От раздумий отвлекла служанка Нергис. Когда-то давно прислуживать ее поставила сама валиде. Естественно, славянке эта кандидатура поначалу не понравилась, ибо понимала — девушка, кстати, тоже русская, приставлена за ней следить. Но тогда, после только что выигранного боя за право кормить грудью своего первенца, противиться назначению было как-то неуважительно. Опять же, Дайе-хатун, кормилица Мехмеда посоветовала принять предложение Айше Хафсы.
— В конце концов, — промолвила женщина, — выгнать прочь всегда можно. А так ты всем покажешь: нет у тебя обиды на мудрую султаншу.
Скрепя сердцем, Хюррем послушалась наставницу и, как это не удивительно, ни разу не пожалела. Возможно, Нергис-хатун докладывала валиде о ситуации, но своей госпоже служила безупречно и оказалась расторопной служанкой. Важно отметить, что рабыня оказалась способной к бухгалтерии, прекрасно владела цифрами и внимательно следила за всеми тратами. Именно она предложила каждое утро докладывать, сколько и на что истрачено акче, которых ей, как баш-кадын и матери несколько наследников, полагалось довольно приличная сумма. Причем, султан постоянно увеличивал доход, не говоря уже о дорогих подарках — драгоценностях, земельных угодиях, дорогих тканях и ароматических маслах, которые порой стоили довольно много.
Впрочем, Хюррем и без Нергис-хатун знала, что деньги счет любят, однако благодаря грамотной служанке сию науку постигла до совершенства. Разбуди ночью, четко укажет расход, доход и остаток полученных акче. Любой казначей позавидует — настолько прекрасно владела цифрами. Даже султан порой удивлялся — как ей удается запоминать эту арифметику! Обычно она улыбалась в ответ на слова восхищения. Не станешь же признаваться, что в этом прежде всего заслуга Нергис-хатун, которая предварительно готовит для нее документ.
Эта калфа и верно оказалась очень ценной и честной служанкой. Помимо всего прочего, рабыня умело вела канцелярию, но, самое главное, в отличии от других, не претендовала на ложе Сулеймана. Более того, сразу закрывала яшмаком лицо, едва с ним встречалась, и превращалась в безмолвную тень. За время службы Хюррем ни разу не заметила даже вскользь брошенного в сторону падишаха взгляда, не говоря уже об улыбке или попытке пообщаться. Пару раз она заводила с ней разговоры о будущем, даже предлагала выйти замуж, хорошего мужа всегда можно было подобрать, но Нергис-хатун категорично отказалась. Сказала, что ее дом там, где живет Хюррем-султан и ее дети. Естественно, подобное слышать было очень приятно.
К слову, у Хюррем-султан имелись планы на эту девушку. В будущем она хотела ввести ее в свой вакф и уже там поручить вести бухгалтерию. Этой девушке хасеки доверяла, но при этом все равно была внимательна и осторожна. Кто знает, что в ее голове? В этом мире всегда следует быть ко всему готовым, и к предательству в первую очередь.
В этот раз калфа пришла не отчитываться о тратах или же сообщить, кто в этот раз прислал письмо уважаемой Роксолане. Она пришла доложить, что с просьбой принять прибыла Севен-хатун. Вот так приятная неожиданность! - едва не сорвалось с губ. Визит этой хатун Настася очень ждала, ибо не могла понять в чем причина столь долгого отсутствия. Знаком приказав войти, приняла насколько это было возможным спокойную позу. Последнее было сделать довольно сложно. Очень хотелось вскочить, схватить гостью за плечи и строго спросить: в чем причина молчания?
Севен вошла в покои и тут же рухнула с рыданием на колени. Это было настолько неожиданно, что Хюррем, забыв о своем желании быть строгой, вскочила с диванчика, на котором важно устроилась, облокотившись на мягкие подушки, заботливо подсунутые ей под спину рукой другой служанки — Пембе. Это имя рабыне дала сама Хюррем, едва увидела в гареме. Молоденькая болгарка была вся такая пухленькая, с милыми ямочками на щеках и обожала розовый цвет. Еще она любила розовое масло, чем очень раздражала валиде, которая терпеть не могла, если кто-то использовал аромат, который той нравится.
Подушки упали на мягкий ковер, Пембе, Нергис и Севен дружно кинулись их поднимать и стукнулись лбами. Как Хюррем не хотелось казаться строгой, но здесь не удержалась и громко засмеялась. Уж больно глупо девушки смотрелись, когда синхронно стали потирать ушибленный лоб. Эта сцена сильно разрядила напряженную обстановку в ее покоях. Севен-хатун сразу успокоилась, обрела дар речи и принялась рассказывать.
Выслушав ее историю, Хюррем вздохнула. Верно говорила матушка: никогда не делай поспешных выводов! Все оказалось гораздо проще и вместе с тем сложнее. Сложную задачку задала ей гостья! А может и не задача вовсе, мелькнула в голове, вдруг это станет решением всех проблем, которые с каждым днем досаждают все сильнее и сильнее.
Публикация по теме: Меч Османа. Книга 2, часть 32
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке