Утром с докладом пришел Гусейн-ага, у которого давно вошло в привычку после общения с валиде, смешно подпрыгивая на ходу, спешить в ее покои. Одно время старая султанша попыталась возмутиться и даже прилюдно отчитала Главного евнуха за столь, как она заявила, неподобающее поведение. Но тот принял такой невозмутимый вид, что сразу стало понятно — подобные визиты продолжатся.
Тогда Айше Хафса тоже по уже устоявшейся привычке поспешила пожаловаться повелителю, однако по пути, видимо, чтобы предотвратить насмешки за спиной, призналась — на успех не надеюсь. Так оно и оказалось. Ибо он, выслушав очень внимательно жалобы, прижал ее руки к своим губам и с улыбкой промолвил:
— Матушка, моей Хюррем надо учиться у вас управлять гаремом. А кто, как не вы и верный Гусейн-ага подскажет, как это делать?
Валиде от неожиданности ахнула и слегка приоткрыла рот, но затем несколько раз согласно кивнула головой. С годами женщина, здоровье которой сильно подорвал бунт янычар, стала более миролюбиво относиться, как любила повторять, к несносной Хюррем. А однажды и вовсе призналась, что ее дочерям есть чему поучиться у русской рабыни.
Госпожа даже позволила себе высказать такое сравнение:
— Вам, мои дорогие, и не снилось, так своего мужа уважать и любить.
Присутствующая при этом разговоре Шах-султан искренне возмутилась:
— Ее не выдавали силой замуж за старого пашу!
— Зато ее купили девочкой и привезли в гарем, где окружали чужие люди, — парировала валиде.
Тогда Шах-султан, по всей видимости, не найдя других аргументов, со злобой высказалась:
— Не к лицу женщине султана так себя с детьми везти! Разве это дело, они к ней липнут, словно цыплята к наседке! Порой смотреть неприятно!
На что валиде строго ответила:
— Очень жалею, что я в свое время жестко придерживалась обычаев и перепоручала вас нянькам да служанкам! Как знать, быть может тогда вы выросли бы добрее и внимательнее ко мне и своим детям!
Тут не только Шах-султан, тут сама Хюррем-султан рот в изумлении открыла…
Но вернемся к Гусейн-аге. Вошел он к ней с низким поклоном и с порога объявил:
— Госпожа! У вас аудиенции просит Берку-хатун, но умоляет принять вместе с мужем Озлемом-агой, которому есть, что вам сообщить!
Разве можно отказать в подобной просьбе? В общем, на другой день молодые супруги предстали перед ее очами. Она сразу заметила — калфа, которую недавно в гареме боялись больше чем валиде, ждет ребенка. Об этом красноречиво свидетельствовал ее заметно округлившийся стан. Обратила внимание и на лицо Берку-хатун. Она буквально лучилась добротой и нежностью. От прежней злобной фурии и следа не осталось. Только ради этого стоило затевать выдать засидевшихся наложниц замуж.
Как оказалось, супруги пришли не просто так. Болгарин хотел поблагодарить хасеки за то, что исполнила его мечту — иметь семью. Когда он, запинаясь от волнения, сообщил об этом, Настася промолвила немного надменно:
— Не меня следует благодарить, а великого падишаха!
— Все в Стамбул знают, кто ему подсказал подобную мысль! — парировал янычар. - Нет слов, чтобы высказать все, что скрывает мое сердце! Вы подарили мне новую жизнь в тот момент, когда сердце было пустым и я не видел будущего. Клянусь, наш с Берку ребенок будет верно служить Османской династии, великая госпожа!
Хюррем-султан дружелюбно улыбнулась и величественным жестом, подсмотренным у валиде, протянула руку. И когда янычар, который теперь совсем не смотрелся грозным, кинулся ее целовать, вдруг почувствовала, как в ладонь уперся твердый листок пергамента. Машинально сжав его в кулачок, даже не сообразила, что произошло, только кивнула головой на прощание. Пара, кланяясь в пояс, покинула ее...
Мудрости Берку-хатун стоило только восхищаться, мелькнуло в голове у Настаси. Зная, что в гареме везде стены с ушами, передала информацию именно посредством записки. Тот факт, что предпочла поделиться тайной с хасеки, а не с валиде, которой верно служила столько времени, говорит о многом. Следовательно, ей доверяют больше.
Она буквально сгорала от нетерпения узнать, что написано в записке, но сделать это пока в покоях толпится толпа народа и каждый жаждет что-то сообщить или о чем-то попросить, было просто невозможно. Поэтому с облегчением вздохнула, когда последний проситель покинул помещение. Полученную записку незаметно сунула в бумаги, лежащие на столе. Если, кто-то наблюдает за ней, ни за что не догадается. Все знали — хасеки ведет обширную переписку, интересуется документами посольств, следит за журналами и счетными книгами гарема. Всю бухгалтерию валиде давно передала в ее руки — знала, славянка не обманет и все просчитает, как надо…
На душе у Хюррем царило беспокойство. Ей почему-то показалось, что за ней следят и она приказала проверить покои. неожиданно за тяжелой шторой обнаружили дрожащую от страха служанку Фатьмы-султан, кажется ее звали Дамла. Девушка клялась и божилась, что в гареме находится всего несколько дней, заблудилась в переходах, а когда сообразила, куда попала, испугалась еще сильнее.
Хюррем не сомневалась — нагло врет. Как подобное возможно — оказаться в покоях госпожи случайно? Но сделала вид что поверила, ласково успокоила и подарила несколько золотых акче. Когда Фатьма-султан заметит, что девочка внезапно разбогатела, она сама расправится с рабыней. Так что в этом случае это будет не ее грех. После случившего инцидента все долго не могли успокоиться, все пытались оправдаться и галдели так, что в ушах звенела. Хюррем раздражено приказала оставить ее и служанки дружной толпой двинулись к выходу.
Теперь, когда покои были пусты, можно было спокойно прочитать записку, переданную Берку-хатун и ее супругом. В ней было обозначено время и место свидания Фатьмы-султан и того самого янычарского офицера, которого видела в мечети. Она хотела петь от радости — получилось! Правда, была вероятность, что это может быть обычное любовное свидание. Впрочем, тоже неплохо. Застать султанскую сестру за прелюбодеянием — разве это не успех? После этого Фатьма никогда больше не осмелится выступать против ее политики.
Больше сомнений не имелось — она правильно определила врага и с него глаз не спустит. И днем, и ночью верные люди станут следить и докладывать о каждом шаге… Только вот вопрос: где найти этого верного человека, когда своей тени не веришь.
Публикация по теме: Меч Османа. Книга вторая, часть 31
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке