Истории о личном

Мы с Фросей неторопливо завтракали, она быстро закончила свою порцию паштета, а я продолжала пить кофе со свежей шарлоткой, яблок в этом году невероятно много, вот и пеку все время. И тут мне пришло сообщение...

— Хм... А что, в принципе, сойдешь, — слышу за спиной задумчивый голос начальницы. — Кира, пойдем со мной. Быстрее, времени нет. Я застываю. В одной руке держу на весу практически пустую банку с кофе, во второй — ложку. Потом до меня доходит смысл сказанного начальницей. Я недоуменно хлопаю ресницами. Что значит «в принципе, сойдешь»? Куда это я сойду? Для чего сойду? И вообще, если уж на то пошло, меня тут быть не должно, ведь рабочий день закончился два часа назад. Я печально вздыхаю. Что начальнице понадобилось от меня в такое время? Хочется притвориться, что меня нет...

Нина снова за трактор села. Иван так и жил один. Попытки охомутать его были. Из соседней деревни Галя пришла. У неё, по слухам, большой опыт в парнях был. Иван был собою красив, высок, статен. Ну, подумала Галя, беру в оборот! А Иван после первого гуляния сказал: – Ты, Галина, не обижайся...

Встречу Аля назначила на пустыре под старым тополем. - Почему на пустыре? - удивился Алик. - Почему ты не можешь отдать мне папку в институте? Вот скажем: прямо сейчас и отдай. Аля моментально прижала рюкзак к груди и Алик понял, что папка с его курсовой работой лежит в рюкзаке. - Лучше на пустыре. - Аля пыталась быть кокетливой, но ей это плохо удавалось. С её-то внешностью. - Чего это? - Алик пытался прикинуться дураком. Ему не хотелось никуда тащиться. Не хотелось тратить на Алю время. - На пустыре, - неожиданно твердо произнесла Аля...

Вера лежала, прикрыв глаза. На другой кровати у противоположной стены сидела Оля, скрестив ноги, и читала вслух учебник. Телефон Веры взорвался популярной мелодией. Оля захлопнула книгу и укоризненно посмотрела на подругу. Девушка нехотя ответила. Через мгновение она уже сидела на кровати. Потом откинула телефон, вскочила и заметалась по узкой комнате, запихивая в спортивную сумку вещи из шкафа. - Ты куда собралась? Что случилось? - забеспокоилась Оля. - Позвонила соседка, маму увезли в больницу, сердечный приступ...

Марина разглядывала палец, который лежал перед ней в металлическом лотке. Лампа жёстким светом высвечивала все его подробности: тонкую полоску грязи под ногтем, узловатые суставы и тёмные волоски. Татуировка, изображавшая перстень, образованный тёмными прямоугольниками, — крест, увенчанный небольшими коронами сверху и снизу, — терялась на фоне синюшной кожи. Сама по себе наколка была типичной, вот только над верхней короной была выбита едва заметная птичка с одним крылом. Раньше Марине такие не попадались, а она успела повидать много татуировок...

– Вы уже на месте? – голос шефа показался Маргарите чересчур радостным для утра понедельника, – пожалуйста, зайдите ко мне… Она пришла. Сразу. Начальник не любил ждать. – Ну что, Маргарита Сергеевна, ваш заказ выполнен, – с улыбкой сказал он, – прошу любить и жаловать: ваш новый зам Игорь Олегович Парусов. Мужчина, который стоял перед столом шефа обернулся, и Маргарита едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть… Это был он… Тот самый мужчина, единственную встречу с которым Маргарита сто раз пыталась забыть… Она родилась в небольшом, очень тихом провинциальном городке, в самой обычной семье...

Наталья проснулась за несколько минут до звонка будильника. Полежала, настраиваясь на новый день, такой же, как вчера, неделю, месяц, год назад. Всё шло ровно в её жизни, по заведенному порядку, без сюрпризов. Хотя нет, несколько лет назад устроил им с мужем сын сюрприз. Поступил в институт и объявил, что хочет жить отдельно. Как она переживала, отговаривала. Но он грозился бросить институт и уйти в армию. Что делать? Смирились, даже оплачивали ему квартиру. После окончания института сын стал работать и отказался от помощи родителей...

- Миш, что с тобой? – спросила Маша после нескольких минут молчания. – Ты прямо сам не свой. Лицо бледное... У тебя всё хорошо? - Да, всё нормально, - ответил Михаил, сумев взять себя в руки. Он отложил вилку в сторону и потянулся к стакану с яблочным соком, оттягивая момент, когда ему придется дать ответ Маше. ***** Михаил подошел к подъезду, ухватился за ручку металлической двери и собрался было уже потянуть её на себя, но в последний момент почему-то передумал это делать. Заходить внутрь ему не хотелось...

- Мам, ты только не волнуйся, пожалуйста, но с нового года у нас с тобой могут возникнуть проблемы, ну скажем так, материального плана. Хотя, я думаю, с голоду не умрем. - Дочь, не томи, ты знаешь, я не люблю длинные вступления. - Знаю, мамуль. Короче, я уволилась с работы. Вот. - Как? Сама или попросили? - Сама. Я люблю всё решать сама. - Знаю, вся в отца. Представляю, что бы он сказал сейчас, если бы был жив. - Мам, смотри, смотри, какие красивые снегири сидят на дереве напротив нашего окна… А отец сказал бы, что «не место красит человека»...

― Дорогая! С годовщиной! Никита зашел в комнату и с широкой улыбкой протянул жене коробку. Катя посмотрела на довольного мужа, а потом на подарок, который даже не был упакован в праздничную упаковку. ― Электрический чайник? Ты серьезно? Счастливым ее лицо совершенно не выглядело. ― Ну да. У нас же вчера чайник сломался. Вот и купил по случаю. Никита поставил коробку на диван и принялся ее распаковывать. Он искренне верил, что сделал отличный выбор. ― А в чем связь между чайником и нашей годовщиной свадьбы? ― Катя продолжала пристально смотреть на мужа...