Истории о личном

- Миш, что с тобой? – спросила Маша после нескольких минут молчания. – Ты прямо сам не свой. Лицо бледное... У тебя всё хорошо? - Да, всё нормально, - ответил Михаил, сумев взять себя в руки. Он отложил вилку в сторону и потянулся к стакану с яблочным соком, оттягивая момент, когда ему придется дать ответ Маше. ***** Михаил подошел к подъезду, ухватился за ручку металлической двери и собрался было уже потянуть её на себя, но в последний момент почему-то передумал это делать. Заходить внутрь ему не хотелось...

— Вот так номер! Не ожидала от тебя, что ты такой скрытный. Чего ещё я не знаю? — Аля, ну не заводись! — Да как тут не заводиться?! Мы живем, мучаемся, а у тебя оказывается… — Хватит уже на эту тему! Всё. Так было решено задолго до того, как мы поженились, — сказал муж и вышел из комнаты. Аля так и осталась стоять с раскрытым ртом. Она была возмущена до глубины души. «Живешь-живешь и не знаешь, какие тайны скрывает от тебя самый близкий, родной и до боли знакомый человек…» — разочарованно думала она...

Мать кричала: - Не нужен тебе этот голодранец! А Наташе он был нужен. Вот она и решилась уехать с Мишей в столицу. Тоже думала: большой город! Перспективы! Взяла все свои накопления с собой. Но в первом же транспорте – метро от вокзала – Наташе разрезали сумку и всё украли. - А документы? – нахмурился Миша. Навигация канала - Я сдаюсь, Мишка. Я уезжаю домой. – шмыгнула носом расстроенная Наташа. - Бросаешь меня?! – потрясённо спросил он. - Не тебя. Жизнь такую бросаю. Я правда больше не могу. Они приехали из провинции год назад...

Инесса Борисовна проснулась среди ночи. Ей показалось, что она спит в своей кровати, дома. Несмотря на то, что стояла ночь, она разглядела обстановку комнаты и сразу вспомнила, что находится в доме престарелых. Его ещё называют пансионатом, геронтологическим центром. Она прикрыла глаза и попробовала заснуть. Но сон не шёл. Днём она не раз ложилась вздремнуть. Что тут ещё делать? А по ночам спала плохо. Утром снова встанет разбитой, с больной головой. Холодный линолеум пола холодил ступни ног. Потом залезет под тёплое одеяло, согреется и быстрее уснёт...

- Мам, ты только не волнуйся, пожалуйста, но с нового года у нас с тобой могут возникнуть проблемы, ну скажем так, материального плана. Хотя, я думаю, с голоду не умрем. - Дочь, не томи, ты знаешь, я не люблю длинные вступления. - Знаю, мамуль. Короче, я уволилась с работы. Вот. - Как? Сама или попросили? - Сама. Я люблю всё решать сама. - Знаю, вся в отца. Представляю, что бы он сказал сейчас, если бы был жив. - Мам, смотри, смотри, какие красивые снегири сидят на дереве напротив нашего окна… А отец сказал бы, что «не место красит человека»...

- Зая, маме вроде уже получше. Может поедем домой? Пусть отдыхает. Аня вроде задавала вопрос, но он звучал не как вопрос. И мне придётся так жить всю жизнь… всю. - Ань, я же вроде сказал, что переночую у родителей. Ты чего пришла-то? Проверяешь меня, что ли? Видимо, Анька что-то услышала в моих интонациях. Что-то непривычное, звучащее как предупреждающий писк сигнализации. Ситуация была нетипичной... Навигация канала - Миша, подай мне отвёртку! – крикнул я с высоты стремянки. Мы ремонтировали свет в школе...

— Не могу я так больше! Ну что за человек твоя нынешняя жена?! — Клавдия Петровна, красная и злая, тяжело опустилась на стул. — Ленка была гораздо лучше! — Вот тебе на! — Володя с удивлением посмотрел на мать. — Ты же говорила, что она недалекая истеричка и руки у нее не из того места растут! Да вы же ругались с ней каждый божий день! Мы из-за этого, считай, и развелись! — Вот именно! — Клавдия Петровна подняла вверх указательный палец. — Поругаемся, пар выпустим и дальше живем себе спокойно... До следующей ссоры...

Встречу Аля назначила на пустыре под старым тополем. - Почему на пустыре? - удивился Алик. - Почему ты не можешь отдать мне папку в институте? Вот скажем: прямо сейчас и отдай. Аля моментально прижала рюкзак к груди и Алик понял, что папка с его курсовой работой лежит в рюкзаке. - Лучше на пустыре. - Аля пыталась быть кокетливой, но ей это плохо удавалось. С её-то внешностью. - Чего это? - Алик пытался прикинуться дураком. Ему не хотелось никуда тащиться. Не хотелось тратить на Алю время. - На пустыре, - неожиданно твердо произнесла Аля...

- Сережа, я записала тебя к психологу. – объявила супруга, Лена. – Нужно пойти. Ты так скатишься, и мы всё потеряем. - Что именно ты боишься потерять? – ровным голосом спросил Сергей. Она боялась, что его уволят с работы. Конечно, Сергей имел вес в своём институте, но рано или поздно людям надоест терпеть его, хмурого, не выспавшегося, небритого... Все рассказы о жизни Его все любили. Он был… классным. Душой компании, дядя Сережа. Наш дядька – брат мамы моего мужа. Помню, когда я только пришла в...

— Хм... А что, в принципе, сойдешь, — слышу за спиной задумчивый голос начальницы. — Кира, пойдем со мной. Быстрее, времени нет. Я застываю. В одной руке держу на весу практически пустую банку с кофе, во второй — ложку. Потом до меня доходит смысл сказанного начальницей. Я недоуменно хлопаю ресницами. Что значит «в принципе, сойдешь»? Куда это я сойду? Для чего сойду? И вообще, если уж на то пошло, меня тут быть не должно, ведь рабочий день закончился два часа назад. Я печально вздыхаю. Что начальнице понадобилось от меня в такое время? Хочется притвориться, что меня нет...

Он, развалившись, сидел за длинным столом и высокомерно смотрел на всех своих начальников: «Надоело, всё надоело! Люди в восемь утра только просыпаются, а у меня уже совещание. Надо расслабиться», - на лице появилась мечтательная улыбка. - Всеволод Анатольевич! – один из присутствующих попытался ему что-то сказать. - Расходитесь, по местам! – он не дал высказаться своему подчинённому, затем ткнул пальцем в своего зама, который был его сыном. – По всем вопросам к нему в рабочем порядке. Когда все разошлись, достал телефон: - Ева, привет! - Здравствуй, Севочка! – раздался ласковый голос...