Для меня играл Михаил Казиник.
Для меня пел Хосе Каррерас.
Я видела, как дирижирует Гергиев.
Я слышала и видела вживую лучших артистов мира и окрестностей. Именитых. Звёздных.
Но сегодняшний концерт останется в памяти как одно из самых трогательных воспоминаний.
Возможно, потому, что мы все соскучились. Страшно соскучились друг по другу: артисты и зрители.
Возможно, потому, что ребята на сцене были невозможно органичны. Они – настоящие мастера. Яркие, харизматичные, излучающие добро и радость. Она переполняла их самих и выплёскивалась в зал – радость.
Зал пел, танцевал и неистово аплодировал.
А как ещё мы могли выразить свою признательность этим невероятным музыкантам?
Сегодня в Хайфе, в зале «Аудиториум», состоялся концерт клезмеров. Israel Klezmer Orchestra.
Существует и давно признан особый, клезмерский стиль. Самые обычные музыкальные инструменты в руках этих музыкантов звучат с еврейским акцентом: скрипка и гитара, контрабас и несколько духовых, губная гармошка и ударные.
Они сыграли А-Тикву так, что весь зал встал.
Они сыграли Хава-Нагилу так, что не танцевать было невозможно.
Манера их поведения – тоже почти карикатурная. Такое ощущение – что мы не в концертном зале, а в кругу друзей, во дворе, где каждый знает каждого.
А уж когда музыканты спустились со сцены в зал, обошли его полностью, дойдя до каждого, и продолжили играть прямо в холле, это ощущение проросло и осталось в сердце.
Клезмерский стиль иногда называют “еврейским джазом”. Да, ребята обращаются с инструментами так, что, кажется, они родились с ними в руках. Они импровизируют, легко «перебрасывая» мелодию друг другу, от инструмента к инструменту, подхватывая её и продолжая, но ощущение джаза рождается не от этого. Джаз – это свобода. И этой свободой проникнуто всё, вся атмосфера вечера.
Клезмерская музыка открыта, ведь это были бродячие музыканты, импровизаторы, которые играли на свадьбах, различных торжествах.
Эта музыка, которой присущ диалог между музыкантами и зрителями. Israel Klezmer Orchestra сохраняет эту традицию. Никакого барьера между сценой и зрительным залом не существует.
Гершон Лейзерсон, создатель и руководитель первого в Израиле оркестра клезмерской музыки, считает, что главное – «чтобы сцена горела, чтобы люди не могли усидеть на месте».
Клезмер – музыка ашкеназских евреев, их язык - идиш. Но Гершон исполняет, более того – сочиняет! – песни и на иврите, и на английском. Он считает, что эта музыка должна быть современной, а не пыльным воспоминанием о чём-то ушедшем.
Когда он рассказывает, как начинался проект, я вспоминаю любимый анекдот: объявление на столбе возле одесской консерватории: «Всемирно известный квартет ищет двух скрипачей и виолончелиста».
Он мечтал создать оркестр, настоящий "биг бэнд" – как те, что существовали в начале XX века в Европе и Америке. Он просто написал в в Facebook: пусть все, кто хотят играть в клезмерском оркестре, приходят завтра в парк Ган-Сакер в Иерусалиме под такое-то дерево.
И это сработало!
Ребята начали играть, на звуки музыки собралась толпа. А через два дня состоялся и первый концерт. Это было в 2017 году.
«Клезмерскую музыку очень трудно определить словами, - уверен Гершон Лейзерсон. Её нужно чувствовать, ею нужно жить и дышать».
Накануне пандемии оркестр уже готов был пройти экзамен министерства культуры, чтобы получить статус признанного государством оркестра. Пандемия отодвинула реализацию этих планов. Но Гершон уверен, что Израиль должен быть и будет мировой столицей клейзмерской музыки.
Israel Klezmer Orchestra. Запомните это название! И не упустите возможности услышать!
Ваша Елена Горовая.