Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА
Я вылечила ногу Антона и разбудила его.
- Ну, принимай работу, болезный, - улыбалась я.
Антон встал, по привычке постарался опереться на более здоровую ногу, но я заставила его встать именно на больную. Привычный к боли, Антон наступил на ногу и... Ничего не почувствовал. Не поверив своим ощущениям, он закатал штанину и внимательно рассмотрел ногу.
- А где шрам? - спросил он в недоумении.
- Ну, наверное, там же, где и сломанная кость, - ответила я.
- Здорово, - восторженно отозвался он, я просто весело хмыкнула.
- А что у тебя со зрением? – поинтересовалась я, когда эмоции гостя поутихли.
- Да черт его знает, - пожал плечами мой гость, - наверное когда по башке настучали, какие - настройки сбились, или может это из-за того что в яму вниз головой улетел. Врачи говорят, что это неизлечимо. Мозги тонкая материя.
- Да, уж,- согласилась я, - тут не поспоришь, но я бы посмотрела, - честно призналась я, - но, только в обучающих целях, - сразу заверила я его, - трогать ничего не буду, боюсь сделать хуже.
Вечером пришли Алена с дедом. Алена почему-то решила, что нам нельзя сидеть вдвоём с Антоном, а то муж может приревновать. Я на такое предположение только хмыкнула и пожала плечами. Пусть думает, что хочет, лично мне плевать. Мы дружно приготовили ужин, и сели за стол. Обстановка была непринуждённая, мы рассказывали друг другу веселые истории из жизни и смеялись как дети. Вдруг, мы услышали возле дома резкий визг тормозов.
- О, это Макс приехал, - сказала я.
Дед же ухмыльнулся и пошутил:
-Видать носился по полям за зайцами, да бензин кончился, - мы опять дружно захохотали.
В дом влетел Макс и закричал:
- Где он?
-А вот и сцена ревности, - прыснула от смеха Алёна.
Дед же сидел за столом с совершенно невозмутимым видом и очень громко размешивал чайной ложечкой сахар в своём любимом гранёном стакане.
-А где твоё здравствуйте? – спросил он назидательным тоном.
Макс, не обратил внимания на слова деда, и направился прямиком к Антону:
- Ты, - заорал он, и протянул к нему руки.
Дед не говоря ни слова, грохнул по столу:
-Я сказал, где твоё здравствуйте – прогрохотал дед так, что лично у меня заложило уши.
Максим развернулся к деду и с ненавистью выплюнул:
-Ну, здравствуйте.
-Ах ты, сопляк, - громогласно рявкнул дед и дал Максу такую оплеуху, что тот отлетел к самой двери.
-Ой, - тихо сказал Антон и встал с места.
-Сидеть, - приказал дед, - я ещё не закончил.
Антон послушно плюхнулся обратно на стул. Дед же наоборот встал и подошел к Максиму и, взяв его за шкирку начал поднимать…
- Ты что же это соплюшонок себе позволяешь? Пришел в приличный дом, к приличным людям и устроил тут игрища бесовские, - дед поставил моего мужа на ноги и въехал ему кулаком в лицо, - гордыню во главе стола посадил, жену обижаешь, людей не слушаешь, друга защищаешь. А какой он тебе друг, если сдал он всех, даже жену твою. Коли не знаешь чего, спроси у жены или у людей знающих, а не кидайся на них в припадке бешенства, - дед ещё раз заехал Максиму кулаком в голову, но попал в ухо. Макс уже был как тряпичная кукла, а дед всё бил и бил его, выговаривая всё, что накипело у него на душе.
-Дед, - тихо пискнула из своего угла, - перестань…
-Тихо ты, - зашипела на меня Алёна, - не мешай учить уму – разуму. Потом вылечишь своё сокровище, а сейчас так надо. Должен же ему кто – то мозги из задницы в голову вернуть.
Но я не послушалась Алёну и снова подала голос:
-Дед, остынь, ты его дураком сделаешь.
Может быть, мои слова дошли до ушей моего пра-пра, может быть, он уже всё сказал, или просто уже устал лупасить моего мужа, но он остановился, перевёл дух и посмотрел на свои руки и оглянулся вокруг.
