На этот раз меня явно посетило вдохновение — текст давался легко, как будто кто-то мне его диктовал — а чего еще желать писателю? Я сосредоточенно стучал по клавиатуре, только время от времени отвлекаясь, чтобы ткнуть мышкой в иконку «Сохранить». Эта выработанная годами привычка пригодилась и на этот раз — экран ноутбука мигнул, мой текст исчез, и вместо него появились непонятные надписи на голубом фоне.
Я, что называется, продвинутый пользователь, и знаю, как это называется: «синий экран смерти». Но вот что делать дальше, я не представлял. Спрятав флэшку с предусмотрительно сохранённым текстом, глянул на часы — рабочий день ещё не кончился.
Мастерская по ремонту компов у нас в соседнем доме. С компьютерщиком Максимом мы уже давно на «ты», я иногда захожу к нему с мелкими проблемами. Но сейчас, похоже, проблема оказалась большой. Макс внимательно оглядел мой ноутбук со всех сторон, зачем-то понюхал его в районе вентиляционной решётки, и только после этого подключил блок питания. Экран предсказуемо засветился синим.
— Вот! — я обиженно показал на творение Билла Гейтса.
— Вижу, — спокойно отозвался Макс.
— Пора новый покупать? — я стал прикидывать свои небогатые финансовые возможности.
— Не торопись. Скорее всего, ещё поживёт.
Он не спеша подключил свою флэшку и, что-то бормоча себе под нос, стал совершать загадочные манипуляции. Я терпеливо ждал. Через пять минут он повернул ноутбук ко мне экраном:
— Посмотри, всё на месте?
Рабочий стол на экране ноутбука выглядел точно так же, как и утром. Я попробовал запустить текстовый редактор — всё, что я успел набить за сегодняшний день, сохранилось. Замечательно! Я полез в карман.
— Макс, ты гений! Сколько с меня?
— Погоди, надо всё до конца проверить, чтобы больше не повторилось. Это займёт примерно полчаса. Не торопишься?
— Ну раз надо, делай, — согласился я. Бегать к нему каждый день с этой проблемой мне не хотелось.
Макс запустил какую-то тестирующую программу и откинулся на стуле.
— Теперь ждём.
— Ты такой дотошный! — заметил я. — Другие бы на этом остановились — ведь всё уже работает.
— Станешь тут дотошным, — усмехнулся Максим. — Я же компами начал заниматься ещё в 90-е. Вот тогда-то и случилась история, которая многому меня научила.
Как и любой писатель, я обожаю слушать чужие истории.
— А расскажи?
Макс глянул, как идёт проверка ноутбука, и пустился в воспоминания.
— Тогда компы были в новинку, и многие ещё не знали, что техника бывает разная. Для дилетантов любая штука с экраном — это компьютер. И вот однажды пожилой дядька притащил такой компьютер, чтобы я установил ему бухгалтерскую программу. Его комп выглядел совсем не так, как современный. Это был горизонтальный стальной ящик, на котором на вращающейся подставке прикреплён монитор. Мне бы тогда сразу насторожиться, но я был молодой и горячий.
Макс прервал рассказ, глянул на экран моего бука, удовлетворённо кивнул головой и продолжил воспоминания.
— Дядька заявил, что эта штука раньше стояла на боевом корабле американского флота, ему знакомый из США по дружбе прислал. И, похоже, знакомый его не обманывал — там такой металл, что явно рассчитан на ядерный удар. Естественно, я сразу полез включать, но его шнур к нашей розетке не подошёл. Знаешь, какие у американцев электрические вилки — не круглые штырьки, как у нас, а плоские. Но у меня, конечно же, был шнур под нашу розетку. После включения внутри вражеского компа загудели могучие вентиляторы, и на экране побежали зелёные буковки. Да, монитор оказался чёрно-зелёным, ты такие и не застал.
Макс снисходительно глянул на меня, и, усмехнувшись, стал рассказывать дальше.
— Я стал вглядываться в экран, чтобы понять — что это хоть за техника такая? И тут внутри компьютера что-то громко взорвалось! Из вентиляционных отверстий сзади компьютера прямо в комнату повалили две струи вонючего дыма, и эта штуковина стала похожа на сверхзвуковой истребитель, включивший форсаж. Я от неожиданности чуть мимо стула не сел, и даже не сразу догадался выдернуть шнур из розетки. А хозяин смотрит на это всё, разинув рот. Когда я потом разобрал этот комп, то выяснилось, что выгорел весь блок питания. Причину этого я обнаружил быстро — снизу было крупно написано «110 VOLT», а у нас-то в сети 220. То есть их шнур не просто так в нашу розетку не лез. Наше напряжение вражескому компу категорически не подошло.
