Вместо ответа колдун Вилхо Ранд некоторое время оценивающе оглядывал Раэ – тот ли он свидетель, при котором можно свободно говорить, и, решив, наконец, что остерегаться мальчишки не стоит, склонился над Мурчин, сверля ее тяжелым царапучим взглядом:
-Вы думаете, что поймали удачу за хвост только потому, что канцлер остановил на вас свой взор? Только потому, что он вас подозвал на шабаше и переговорил с вами пару минут?
-Я времени не засекала, - сказала Мурчин, - может, и меньше. Разговоры по делу, знаете ли, сударь Вилхо Ранд, ведутся кратко.
И Раэ, и Вилхо ожидали одного – что Мурчин съежится под пристальным взглядом колдуна, но та только приподняла свои прямые шелковые бровки, совсем не предназначенные для того, чтобы змеиться и выгибаться в нескольких местах, как у Вилхо. Мурчин пришлось даже несколько вытаращить для этого глаза, придав себе глуповатый вид. Вилхо отдернулся, не ожидая, что его будут так передразнивать.
Колдун распрямился. Оглядел купающийся в зелени и солнечном свете берег. Оттуда, из-за садовой ограды легкий ветер донес, как кто-то пробует струны арфы. Пробно и пронзительно свистнула флейта, донесся чей-то смех.
-Что ж, - сказал Вилхо Ранд как-то в никуда, - разговора у нас с вами сейчас не получится. Вы окрылены своим легким успехом. Думаете, что весь мир у ваших ног. Мы вернемся к этому разговору позже, когда вы поймете, что для канцлера вы – всего лишь средство, и вам надо будет искать надежных союзников, чтобы канцлер не высосал вас как устрицу из раковины…
-Жемчугом подавится, - сказала Мурчин и поднялась со скамьи.
-Подавится? Вы… подобное… о канцлере? – Вилхо Ранд смотрел на Мурчин во все глаза, - да вы просто… сумасшедшая!
-До вас только что дошло? – спросила Мурчин, - а я считала, что помощник смотрителя путей сообщения очень сообразительный малый!
-Вы не задержитесь во фрейлинах!
-Да я в них и не попаду! Из-за вас! Вы меня тут остановили среди канала, и мы тут бултыхаемся! Все! Хватит!
-Вы... вы слишком дерзки для того, чтобы с вами о чем-то можно было договориться. Опасное дело... У вас, небось, голова кругом...
-Ну так что, мы плывем или я сейчас вместе с учеником пойду вслед за служанками? Что-то наш разговор затягивается… как и все разговоры не по делу! Фере – бери клетку и пошли наверх по лестнице, нас больше везти не хотят!
-Нет-нет, барышня! Я вас везу! Навстречу вашей судьбе! Больше я вам не скажу ни слова!
И Вилхо Ранд клацнул когтями, требуя сильфам припустить. Теперь он просто жаждал как можно скорее избавиться от этой странной ведьмочки. Остаток дороги он мерил взглядом Раэ, у которого в клетке на коленях сидели пятеро альвов, держались лапками за прутья и недобро сверлили глазенками Вилхо Ранда. И Раэ знал, что колдун о нем думает – его мнение так и витало в воздухе над носом лодки. Мальчишка – придурок, и альвы - чокнутые. Раэ и так знал, что вид у него после всего пережитого попросту смурной. Шутка ли – подраться с великим змеем, затем со стаей стрыгайев, потом пролежать ночь в опасении, что к нему придет кто-нибудь из нави, а несколько часов назад попытаться совершить самоубийство. В минуты, когда можно было немного попытаться себя прочувствовать, Раэ осознавал, что лицо у него как закаменело. Глаза должны быть совершенно сухи после того взрыва отчаяния и малого облегчения, которое с ним случилось, когда Мурчин обещала выпустить стаю. И совершенно безумны. Альвы, у которых из желудка достали свободу, за которую они бились как могли, выглядели не лучше – встрепанные, измученные, с тяжелым взглядом.
