На книжном развале наткнулась на роман Нонны Слепаковой "Лиловые люпины" . Кажется, я слышала о нем в серии лекций Быкова про сто книг 20-го века, но не уверена.
Полгода она у меня лежала, потом я ее открыла и не смогла оторваться.
1953 год, начало марта, неделя из жизни девятиклассницы Ники. Бойкот в школе, дикие отношения в семье, быт, улицы того Ленинграда и магазины... И мелочи, мелочи, куча мелочей про то время. Почти сикрет-санта, ггг, с обменом открытками с пожеланиями к 8 марта среди учениц.
Совершенно прекрасно. Я люблю такие книги, с кучей деталек, позволяющих с головой нырнуть в то время. И до сих пор не выходит из головы семья, описанная в "Лиловых люпинах". Такая, советская, в самом плохом смысле. Мать, которая при дочери говорит о ней и с ней только в третьем лице "Вообразите, эта еще и думает, что мы ее кормить обязаны". Бабушка, которая в обращении к внучке постоянно использует «говно» и «засранка» — не в качестве оскорбления, просто как стандартное бытовое обращение.
Когда Ника собирается на школьные танцы и берет тайком у матери трофейное платье и дырявые чулки, которые сама зашивает, на нее кидаются втроем — отец, мать и бабушка, пытаются содрать вещи. После того, как Ника убегает на танцы, родители идут в школу жаловаться директору. В итоге домой к Нике приходит комиссия из одноклассниц, которым родители, выдвигая шкафы, показывают грязную одежду, достают застиранные лифчики, выворачивают ящики письменного стола... А в школе потом эта самая комиссия перед классом отчитывается.
И что потом? Ничего. Продолжают жить семьей – потому что деваться некуда. И некуда уйти.
Какой Кинг, вот где кошмар, до мороза по коже.