мне не сказали? Я не знала. Извините.
−Ну извиняться ни к чему... Как вас?
−Тоня. Антонина. Можно Тоня, да.
−Тоня значит. Антонина, −повторил участковый. −А я Витя. Виктор Васильевич, −представился сержант.
−Да, очень приятно, Виктор Васильевич.
Сержант слегка покраснел.
−Вы не переживайте так, Антонина. Найдем мы вашу маму, −заверил он.
−Спасибо вам. Я очень надеюсь.
−Я лично сообщу вам, как только что-то станет известно.
Еще раз поблагодарив, Антонина вышла из кабинета. Уже у выхода она вспомнила о бумажке. Вернулась в кабинет и протянула Виктору.
Тот разгладил скомканный листок. Посмотрев укоризненно на Антонину, он сказал:
−Что же вы так не аккуратно с официальным документом?
−Простите Виктор Васильевич. Эмоции.
−Это с архива местного. Для сведения вам, так сказать. Так что сидите ровно и ждите. Не надо вам самой больше бегать по кабинетам и рынкам расспрашивать.
−Я поняла вас, Виктор Васильевич, товарищ участковый. До свидания!
Окрыленная надеждой, Тоня шла домой с высоко поднятой годовой. Она была полна уверенности в положительном исходе поисков, раз уж к этому делу подключилась полиция.
