Герои Советского Союза братья Игнатовы, Евгений и Геннадий, в августе 1942 года ушли в партизанский отряд, которым командовал их отец Пётр Карпович Игнатов. Мать, Елена Ивановна, была медсестрой в отряде.
В 1944 году, когда Красная Армия гнала фашистов на запад, писатель Я. Тайц записал рассказ Петра Карповича о своих сыновьях...
Рассказ краснодарского партизана П. Игнатова
Самый молодой диверсант
...Мы ушли партизанить всей семьёй: я, жена Елена Ивановна, Евгений и Геня. Обосновались мы высоко в горах, чтобы немец не мог нас достать. Там мы в скалах построили жилища и назвали их «саклями».
Наш отряд прославился смелыми диверсиями, и самым молодым диверсантом у нас был, конечно, Геня. Нелёгкое это дело — быть диверсантом. Для этого надо иметь крепкие нервы, быть очень выносливым, очень терпеливым...
Однажды старший мой сын Евгений с группой в двадцать человек пошёл на задание. Как всегда, с ними был и Геня.
Ночью подобрались к дороге, по которой должны были двигаться немцы, наметили места минирования, выставили охрану — и работа закипела. Вырыли ямки. Евгений и командир 1-го взвода Виктор Янукевич заложили противотанковые мины. Потом всё замаскировали, заровняли и залегли. Утомлённые длинным переходом и ночной работой, партизаны склонили головы к земле. Некоторые задремали. Только двое дозорных — два друга — Павлик и Геня — напряжённо глядели на дорогу. Стал заниматься день. Степь тонула в тумане. Словно островки, выступали из него вершины гор. Было тихо.
Вдруг острый слух Гени уловил далёкий гул. Он прислушался. Потом толкнул в бок Павлика:
— Танки идут. Беги, скажи Жене!
Евгений приказал:
— Всех будить! Приготовиться к бою!
Все живо поднялись. Гул приближался. Уже ясно слышно было лязганье гусениц, грохот моторов. Евгений в маскировочном халате притаился в густой траве, усеянной степными цветами.
С рёвом пронёсся мимо партизанской засады передовой танк. За ним мчались две машины — одна с фрицами, другая — с боеприпасами. Партизаны нетерпеливо поглядывали на Евгения. Но он неподвижно лежал в траве.
Вдруг воздух потряс могучий взрыв.
— Ура! Танк напоролся на нашу мину! — чуть не крикнул от радости Геня.
Прошло десять-двенадцать машин — и снова показался танк. Евгений приподнялся, выдернул предохранитель из противотанковой гранаты, ловко бросил её под гусеницы и припал к земле. Танк остановился и загородил дорогу. За танком вплотную мчалась машина. Она не успела повернуть, врезалась в него и вспыхнула. Остальные машины остановились. В них полетели гранаты.
Но шедший в хвосте колонны танк с ходу обогнул машины и рванулся к кустам, за которыми сидели партизаны.
Танк шёл прямо на минёров. Спасенья, казалось, не было. Вдруг навстречу огромному танку поднялся худенький школьник — Геня. Он взмахнул рукой. И шум боя покрыл взрыв большой гранаты. Танк на миг остановился. Пулемёт его замолк, но через минуту застрочил снова.
Жизнь Гени висела на волоске. Он стоял перед танком, на самом виду. Павлик бросился к Гене, схватил его за рукав и дёрнул. Оба упали. Пулемётные очереди грохотали над их головами. Павлик улучил минуту, выдернул кольцо гранаты и бросил под башню с пулемётом. Взрыв! Огонь прекратился. В ту же минуту Павлик и Геня услышали сигнал отхода. Друзья вышли из боя. И вовремя! Подошла ещё одна вражеская автоколонна. Фашисты хотели окружить партизан с тыла, но не успели. Партизаны отошли с боем. А немцы попали под огонь своей первой колонны. С удовольствием смотрели издали партизаны, как немцы старательно уничтожали свою собственную колонну.
Вода
В партизанском деле большую роль играет... вода! Обыкновенная речная вода. В походах мы старались держаться поближе к речкам и родникам. Немцы это сообразили и стали устраивать засады и ловушки на партизан около родников, рек и колодцев. Известное дело! Сколько ни ходи, а к воде всё равно придёшь. Евгений со своей группой возвращался в лагерь после многодневного похода. День был жаркий. Люди устали. Солнце стояло над головой. Еле-еле брели партизаны. На склоне горы под старым кедром нашли полянку.
— Привал! — скомандовал Евгений.
Все повалились на высокую, душистую траву.
Неподвижно, словно мёртвые, лежали партизаны. Немудрено! Три дня подряд у них во рту не было и глотка воды. Тогда Евгений приказал самым молодым — школьникам Валерию и Гене — отправиться за водой.
Ребята сняли с себя всё лишнее, привязали фляги потуже, чтоб не мешали, и пошли.
Немецкие миномётчики зорко следили за берегом. Только ребята высунулись из кустов, как их сразу же накрыли мины. Они долго лежали оглушённые и засыпанные землёй. Немцы решили, что партизаны убиты, и прекратили обстрел. Ребята выбрались из-под груды земли и отползли в лес.
— Без воды возвращаться нельзя! — сказал Валерий.
— Подождём до вечера, — предложил Геня, — когда солнце сядет, а луны ещё не будет, может, тогда проскочим.
Долго ждали друзья Наконец, солнце скрылось за гору. Ребята в сумерках снова поползли к берегу. Немцы молчали. Вот она, наконец, река. Вот она шумит, журчит, поёт под ногами. Ребята стали жадно пить, зачерпывая воду горстями. Умылись, повеселели, набрали полные фляги, ещё раз напились и поползли назад.
...А Евгений всё ждал. В полдень он стал осматривать деревья. Наконец на дне одного дупла нашёл мутную жижу. Он осторожно набрал её платком и стал отжимать в каску. Партизаны с жадностью глотали эту влагу, похожую на горькое, противное лекарство.
Вечером появились Валерий и Геня в полными флягами.
— Ребята! Вода, вода!
Евгений разделил воду на порции. Меркой был колпачок, навинчивающийся на фляжку. Сначала Евгений напоил самых слабых, затем остальных, потом посмотрел на флягу и сам выпил один колпачок.
— Вкусней на свете ничего нет! — сказал он, завинчивая флягу.
— Пей ещё! — сказал Геня брату.
— Нет, Геня, — ответил Евгений, — итти ещё далеко, а среди нас есть послабей меня. Ну, ребята, в путь!
Отряд тронулся в горы.
...В партизанском деле вода, знаете, играет первостатейную роль!
(1944)
☆ ☆ ☆