-Етить – колотить, - ругнулся дед, - Надюха, я же тебе тут всё изгваздал.
- Так, дед, отвали от Макса, - сердито сказала я, - и схватилась за полотенце.
У деда кулак был то, что надо, ущерб был нанесён катастрофический. Выбита челюсть, сломан нос, поломано ухо.
-Дед, вот что ты натворил? – спросила я с укором.
-Ничего, ничего, ты ему сейчас сопли утрёшь, кости срастишь, раны заживишь, и будет он у тебя как новенький, только в придачу ко всему ещё и умненький. Мне ещё потом спасибо скажешь, - дед подмигнул мне, - иди, лечи больного, а мы тут пока приберёмся, да, Антоха? – Антон молча кивнул.
Я перенесла Максима в спальню, раздела его и аккуратно вытерла кровь с лица, затем оглядев его, аккуратно вставила свёрнутую челюсть на место и срастила кость. Немного повозилась с носом и начала вправлять ухо. Максим всё ещё был без памяти, и я испугалась, что у него сотрясение, начала его проверять. Сотрясение было, но небольшое и я не стала его трогать. Начала было заживлять раны на лице, но потом передумала. Что это будет за обучение, если хорошо дать в лицо, а потом всё заживить. Нет уж… Синяки и шишки пусть остаются. Пусть болят и напоминают об обучающем процессе.
Когда я вышла из спальни, наша троица уже всё убрала, спокойно сидела за столом и распивала чаи.
-Ну, что, очухался твой благоверный? – спросил дед, прихлебывая горячий чай из стакана.
-Нет ещё. Уж больно кулак у тебя тяжелый.
Дед сжал ладонь в кулак и помахал им перед носом:
-Богатырский кулак, хороший лекарь. И самое главное, только его покажешь, а до людей уже доходит.
Кожа на костяшках кулака была сбита до крови:
-Ууу, герой, да ты тоже пострадал, - сказала я, - давай сюда, сейчас залечим.
-Не надо, шрамы украшают мужчину, - гордо произнёс дед.
-Шрамы на лице может, и украшают, а на руке работать мешают, - заметила я и, схватив дедову руку, прочитала заживляющее заклинание.
Рана у всех на глазах затянулась.
- Ух ты, - Антон затаив дыхание следил за тем, как заживают раны на руке, - Надя, а у меня тоже так было?
- А ты что, особенный? - пробурчал дед, - раны заживают у всех одинаково.
- Чудно у вас тут всё, необычно, как же можно чудо такое чудное уничтожить? Это же, сколько за одну жизнь можно ещё жизней спасти.
- Ну, понесло парня, - дед похлопал по плечу нашего гостя, - если хорошо посчитать, то за нашу жизнь и миллион спасти можно, - сказал дед, затем задумался, что – то посчитал в уме и добавил, - а может и два.
За сегодняшний день я сильно устала и сейчас, в самый неподходящий момент нечаянно зевнула. Дед сразу, как по щелчку пальцев, встрепенулся и скомандовал:
-Так, всё. Спасительница мира устала, сворачиваем посиделки. Поздно уже.
Гости быстро разошлись. Я перемыла кружки и тоже пошла спать. От усталости голова уже соображала плохо и я, забыв, что я с Максом в ссоре, плюхнулась спать рядом с ним.
Проснулась я ночью от крика:
- Не смей, слышишь, не смей. Тварь. Предатель.
Несколько секунд я соображала, что бы это могло быть, но потом вспомнила, что за стенкой у нас ночует гость, успокоилась и закрыла глаза. И тут же услышала рядом с собой чьё – то дыхание. Я взвизгнула и мгновенно подскочила. Меня тут же кто – то поймал и прижал к себе. Я уже было приготовилась к бою, ужом вывернулась из кольца объятий, повернулась к врагу лицом и тут же сообразила, что передо мною Максим.
-Тьфу ты Макс, испугал, - честно призналась я.
-Ага, как же…Тебя испугаешь, чуть меня не убила, - муж снова сгрёб меня в охапку и прижал к себе, - слушай, что за вопли у нас в доме?
