Два месяца назад я написала рассказ о том, как началась вторая четверть и в первый учебный день мой 8-летний сын Ванюшка потерял, всё что только можно было потерять, пока шёл домой из школы. В том числе среди потерь был телефон. Я страшно переживала, что завтра не смогу отслеживать путь сына из школы домой и он не будет на связи. Плакала, муж несколько раз ходил на улицу, искал гаджет, часа через три нашёл в снегу на дороге.
Многие в комментариях писали, что мои страхи не стоят "и выеденного яйца", что я ращу маменькиного сыночка, а сама инфантильная мамаша и перестраховываюсь. Многие поддерживали, говорили, что время неспокойное и мои страхи оправданы.
В большинстве своих ответов комментаторам я писала, что сын приёмный и я просто за него боюсь, так как некоторых поведенческие реакции ещё не сформированы и я не знаю, что сын может вытворить в следующую минуту от нахлынувших впечатлений. Поэтому не уверена, что он спокойно может дойти домой, получив скажем двойку или разыгравшись с одноклассниками после уроков.
В тот момент я, конечно, держала в голове дичайшую историю, случившуюся в нашем городе несколько лет назад. Дом, в котором мы живём сейчас стоит напротив детского сада. Именно оттуда несколько лет назад прямо с площадки во время прогулки нелюдь выкрал маленькую девочку. Спрятал её в заброшенном здании рядом с детским садом. По всему городу через каждые сто метров были развешаны фото ребёнка. Город искал девочку, преступник также принимал участие в поисках... Девочку нашли через несколько дней. Случилось непоправимое.
Когда я взяла детей из детского дома и так получилось, что мы переехали именно в тот дом, который стоял напротив того детского сада, где случилась трагедия, я сразу, опуская страшные подробности, рассказала детям о случившемся страшном случае. В то время, когда мы заселились в новую квартиру и дети пошли в злополучный детский сад, он уже был обнесён сплошным двухметровым забором из металлического профиля. В добротном металлическом заборе не было ни единой щелочки, была кнопка с домофоном и вахтер, который знал всех родителей в лицо.
О чем этот пост? Конечно, о трагедии в Костроме. О том, что даже, если поставить самые высокие и глухие заборы, трагедии могут повторяться. Нужно ли разговаривать с детьми об опасностях? Без сомнения, дети должны бояться собак, машин, людей. К сожалению, эти знания не всегда могут спасти жизнь ребёнка. Мои дети в возрасте 5 и 6 лет вообще не поняли о чем я с ними разговаривала и как это можно похитить ребёнка с детской площадки в детском саду.
Могут ли предотвратить трагедию случайные прохожие? Не всегда. Достаточно уверенным голосом заверить проходящего, что ребёнку стало плохо и необходимо спешить домой, и всё вопросы у окружающих будут сняты.
Определённые медицинские манипуляции и квалифицированная помощь психологов и психиатров за счёт средств налогоплательщиков звучит правильно. На деле очень трудно юридически оформить и претворить в жизнь.
Необходимо менять законы, полностью изолирующие нелюдей из нашего общества. С другой стороны, почему они должны есть, пить за счёт тех родителей, которых лишили смысла в жизни?
Не знаю, ничего не знаю, просто плачу второй день подряд.