Русский человек сразу узнает эстонца по его тягучей, медленной манере говорить. Откуда в эстонском языке возникает такая особенность, чем она обусловлена? Давайте разберемся.
Дело в том, что в эстонском языке большое значение имеет долгота звуков, которая в русском не играет никакой роли. Если вы, говоря по-русски, более долго протянете гласный в каком-нибудь слове, значение этого слова останется таким же, как было. Если же вы проделаете такую штуку, говоря по-эстонски, значение очень даже может измениться. Причем это касается не только гласных, но даже некоторых согласных звуков.
Вот вам примеры:
kuri – злой, kuuri – сарая; pudel – бутылка, puudel – пудель;
kana – курица, kanna – носи (в русском двойные согласные в корне слова тоже встречаются, но произносятся обычно так же, как и одиночная буква: алея от стыда, тенистая аллея).
Краткие и долгие гласные
Рассмотрим подробнее долготу гласных звуков в эстонском языке.
По долготе гласные делятся аж на три вида: краткие, долгие и сверхдолгие. Краткие произносятся четко, как русские гласные под ударением, а долгие и сверхдолгие – как русские при выражении удивления: ка-ак?, что-о?, э-этот?
Долгие и сверхдолгие на письме обозначают одинаково – удвоением гласного:
saan – сани, kool – школа, sool – соль, keel – язык и т. п.
На письме долгий и сверхдолгий не различаются, но смысл словам придают разный. Поэтому иностранцам усваивать эстонский трудно. Можно только запоминать некоторые системные случаи употребления долгих и сверхдолгих, например в именительном падеже употребляется долгий звук, в родительном – сверхдолгий.
Впрочем, в некоторых эстонских диалектах сверхдолгих звуков нет.
Про смыслоразличительный аспект я уже сказала, вот еще пример:
puder (каша) – puuder (пудра), kabi (копыто) – kaabi (скреби).
В эстонском языке много дифтонгов (сочетаний гласных). Дифтонги тоже могут быть долгими и краткими:
saia (произносится «сайя») – булки, saia (произносится «саййя») – булку,
koera («коэра») – собаки, koera («коээра») – собаку.
В односложных словах дифтонги всегда произносятся сверхдолго:
sein («сейин») – стена, leib («лейиб») – хлеб, kaun («кауун») – стручок.
Эстонское ударение – тоническое, то есть выражается повышением тона, а не удлиннением произношения ударного гласного, как в русском. В Таллине есть остановка Малева. По-эстонски ударное первое а, оно выделяется тоном, при этом е (э) произносится долго. Русскоязычные граждане воспринимают в этом слове как ударный звук э, произносят МалЕва.
Вообще же почти всегда в эстонском языке ударение падает на первый слог.
Краткие и долгие согласные
Очень интересно, что краткими, долгими и сверхдолгими в эстонском языке могут быть и согласные звуки.
Сравните: lina – лён, linna – города, linna – город (вин. пад.), в город;
kasi – убери, kassi – кошки, kassi – кошку, в кошку,
vali – суровый, valli – вала, valli – вал (вин. пад.), в вал.
Так же, как и гласные, долгие и сверхдолгие согласные в эстонском на письме обозначаются удвоением буквы.
Звуки j и v не бывают просто долгими. Они всегда или краткие, или сверхдолгие:
maja – дом, majja – в дом; kivi – камень, kivvi – в камень.
Я представляю, каким странным эстонцам кажется русский язык, где никакого внимания долготе звуков не уделяется.
Кстати, различение гласных по долготе – это характерная особенность всех фино-угорских языков, марийского например.