И тут раздалась следующая фраза:
-Сволочь, я тебя убью…
-А, это Антон всё с войны никак не вернётся, - догадалась я о причине моего пробуждения, - это он, между прочим, нас с тобой защищает.
-Да, ладно, так - таки и нас, - усмехнулся муж.
- Максим, я не шучу, и даже не говорю в переносном смысле. Он раз за разом каждую ночь проживает одну и ту же сцену где нас с тобой сдают с потрохами. И если хочешь знать, то он считал, что если грохнуть меня, то ты сразу ослабнешь, и защита твоя исчезнет. Тогда тебя можно будет либо убить, либо в плен взять, я так конкретно и не поняла, чего эти бородатые дядьки хотели.
-А он это кто? - спросил Максим.
-Кто, кто? – я не могла сообразить, о чём меня спрашивает муж.
-Ну, ты сказала, что он считал, что если грохнуть тебя, то я сразу ослабну. Он это кто?
-Макс. Не тупи. Кто он, ты прекрасно знаешь. Человек специально приехал издалека предупредить тебя об этом. И на эту тему я больше разговаривать не буду. И кстати он имеет один опознавательный факт, у него обрезание. Наверное, веру заставили принять, а может и сам на это пошел, судя по увиденному я не удивлюсь.
-Юрка – то? Нет, Надя, ты ошибаешься, ритуал обрезания ему провели его родственники по отцу в Дагестане лет пять назад. Я об этом уже давно знал и это совершенно ничего не значит.
-Да нет, дорогой мой. Теперь, как раз всё и значит. Теперь, наоборот, всё срастается. Его заранее готовили, задолго до начала войны и теперь получается, что он не жертва своей трусости, а самый настоящий шпион. Сейчас понятно, почему он хотел меня убить. Ты тут совершенно не при чём. Просто он хотел убрать меня чужими руками, вот и наплёл чертям вашим, что это я основа твоей неуловимости. Он меня боится. Он боится того самого, что сейчас происходит. А происходит сейчас его разоблачение.
-Надя, перестань нести чушь, а то мы сейчас снова разругаемся, это всё бездоказательно. И перестань Юрку называть дурацким местоимением.
-Местоимение дурацким не бывает. А то, что твой дружочек враг, уже доказано, лично для меня точно. Максим, я это всё видела. Я уже давно умею видеть прошлое и читать будущее, и про твоего «друга» я уже знаю почти всё. Я думала, что у него крыша поехала, что я неправильно голову ему вылечила, а он, оказывается, просто прикидывался придурком, чтобы из гарнизона побыстрее свалить. Чтобы я его не разоблачила.
-В смысле ты ему голову лечила?- удивился муж, - он же мне сказал…
-Тааак, когда это вы с ним успели поговорить, почему я об этом не знала? –
- Да, вот, на прошлой неделе приезжал за прод. аттестатом.
-Что, так убегал, что аттестат забыл взять, - усмехнулась я, - что – то долговато он за ним ехал.
-Ну, он сказал, что устал переписываться впустую, и решил сам приехать.
-А ты проверял? В прод. службу ходил?
-Нет. Да у меня бы на это даже ума не хватило, - ответил Макс.
- Вот и у меня ума на это не хватило. Я когда его лечила, мельком воспоминания его зацепила, только и увидела, что ноги ломали ему и ребра, ну и подумала, что его пытали. И была в этом уверена, пока Антон не приехал. Понимаешь, когда Юрка приехал у нас всё изменилось. Наташка перестала со мной общаться, даже Максимку в садик перестала отдавать, она, когда в дурке лежала, я малого в садик устроила. Так вот когда Юрка приехал, Максим даже в садик перестал ходить, всё время дома сидел…
-Так. Стоп, - перебил меня муж,- какая дурка? Какой садик? Что ты лечила Юрке? Ничего не понимаю. Давай, рассказывай всё с самого начала.
-Странный всё это, - задумчиво сказал Макс, - как будто кто-то поработал над ними, как будто злой колдун.
- Я тебя умоляю, какой к черту колдун, - о чем ты. Элементарная жадность и зависть, но вот то, что копится и растёт это рядом с тобой, вот в это никогда бы не поверила, пока сама не увидела. На что рассчитывал Юрка, зачем он приезжал? Вот что интересно, и более того, очень настораживает.