Я представил, как из американского компьютера вырываются две струи дыма, и рассмеялся. Но тут же подумал — а каково при этом было Максу? Ведь всё это произошло на глазах у хозяина компьютера. Но Макс меня успокоил:
— Конечно, хозяин обиделся, что его комп взорвался. Но дядька оказался адекватный, договорились, что я ему взамен что-то другое подберу. Я, разумеется, чувствовал себя виноватым и пошёл на уступки, но в целом в деньгах не потерял. И вот с тех пор, когда я вижу что-то непонятное, я говорю себе: «Макс, не торопись, посмотри всё внимательно, чтобы ничего не упустить». А от того компа у меня на память процессор остался.
Он полез в ящик стола и бережно достал прозрачную коробочку — в ней лежала продолговатая керамическая микросхема с множеством золотых ножек. Пока я разглядывал его давний трофей, Макс выключил мой ноут.
— Всё, тест прошёл нормально. А проблема была в некорректном обновлении системы, я там поправил.
На обратном пути я всё улыбался, вспоминая эту историю. Прохожие косились на меня, но я не обращал внимания. Потому что подумал, что правило «посмотри всё внимательно, чтобы ничего не упустить» применимо и в моей деятельности. А то, бывало, закончишь текст, и скорее отсылаешь — а там досадная опечатка. Всего-то надо было оставить до утра и поглядеть свежим взглядом. Как говорится, поспешишь — людей насмешишь.
Я снова представил комп с двумя струями дыма, и засмеялся.
---
Автор рассказа: Дмитрий Леонов
---
Пепел в бокале
О том, как это обидно – отмечать свой день рождения в праздники, знает каждый, родившийся 31 декабря, 1 января, 8 марта или 23 февраля. Хитрые родители именинников потирают руки: экономия! Сейчас, правда, у людей поменялся менталитет, и любимая детонька получает двойные подарки. Но раньше, лет тридцать назад, несчастные дети, ковыряя вилкой мамин домашний торт, тихо говорили «спасибо» за новые сапожки или куртку, хотя весь год мечтали о клюшке, велосипеде или о... щенке!
- Вот! Получай и носи на здоровье! – мама деловито примеряла обновку на свое чадо. Это тебе к празднику! Поз-д-рав-ля-ем!
И стоял виновник торжества в пальтишке на два размера больше, растерянный и грустный. А мама упархивала на кухню: там, в духовке, томился кролик, для которого в универмаге с боем была «завоевана» тяжелая «утятница».
По всей квартире плыли запахи сметаны с чесноком, вареной свеклы и моркови, а имениннику хотелось плакать. Вечером ждали гостей.
Вся семья соберется за огромным столом, и, конечно, поздравят с днем рождения представителя младшего поколения, но... Потом забудут про него и начнут «свое собственное» веселье. Обидно...
А январским каково? Папа с мамой, конечно, соберутся с силами и мужественно поднимутся с кровати, чтобы порадовать сыночка или доченьку, но... Праздник будет тихим. Всем спать хочется. А вечером – уже неинтересно. Даже в стекляшку не сбегать – мороженого поесть. У всей страны – выходной. Эх...
Зинаида Григорьевна Краснова умудрилась появиться на свет 31 декабря. Мама ее вспоминала, что даже не успела винегрета поесть. От праздничного стола в роддом увезли! И как плакала там будущая мамочка: до того обидно было! Везде веселье, даже нянечки слегка подшофе, а ей – мучиться и считать минутки между схватками. Надеялась – рассосется. Не рассосалось. За час до Нового Года появилась на свет маленькая Зиночка, названная так в честь бабушки! Вот тебе и Новый Год!
И каждый раз, в канун торжества, мама жаловалась, что так и не отведала тогда винегрета.
С утра на кухне устраивалась кутерьма: на всех четырех конфорках что-то кипело, мама в бигуди, вся красная и распаренная, отмечала галочкой приготовленные кушанья. Папа выбивал ковры на снегу, бабушка и младший братишка наряжали елку, а Зиночка, вместо того, чтобы задувать свечки на многоэтажном торте, торчала целый день у раковины, намывая бесконечные горы посуды, помогая матери. Хуже Золушки!
Так и повелось на протяжении всей Зиночкиной жизни. И постепенно ее личный День Рождения утратил смысл, растворившись в самом любимом народном празднике. И потом, став взрослой и самостоятельной, Зиночка так же, как и мама, суетилась на кухне, драила квартиру, бегала по магазинам в поисках подарков, покрывала горы овощей литрами майонеза, пила шампанское после очередной речи президента и уныло мыла посуду под утро, так как на дух не переносила заветрившиеся салаты и мандариновые корки на не убранном с вечера столе.