Впрочем, и Раэ, и альвов извиняло одно – какой синклит еще мог быть у такой прибабахнутой мымры как Мурчин?
Лодка тем временем остановилась у берега. К воде спускалась лестница с настолько широкими и низкими ступенями, что их и ступенями не назовешь. Лестница прихотливо огибала небольшой легкомысленный садик, за которым начинались многоступенчатые террасы. Сама же вела к живописной арке, перед которой острили свои верхушки два кипариса.
-Здесь, - сухо сказал Вилхо Ранд.
-Какой великолепный вид! – воскликнула Мурчин так, будто до этого был оживленный приветливый разговор, - о, благодарю вас, сударь Вилхо за вашу любезность… как досадно, что вы столь заняты! Но в тем более приятно, что вы уделили мне время и были так заботливы к жительнице этрарских болот! Ах, если бы хотя бы половина господ в Ивартане были такими душками, как вы! Нам, провинциалкам, и желать больше было бы нечего!
При этом Мурчин оперлась на руку Раэ, который и среди ночи в бреду, благодаря выучке в Цитадели, вскочил бы одновременно с дамой и помог ей перебраться на берег. Затем, пока Мурчин кокетливо постукивала и сучила ножками, показывая какие у нее туфельки на пряжках, быстро подхватил клетку. Да что такое ведьма себе позволяет! Никогда она не показывала такой манерности!
-К вашим услугам, мейден, - подделывая голос под ровный проговорил Вилхо Ранд, и его лодка припустила прочь от особняка.
Мурчин тотчас перестала ломаться, легким встряхивающим движением рук оправила и подняла рукава и стала красиво подниматься по пологой лестнице, как поплыла. Раэ последовал за ней. Внезапно со стороны садика раздался свист, на который оживились альвы в клетке.
-Много тут всякой живности, - хмыкнула Мурчин, когда из-под листьев за перилами лестницы показались головки цветочных дракончиков. Те запищали вслед альвам в клетке, а альвы что-то запищали им.
-Я могу их выпустить? – спросил Раэ.
-Подождешь, - сказала Мурчин недовольным голосом. По-этрарски. Похоже, теперь она решила разговаривать с Раэ только на своем языке. Оба поднялись через увитую плющом арку во двор небольшого воздушного особнячка, сплошь укутанного зеленью, с низким крылечком и маленьким игривым фонтанчиком во дворике. На крыльце с глупым видом выстроился весь штат прислуги – а именно две ведьмочки Нера и Мийя плечом к плечу, которые попросту зашли в дом с другого хода. Раэ некоторое время с изумлением смотрел на девушек, недоумевая, где остальная прислуга для особняка, затем запоздало сообразил, что сильфы, на которых, собственно, держалась все это хозяйство, не могли построиться в ряд перед новой хозяйкой, а если бы и могли, то Раэ уж точно этого зрелища не увидел.
Служанки низко поклонились госпоже, которая должна была впервые переступить порог своего собственного дома. Пусть их было всего двое, а домик был небольшим, традиция соблюдалась.
Мурчин ответила им мимолетным кивком и ступила на низкое крылечко.
-Госпожа, - если слышно проговорила одна из служанок. Мурчин остановилась: это было нарушением этикета. Прислуга не должна заговаривать первой.
-Что случилось? – спросила она таким тоном, какой заслуживает дерзость прислуги.
-Мессир канцлер уже здесь… - и оглянулась на притворившийся вход в дом.
Надменность мигом слетела с Мурчин. Она тотчас, лишь стрельнув взглядом в сторону Раэ рухнула вниз и опустилась на одно колено. Раэ не надо было просить дважды. Он мигом отставил клетку с альвами за вазон у крыльца в кусты и тоже опустился на одно колено.
Как там ни дурачилась Мурчин, а им предстояло сейчас предстать перед правителем самой могущественной в подлунном мире империи…
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Ведьмин лес. 19 глава.