- Я же говорил тебе, что ща аттестатом.
- Да брось ты чепуху молоть, - отмахнулась я, - какой аттестат, я тебе гарантирую, что он был выдан вовремя. Я ещё ни от кого не слышала, чтобы они уезжали без выписок и аттестатов. Нет, тут что - то другое... - Где вы встречались?
- Да нигде, он ко мне в кабинет заходил.
- А ты из кабинета выходил, когда он там сидел?
- Да, нет... Хотя... Он воды попросил, я вышел в коридор, дежурного вызвал.
- Ну, если не торопясь, то у него от двух до пяти минут получается было. Значит, он что-то тебе подсунул, - внезапно догадалась я, - а раз что-то подсунул, жди гостей.
- Согласен, - тяжело вздохнул Макс, - только что и где? Нужно искать.
- Нужно. Может подслушивающее устройство, может ещё что-то.
- Ох, Надя, боюсь, без тебя я не справлюсь, - тяжело вздохнул муж.
Мы еле дождались утра и рванули в гарнизон. Ещё до развода мы разделились, и я вошла в штаб, сделав вид, что я иду к отцу. Я даже зашла к нему в кабинет, промурлыкав что - то вроде:
-Привет пап, как дела?
Затем, тайком, на цыпочках пробралась в кабинет к Максу. Как только закрыла за собой дверь, я встала у порога и стала осматривать весь кабинет, думая, куда и что этот гаденыш мог положить. Я сразу же попыталась найти следы Юрки, и даже нашла их, но следов было огромное количество, они петляли по всему кабинету, и было совершенно понятно, что в этот раз нужно ориентироваться не на дар, а на интуицию. Мест, куда можно было спрятать хоть что- то в кабинете было немного. Письменный стол, у которого не было ни полок, ни тумбочки, автоматически отпадал. Оставались только книжный шкаф, в котором можно спрятать слона и огромный сейф, который никак нельзя исключать. И я пошла, искать в шкафу. Я пересмотрела каждую папку, перерыла там каждую бумажку, и на всякий случай даже применила свою силу, но ничего не нашла. Впрочем, и так было понятно, что шкаф это слишком просто. Самый подходящий объект для такого случая был сейф. Ключ от него был на связке у меня в руках, и проблем в него заглянуть не было. Вернее почти не было. Сейф был большим двухдверным мастодонтом, которого невозможно было тихо открыть. Лязг замка и скрип дверцы звучал оглушительно громко на весь штаб, так громко, что я бы сразу обнаружила себя, поэтому я недолго думая, наложила на него заклятье тишины. В первую очередь я поискала след Юрки в сейфе и даже нашла его на второй полке сверху, но перерыв там всё, ничего не обнаружила.
- Чееерт, - начала я нервничать, и уже совсем не аккуратно обыскивать сейф, - если бы хотя бы знать, что искать. Большое или маленькое, какие функции оно должно выполнять. С какой целью оно сюда подложено.
У меня уже начали опускаться руки и в голове мелькать мысли, что этот засранец меня обыграл, как вдруг, на стене, у самого входа, где на стене была прибита вешалка и висела зимняя форма Макса, я увидела след Юркиной ладони.
- К чему бы это? - подумала я, и, бросив сейф открытым, подошла к стене.
Я приложила ладонь поверх Юркиного отпечатка и поняла, что он стоял, заглядывая в коридор и... Я начала обыскивать карманы формы. В нагрудном кармане бушлата я обнаружила толстую пачку банкнот. Осмотрела их и пересчитала. У меня в руках находилось двести тысяч фальшивых американских долларов, купюрами по сто баксов, несущими отпечаток Юркиной ауры.
- Значит, нашла, - думала я, смотря на них, - интересное кино. Какую смысловую нагрузку они несут? Нет, тут что-то не так... Наверное, должно быть ещё что-то.
