«В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь точилася моя.
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном» …
Этот отрывок из стихотворения Лермонтова «Сон» можно вполне считать пророческим. А сбылось «предсказание» 21 июля 1841 года. Юнкерский товарищ Лермонтова ныне отставной капитан Николай Мартынов выстрелил поэту в грудь, сам Лермонтов в него не стрелял и видимо надеялся, что они разойдутся помирившись, но похоже обида превысила все границы терпения.
Дело в том, что по своей натуре Лермонтов был не только вспыльчивым, но и дурным по поведению человеком. Ему ничего не стоило оскорбить кого-то или обидно пошутить. Существует огромное количество версий почему Мартынов не сдержался. Первая и официальная – это постоянные злые шутки и насмешки поэта над другом. Последняя и очень обидная шутка была произнесена перед всеми на одном из званных вечеров (её якобы слышали все). Лермонтов произнёс перед всеми:
"Вот наш горец с большим кинжалом!"
Это очень обидело Мартынова, но Лермонтов отшутился и произнёс что-то вроде "ну не стреляться же из-за этого". На что Мартынов якобы сказал "а почему бы и нет".
Современники отмечают, что шутки по поводу горца Лермонтов произносил постоянно. Мартынов был очень самовлюблённым человеком, поэтому все подколки поэта очень задевали его. Лермонтов это понимал, но не мог перестать не "подливать масла в огонь".
Уже после гибели поэта версии очевидцев начали разделяться. Например, говорили, что друзья не поделили даму, которая выбрала именно Лермонтова. Мартынов начал ухаживания ещё до приезда друга, но Лермонтов с лёгкостью «отбил» её, перетянув всё внимание на себя. Ревность всегда становилась причиною ужасных происшествий. Есть люди, которые просто не могут смириться, что их променяли на другого или другую – они готовы пойти на всё в пиковые моменты. Возможно, именно таким и был Мартынов, который просто не контролировал себя.
Есть версия, что Николай Мартынов заступился за сестру Наталью, которая была влюблена в поэта. Но зная заранее, что он разобьёт ей сердце и жестоко обидит, Мартынов всячески уговаривал Лермонтова не приставать к ней. На что поэт в своей манере иронически отшучивался и дразнил его.
Конспирологические версии
Есть более удивительные версии события 1841 года. Например, адвокат и поэтесса Ольга Шарко, подробно изучив дело Лермонтова пришла к выводу, что Мартынов не убивал его. Поэт был сражён выстрелом в спину. Версию можно назвать детективной, так как в своё время выдвигалась ещё одна – Лермонтова убили по заказу царя, который его ненавидел за вольнодумные стихи (якобы в кустах сидел снайпер, он и сделал тайно выстрел). А стихи были и впрямь вольнодумные для того времени, например:
«Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;»
Но читал ли государь эти стихи? Включая знаменитые строчки из стихотворения «Смерть поэта»:
А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет;
Он не доступен звону злата,
И мысли, и дела он знает наперед.
Увы, доказать, что государь действительно читал эти стихи и сослал Лермонтова на верную гибель, не представляется возможным, поэтому все версии заказного убийства и прочие конспирологические доводы историки-лермонтоведы исключают сразу.
Сам Николай Мартынов до конца дней жалел о содеянном (по одной из версий) и навсегда получил в истории имя «убийца гения». Такая вот "геростратова слава".
Но есть ли его вина в том, что он отстаивал свою честь и достоинство?
Дуэли уже были запрещены, поэтому можно было обойтись без кровопролития. Какой бы скверный характер у Лермонтова не был, дуэли всё равно можно было легко избежать, но Мартынов предпочёл самый гадкий способ рассчитаться с другом.