Зацикленность мирового сообщества на «проблеме Крыма» удивляет, так как «замороженных» и нет конфликтов из-за спорных территорий на планете великое множество, при этом их легитимизация гораздо более сложная чем признание Крыма российским. И это не набивший оскомину моим соотечественникам Карабах.
Вот несколько примеров:
Северный Кипр (о котором так печется старый османист Эрдоган в своей бесконечной попытке объединить турецкие элиты вокруг идей воссоздания Великой Османской Империи) – территория формально независимая от Кипра территория возникла как итог главенства турецких имперских амбиций в политической жизни страны, но фактически частью Турции так и е стала (ввиду глобальных рисков возникновения международных политических и военных конфликтов). Также невозможным ее полного присоединения к Турции сделали сами турки, которые сконцентрированы на извлечении прибыли от туризма и торговли, а такой недружественный шаг резко бы пошатнул этот бизнес.
Иная ситуация с израильскими Голландским высотами. Здесь сложилась уникальная политическая ситуация, при которой в конфликте с Сирией из-за Голландский высот Израиль находится в международном меньшинстве так как с 1967 года ООН утверждает, что данные территории принадлежат Сирии. Однако единство политических и финансовых элит Израиля на протяжении десятилетий позволяет вести борьбу за эту территорию и, фактически установить над ней государственный суверенитет. Продолжающаяся в Сирии гражданская война, сделала, практически невозможным установление контроля Сирии над Голландскими высотами.
Феномен Фолклендский островов. По всем «канонам» международного права данные территории должны относиться к Аргентине, однако же острова являются «дальним уездом» Великобритании. С 1834 года у Англии выработалась принципиальная позиция на этот счет, что при поддержке ее международного авторитета позволяет (фактически) незаконно удерживать острова, сделав их форпостом Великобритании в Южной Атлантике.
Таким образом, очевидно, что при скрупулёзном рассмотрении можно найти поводы и законные основания для непризнания территорий, практически, у любого крупного европейского государства. При этом ситуации там аналогичны Крыму. В отличие от той сделки, которую озвучил на днях Эрдоган, там скорее можно было бы провести аналогию между территориями Северного Кипра и ЛДНР. Вот такую сделку по взаимному признанию и политической поддержки установления суверенитета над спорными территориями каждого из государств рассмотреть было бы интересно. А Крым – часть России как не крути. Единственной проблемой является то, что даже в РФ отсутствует единство финансовых элит относительно вопроса признания Крыма, что затрудняет развитие региона.
Обратите внимание, что все инфраструктурные проекты реализуются там при включении в федеральные программ либо при прямом политическом давлении президента, а производственники и капитал, не спешат заходить в регион. Это единственное, пожалуй, что «роднит» Крым и Северный Кипр. Отсутствие частных инвестиций в развитие Крыма создает дополнительное давление на бюджет Российской Федерации, который вынужден дополнительно расходовать средства на развитие территорий и поддержания функциональности. А деньги, с учетом того, во что Крым превратила Украина (кто видел тот поймет) нужны немалые.