Я снова полезла шарить по карманам. Ничего в них не было, абсолютно ничего, кроме дырки в одном из них. Я села на стул и стала размышлять:
- Так, хорошо, допустим, пришел кто-то и нашел в кармане Макса фальшивые купюры и что? Мы же вполне можем сказать, что получили боевые и перекинули их в доллары, а то, что они фальшивые это не наша вина, а человека, который их нам продал. Ай, ай, ай, какая трагедия, заламывание рук и? И ничего они не докажут. Чего-то в этом подкладе не хватает.
Мой взгляд опять упал на сейф, я вернулась обратно к нему и начала внимательно рассматривать каждый документ, заодно все расставлять на свои места. За этим меня и застал мой муж, он зашел в кабинет и тихо произнёс:
-Ну?
- Вот, - я шлепнула доллары на стол, и опережая его радость, сказала, - фальшивые, все до одного. На них Юркин след.
- Хм.. А смысл?
- Вот и я думаю, какой в этом смысл. Я же могу сказать, что поменяла эти доллары на рынке и дала их тебе, чтобы ты их в сейф положил. Времена нынче неспокойные. Кстати, - вспомнила я совершенно некстати, - ты чего мне не сказал, что у тебя карман дырявый, потом ткань разрясится, зашивать труднее будет.
-Нет у меня никакой дырки, - опешил мой муж, ты по приезду всё мне зашила.
-А ну –ка, отойди, - я рванула к форме, отодвигая Максима от двери и начала щупать карман, где я обнаружила дырку. Там что – то захрустело, я ловко, двумя пальцами залезла в дырочку и аккуратно вытащила от туда сложенный в четверо листок. Максим в нетерпении вырвал его у меня из рук и начал читать.
-Я, Ведогоров Максим… обязуюсь работать на американскую разведку… получил в количестве двести тысяч долларов, - он поднял на меня глаза, – Надя, это что за хрень такая? – я молча развела руками.
Макс прижал ладони к лицу и разрыдался как маленький ребёнок, лист бумаги выпал из его рук и тихо спланировал на пол. Поднять его у меня желания не возникло, и я просто стояла, и читала его, слегка наклонившись. Это была расписка в том, что Максим завербован америкосами и получил за это деньги. Внизу стояла его подпись, вернее не его, а подпись очень похожая.
-Что за хрень такая? - повторила я за мужем, - это же такая залипуха, что любой ФСБшник сразу поймёт, что это лажа. Макс, прекрати реветь, что ты как маленький. Муж оторвал руки от лица, и я увидела, что он не плачет, а буквально рыдает от смеха. У меня как камень с души упал, потому что, когда он заплакал, я расстроилась, и подумала, что мой муж похож на Юрку и оказался не таким уж железным, как мне хотелось.
-Что будем делать? – спросил меня Максим.
-Ты идёшь в прод. службу и спрашиваешь об аттестате, я иду к отцу и всё ему рассказываю.
Мы вышли из кабинета и разошлись в разные стороны. Я зашла в кабинет отца и молча выложила перед ним пачку денег и бумажку. Отец молча прочитал её, ткнув пальцем в подпись спросил:
- Его?
-Не – а, - ответила я и для пущей убедительности отрицательно покачала головой.
-Так, понятно. Дома поговорим, - отец приложил палец к губам, и им же обвел вокруг кабинета, как бы показывая, что и здесь могут быть уши.
-Мне некогда тут сидеть, меня клиенты ждут, так что бери Ольгу с малыми и милости прошу к нашему шалашу, а то уже скоро годами видеться не будем, - ответила я, сунула весь компромат себе в сумку, и мило помахав рукой, вышла в коридор. Уже у выхода, как раз напротив дежурки, меня окликнул муж:
-Надь, ты куда?
-В мастерскую, - пожала я плечами, - у меня там работы куча, а я здесь болтаюсь. Вечером жду там. И чтоб не задерживался.
-Есть, - Макс щелкнул каблуками и приложил руку к голове.
Я, уже держась за ручку двери, обернулась и сказала:
- К пустой голове руку не прикладывают.
Молоденький боец, стоящий на «тумбочке» прыснул от смеха, Макс рыкнул на него, для вида, а я хмыкнула и усмехнулась. Теперь, если кто – то будет спрашивать, то все точно скажут, что в кабинете я у мужа не была, и встретила его только на минутку в коридоре у всех на глазах. Ведь человек, акцентирует своё внимание только на последних минутах общения и если его спросят о получасовой беседе, он вряд ли сможет что - либо рассказать, но расскажет по секундам то, что происходило в последние пять минут. Это я однажды прочитала в своей волшебной книге и запомнила навсегда…
Вернувшись домой, я первым делом зашла к Антону. Он проснулся и, судя по всему давно, и уже одетый стоял у порога.
- А куда это мы собрались? - подозрительно спросила я.
- Так, это… - растерялся Антон,- в магазин хотел сходить, покушать купить.
Волна стыда накрыла меня, странные события окружали нас, и из-за этого я стала тихим параноиком.
-Блин, Антон, извини, нужно дело было одно решить, а ты ещё спал, - соврала я. Соврала, потому что я даже и не вспомнила о нём.
Я пригласила его в дом, мы позавтракали. Я начала было рассказывать ему события сегодняшнего утра, села на кресло и от уюта и комфорта, окружающего меня, нечаянно заснула. Сказалась бессонная ночь. Антон не стал меня будить, тихонько помыл посуду и, накрыв меня пледом, вышел из дома. Решив, что сегодня его лечить, точно не будут, он пошел бродить по городу.
А дальше пошла сплошная суета. Проспав буквально пару часов, я проснулась и обнаружила, что дома никого нет, на кухне чисто, а я полна сил и энергии. Сегодня был очень серьёзный, ответственный вечер и было нужно, чтобы никакая бытовая мелочь не отвлекала нас от дела, поэтому я стала готовить грандиозный ужин на всю семью. Как только начало темнеть, пришел дед спросить как у нас дела, и я огорошила его не очень приятными новостями. Пригласила его прийти чуть попозже на семейный совет, и водворила из дома. Когда на улице стало темно, я вспомнила, что Антон не приходил на обед.
-Да что ж такое сегодня, - вплеснула я руками, - целый день о нём забываю, хотя он сегодня важен как никогда, - подумала я и пошла в свою лечебную комнату. Оказалось, что Антон только что пришел с прогулки, уставший, но довольный вручил мне пару бутылок хорошего вина:
-Вот, смотри что добыл, хоть как – то отплатить за добро, - сказал он улыбаясь…
Первыми на встречу пришли дед с Алёной. Дед чинно уселся в кресло с газетой, а мы с Алёной начали собирать на стол, вдруг деду не понравилось что – то написанное в газете, и он изрёк:
- Не газета, а одна фигня, писать люди разучились, что ли. Надь, где твой болезный, дома? Пойду, поговорю с хорошим человеком.
Как только ушел дед, к дому подъехал военный УАЗик и привёз Ольгу с малышнёй. Маша и Саша уже бегали во всю, мешались под ногами, и Алёна, скучавшая по детям, с радостью загребла их в охапку и вывела гулять на улицу. Ольга устало села на краешек стула:
- Господи, неужели тишина, блаженство, - воскликнула она, но тут же опомнившись, спросила, - что у вас там случилось? Витя на обеде в приказном порядке сказал собраться и ждать его тут.
- Оль, Макса пытаются подставить, - только и успела сказать я, как у дома раздался скрип тормозов, весёлый смех малышей, возгласы папы, а в дом вошел Максим.
Я постучала в стену и через минуту в дом вошли все, включая и деда с Антоном. Все ещё толпились в прихожей, когда я торжественно объявила:
-Прошу всех минуточку внимания. Перед вами стоит человек, который пытается нас спасти.
Я посмотрела на мужа и спросила:
-Надеюсь, теперь ни у кого не осталось в этом сомнений?
Максим очень рьяно закрутил головой.
-Значит так. Прошу всех к столу, малышей к телевизору. Чтобы ни у кого не возникло никаких вопросов, я начинаю свой рассказ. По ходу дела дополняют его Оля, дед, Алёна. Дальше уже переходим, собственно, к сегодняшнему дню и к рассказу Антона и Максима. Думаю, ни у кого возражений нет. И ещё, сами понимаете, что раз я вас всех собрала, значит это очень серьёзно.
- Председательша, - блин, - вдруг заявил дед и важно уселся во главе стола.